Мент поганый
Шрифт:
– Ах, так? Сейчас прибудет министр…
– Хоть президент, – вновь перебил Орлов.
– Ну, посмотрим, – пробормотал генерал и отошел.
– У нас министры меняются быстрее, чем времена года, – невесело пошутил Гуров.
– Министр не профессия, а средство для личности самоутвердиться в окружающей среде.
– Не скажи, убежден, что есть и глубоко порядочные люди, которым за державу обидно. Дачи, пайки, машины – для семьи, а сам света белого не видит.
– За идею? – хитро прищурился Орлов.
– Есть, которые и за идею, – ответил Гуров.
– Так и вороны встречаются белые, но редко, – усмехнулся Орлов.
Зал
– Лева, объясни старику, что такое презентация, – зашептал Орлов.
– Представление, – ответил Гуров. – Вот ты сейчас тоже кое-что представляешь, но это не презентация.
Рядом с министром сыщик увидел депутата, который фигурировал в картотеке уголовников. «Прав я или не прав? – думал Гуров, глядя на массивную фигуру с седой шевелюрой – лица на таком расстоянии рассмотреть было невозможно. – Задумана провокация, скандал с разоблачением или мне привиделось? По крайней мере, сегодня у них сорвалось. Петр дискету не отдаст, да и обнародовать секретный материал прилюдно никто не рискнет».
Кому положено сидеть выше, солидно занимали свои места, улыбаясь, переговаривались, галантно уступали друг другу место. Они были сообщники, люди, привыкшие к подобным процедурам и считавшие такое положение естественным. Среди вышестоящих были три генерала, но один, недавний собеседник сыщиков, из зала смотрелся лучше всех, был подчеркнуто статен. Он склонился к уже занявшему свое место министру, что-то быстро говорил и поглядывал в зал.
– Я, пожалуй, пойду. – Орлов встал и, благо сидел с краю, пошел к выходу.
Микрофон щелкнул, и спокойный уверенный голос произнес:
– Петр Николаевич, подождите, пожалуйста.
Генерал призывно махнул рукой.
Орлов остановился, взглянул на эстраду, почесал за ухом, пошел обратно, недовольно бормоча:
– Старый дурак.
Проходя мимо Гурова, Орлов дал ему подзатыльник, одернул пиджак и зашагал решительнее. Генерал встретил его у ступенечек, чуть не подхватил под локоток, подвел к министру, который, слегка повернув голову, сказал:
– Какой-то сенсационный материал раздобыли и прячете. Нехорошо, Петр Николаевич. – Министр улыбнулся сидевшему рядом депутату. – Принесите и передайте генералу.
Орлов наклонился и, понимая, что выглядит смешно, а препирательство бесполезно, ответил:
– Товарищ министр, материал доставлен лишь сегодня, я его не смотрел, но он, безусловно, совершенно секретный.
Министр огладил ладонью мягкое сукно стола, натужно, словно жал воротничок, повернул голову и сказал:
– Я вас прошу, Петр Николаевич.
Гуров видел, как Орлов и генерал быстро вышли из зала, все понял, философски подумал, чему быть, того не миновать, и занялся совершенно бессмысленным делом. Он начал разглядывать макушки сидевших в первых рядах журналистов, пытаясь опознать затылок человека, из-за которого не спал ночь.
Заместитель министра вышел к микрофону и сообщил, что сегодня пойдет разговор о криминогенной обстановке в стране, работе уголовного розыска, будут показаны несколько эпизодов из работы розыскников, снятых самими сотрудниками на видео, после чего желающие могут задать вопросы. Окончив короткое выступление, оратор углубился в статистику. Зарегистрировано,
Данные эти были уже обнародованы в газетах, зал слушал равнодушно, шелестел разговорами, все дожидались последней части, когда можно будет задавать вопросы, которые у многих имелись. Гуров ждал возвращения Орлова и думал о своем. Процент раскрытых убийств довольно высок, действительно производит впечатление. Только кто знает, из чего данный процент складывается? Муж ударил жену утюгом, утром протрезвел, прибежал в милицию. Раскрыто… Алкаши подрались, один другого порешил, заснул рядом, патрульная машина подобрала. Раскрыто… Конечно, мы разыскиваем и настоящих убийц, рассуждал сыщик, ребята пашут не за страх, сам не последний человек, однако и наиболее удачливому такого процента не вывести. Вроде и правда в таблицах, а приглядишься – мистификация.
Гуров вновь увидел своего друга и начальника уже на сцене: генерал усадил Орлова, сам подошел к компьютеру, вставил дискету, напряженно уставился на экран, через некоторое время заулыбался, глянул в сторону Гурова победно.
– Там они, там, куда им деться, – прошептал Гуров. Значит, не померещилось, и не так он глуп, как полагают некоторые. Петр совладать не смог: куда плотник супротив столяра? Хотя здесь и все наоборот, Петр столяр-искусник, а министр еле-еле плотник. Однако президенту виднее, оттого он нашими министрами в подкидного играет.
Генерал явно отвечал за проведение мероприятия. Когда кончили считать проценты, деньги и стволы, он включил телевизор, начал комментарий. Огромный телеэкран в актовом зале плохо смотрелся, да и снято было скрытой камерой, одна мельтешня: машины, погони, пистолеты, трупы. Генерал был лаконичен: «безжалостные, циничные бандиты и убийцы», «безутешные матери и несчастные дети», «неминуемость наказания и беспристрастность суда» – в общем, полный джентльменский набор.
«Что же, генерал, дальше? – думал Гуров. – Куда едем, где остановимся?»
– Уважаемые гости и коллеги, как раз сегодня у нас большое событие: сотрудниками уголовного розыска завершена сложнейшая операция, ликвидирована группа так называемых авторитетов уголовного мира. Главарь, к сожалению, убит во время перестрелки, но герой жив и здоров!
Гуров застонал, ноги у него почему-то ослабели, во рту пересохло, поняв, какое испытание его ожидает, он выругался.
– Так бывает не только на экране, хотя человек, которого я вам сейчас представлю, и похож на киногероя. Жизнь закручивает сюжеты почище драматургов. – Генерал поднял руку, выдержал паузу и с пафосом произнес: – Полковник милиции, старший оперуполномоченный по особо важным делам Лев Николаевич Гуров! Прошу!
Так представляют звезд эстрады, после объявления следует шквал аплодисментов, а герой выбегает с поднятыми руками и раскланивается. Сейчас же пафос тона в сочетании со словом «оперуполномоченный» вызвал у людей недоумение, чувство неловкости, кто-то рассмеялся, послышалась быстрая иностранная речь, повисла пауза и, заполняя ее, генерал продолжал говорить:
– Полковник – смелый, опытный, талантливый сыщик. Он сумел не только разгромить преступную группировку, но и захватить картотеку преступников, которая содержит имена, клички боевиков, осведомителей и полные данные на тех уродов-перевертышей, которые, что греха таить, все еще существуют в нашей среде.