Шрифт:
Пролог ?
Самый плохой день на земле лучше миллиона смиренных, проведенных под ней.
Темнота плотно обволакивала полость цистерны, пронизанной запахом ржавчины и чувством безысходности. Атмосфера застыла в ожидании смертельной кульминации, отдаленное эхо чуждых криков рикошетило от каждой металлической конструкции.
Потемневшие браслеты вонзились в запястья, ремни туго обхватили лодыжки. Прерывистые глотки воздуха наполнили легкие едкой горечью, а кровь
Мрак рассекало мерцание индикатора старой камеры. Облупившаяся от времени техника безмолвно наблюдала из угла, словно затаившийся тарантул. Размытые алые тени падали на бледное лицо, подчеркивая в глазах принятие неизбежного.
Красный световой сигнал померк, трансляция оборвалась.
Стальной зажим вспорол кожу, остывшие сгустки крови прилипли к манжетам. Локоть выступил вперед так сильно, что натяжение угрожало вывихнуть сустав.
«Последняя возможность дотянуться до обуви. Болевой шок продлится недолго, а в стельку продета спасительная отмычка».
Судорожные попытки провернуть онемевшую кисть против часовой стрелки. Мучительные минуты слепых маневров, болезненные вращения раненых запястий и еле различимый скрежет механизма. Щелчок замка — правая рука на свободе.
«Отстегнуть ремни, быстро добраться до проема и проверить теорию».
Короб проводки был заварен бугристым слоем железа. Окоченевшие фаланги скользили вверх-вниз по неровному шву, нащупывая сектор с неприкрытым доступом к кабелю.
«Все еще здесь…»
Характерный звук восстановления соединения заставил вздрогнуть. Красная лампочка мигнула и снова погасла. Исходная позиция, руки скрестились позади.
«Зритель не заметит отсутствия оков».
Вещание возобновилось. Туловище застыло, голова склонилась набок, глаза впились в объектив. Решительный взгляд пронзил наблюдателя по ту сторону экрана.
Вы в прямом эфире.
Глава 1. Все начнется здесь, сегодня
— До встречи на той стороне.
Призыв, который Лада регулярно слышала в своей голове, всегда оставался загадкой.
«Шепот интуиции? Или затертое воспоминание?» — гадала она.
Слова с запозданием начали обретать новый смысл: «А на «той» стороне можно начать все сначала?»
Лада несколько раз моргнула: глаза жгло от сухости. Долгое время она неподвижно просидела в укромном углу близ опустевшей киностудии. «Мосфильм» был для нее не просто любимым местом работы — настоящим домом.
Вены тонкими нитями проступали сквозь прозрачную кожу, мышцы лица онемели, а карие глаза оставались широко распахнутыми. Их мертвенно-ледяное выражение постепенно наливалось блеском: жизнь возвращалась в застывшее тело. Подобная картина могла бы удивить или напугать окружающих, но все сотрудники съемочной площадки давно разошлись.
Гул динамиков забытого телевизора вплелся в безмолвную тишину:
— Полиция продолжает поиски пропавшей в Омске школьницы. Территория пустыря прочесана волонтерами и кинологами.
Лада зажала уши руками, ее сердце болезненно сжалось: «Еще одна девушка. И никто не пришел на помощь». В лицах исчезнувших она видела свое отражение.
Софиты давно остыли, провода сложены в углу отдельными мотками, декорации переехали в ангар. Команда отсняла последний эпизод сериала и удалилась отмечать триумф. Следующий сезон благополучно утвержден на производство, обновленные контракты ждут подписей актеров, а сценарий хранится в строжайшем секрете.
«Сколько я здесь? Минуты? Часы?»
Лада понимала, что пропускает прощальную вечеринку, но ее настроение было далеко от праздничного. В глазах потемнело, когда она схватилась за подлокотники в попытке встать.
«Раз. Нацепить приветливую улыбку. — Она вяло приподняла кончики губ. — Два. Придать щекам румянец. — Затекшие кисти больно пощипали бескровные щеки. — Три. Перевоплотиться в покладистую девушку, к которой привыкла команда. — Руки безжизненно упали на колени. — Это самое сложное».
Сериал «Успех без помех» вышел в эфир первого апреля. С момента премьеры прошло чуть больше месяца, но шоу уже завоевало внимание таблоидов и установило рекорд по просмотрам. Фандом наполнился разношерстной аудиторией, сплотившейся вокруг съемочного процесса. Зрители неустанно пытались разведать новости о жизни артистов, добыть редкие фотографии, а лучше — пикантные подробности. В социальных сетях кипели обсуждения о развитии сюжета, все сильнее разжигая интерес публики.
Перед группой, занимавшейся подбором актеров, стояла сложная задача: найти молодых людей, которые гармонично смотрелись бы вместе, легко импровизировали, обладали выразительной пластикой и искрометным чувством юмора. Главное условие — они должны работать без конфликтов на протяжении многих месяцев съемок. Команда искала двоих юношей и двух девушек — внешне ярких подростков, но опытных профессионалов на практике.
Первой находкой стала актриса по имени Ветриана.
— Приветики! Это фильтр какой-то? Или в Москве положено иметь столь пафосную рожу? Ой, простите, ложу! Хотела похвалить ваш кабинет!
Ветриана ворвалась в окошко видеопрослушивания, словно разряд молнии. Ее диковинная наружность не позволяла оторвать глаз от монитора: роскошная копна черных кудрявых волос с изумрудными прядями даже на треть не помещалась в кадре. Кожа артистки имела кофейный цвет, а лицо покрывали привлекательные родимые пятнышки, что дополняло ее неординарный вид еще большей экстравагантностью. Наблюдая за чувственными губами, изрекающими бесчисленные шутки по ту сторону экрана, помощница режиссера смеялась до слез. Вета предстала энергичной и блистательной мастерицей своего дела, а еще она с легкостью находила общий язык с окружающими. Грандиозными навыками работы на телевидении Ветриана не располагала, однако играла в театре и снималась в коротком метре. Как бы ярко ни выступали другие кандидатки, какими бы впечатляющими портфолио они ни хвалились — мысли жюри все время возвращались к интервью с Ветой.