Медь химеры
Шрифт:
– Где Кайан? – спросил Джон.
– Не знаю, папа. Он разбудил меня и начал говорить о Лонни и о том, что не может без нее жить. О том, что собирается отправиться к ней и попробовать уговорить. Должно быть, я снова задремал, потому что, когда я проснулся, то его здесь уже не было.
– Сколько же было тогда времени? Поздно или рано?
– Слишком рано или слишком поздно. Как ты думаешь, он на ней женится? Нам и вправду надо собираться домой. По меньшей мере, мне надо вернуться.
– Он останется,
– То Келвиния может быть в большей беде, чем когда-либо бывали Рад и Аратекс вместе взятые!
– Боюсь, ты прав, сынок. Ей-богу, что еще могла задумать эта женщина! Кажется очевидным, что она жива. Я был так уверен, что она мертва, но, может быть, я просто очень желал этого.
– А можем ли мы вообще быть в чем-либо уверены? – громко задал вопрос Келвин. – Я имею в виду, когда вокруг столько магии и науки.
– Мы можем предположить, что она не мертва. Если существуют зомби, то я не думаю, чтобы они захватывали двойников из других измерений. По меньшей мере, надеюсь, что они так не делают.
– Отец, ты думаешь, она действительно планирует войну? Может быть, она уже начала ее?
– Вот почему мы должны вернуться. Если Рауфорт занял место Рафарта, то они вдвоем сейчас правят страной. И могли начать войну. А это очень неприятная возможность.
– Она способна на все. Может быть, она пытается отомстить?
– Возможно. Сынок, ничего не рассказывай Кайану об этом. Я действительно думаю, что сейчас ему захочется остаться здесь, и учитывая, что Зоанна его мать, здесь для него самое лучшее место.
– Ты ведь не думаешь, что он снова станет сражаться на стороне Зоанны? – недоверчиво произнес Келвин.
– Нет, он этого не сделает. Но если он будет здесь с невестой, у него и не будет такого соблазна. Если Зоанна жива, то, я думаю, ты знаешь, что нам придется сделать. Мы не хотим, чтобы он был там в это время.
Келвин содрогнулся.
– Нет, нет, только не это.
– Думаю, что сегодня мы пойдем к нему на свадьбу. Может быть, он научится ценить Занаан как мать, которую ему надо было иметь. Если сегодня Кайан не женится на Лонни, то все равно и тебе и королю Рафарту необходимо будет возвращаться домой. Не думаю, что мы можем ждать дольше.
– Хорошо, отец. Но он…
– Ему бы лучше это сделать! – сказал Джон.
В этот же день, чуть позже, они действительно стали гостями на свадьбе. Вместе с ними, вымытый и нарядно одетый, как и все остальные, был и король Рафарт. Фактически, они провели церемонию двойной женитьбы: Кайана на Лонни и Жака на Занаан. Если у короля и были какие-то личные чувства по поводу бракосочетания женщины, которая так напоминала его злую жену, то он хорошо скрывал их, так же, как и Джон Найт.
– Кайан Найт из нашего измерения, – сказал король Рафарт, – желаешь ли ты взять в жены Лонни Барк из этого измерения?
– Вы знаете, что желаю, – ответил Кайан, глядя в глаза Лонни. Было более чем очевидно, что любые разногласия, возникшие у этой пары, успешно разрешились в течение ночи.
– А ты, Лонни Барк, желаешь ли ты выйти замуж за Кайана Найта?
– Да, о да! – согласилась Лонни, к ней снова вернулось хорошее расположение духа.
– Ты Жак Смайт… – и так далее, – ты…
– Да! – ответил Жак.
– А вы, королева Занаан, прекрасная и добрая вдова или разведенная жена отсутствующего здесь, отрекшегося, опозоренного и осужденного бывшего короля Рауфорта из Хада, желаете ли вы выйти замуж за Жака?
– Да, я очень хочу выйти замуж за него! – она и Жак обменялись тайными улыбками. Было очевидно, что брак из сочувствия между Жаком и Лонни никогда бы не смог стать счастливым: у обоих не лежало к нему сердце.
Теперь в свою очередь заговорил Джон Найт.
– Желает ли кто-нибудь из находящихся здесь выразить возражения по поводу каждого брака? – спросил он присутствующих.
В бальном зале воцарилась первозданная тишина.
Кайан и Жак вынули серебряные кольца и надели их на пальцы своих невест.
Наступил черед Келвина.
– Тогда, – сказал он так торжественно, как только мог, – объявляю вас мужем и женой. В течение того времени, какое вы сами пожелаете или пока время не укусит себя за собственный хвост. – Последние слова были вкладом Джона Найта в церемонию бракосочетания.
– Целуйтесь, целуйтесь, – призывал их Хито, словно опасаясь, что можно забыть об этой детали, и женихи и невесты исполнили его просьбу.
Кто-то начал аплодировать, затем заиграла музыка. Пиано и серебряные трубы превосходно сочетались в красивой мелодии.
– Прощай, Кайан, удачи тебе и долгой жизни, – сказал Келвин, пожимая руку брату и чувствуя, что, возможно, они видятся в последний раз.
– Прощай? О чем это ты говоришь?
– Дома нас, возможно, ждут неприятности, – сказал Джон. – Нам необходимо это выяснить.
– Но…
– Если я здесь, то тогда, возможно, он там, – сказал Рафарт.
– Рауфорт? Вы имеете в виду… но тогда я тоже пойду с вами!
– Нет, не пойдешь! – сказал Джон. – Ты останешься здесь рядом с этой восхитительной, очаровательной девушкой и проведешь с ней, как и положено, медовый месяц. Если случилась беда и нам потребуется помощь, один из нас вернется обратно.
– Но вы же и вправду не можете вот так просто уйти!
– Мы должны, – сказал Келвин. – Позаботься о своей жене, а я должен позаботиться о своей.