Шрифт:
Jacqueline Woodson
Brown Girl Dreaming
Эту книгу я посвящаю своим родным: ушедшим, ныне живущим и еще не родившимся.
С любовью
Часть I. Я родилась
12 февраля 1963 года
Я появилась на свет во вторник в роддоме Университетской больницы Колумбуса, штат Огайо.
В Америке – стране,
где люди делятся
на Черных и Белых.
Город, где я родилась, находится
совсем недалеко
от тех плодородных полей,
где
не так уж много лет назад
работали мои прапрадедушки и прапрабабушки.
Рабы.
От рассвета до заката.
Без зарплаты.
Они пили прохладную воду из выскобленных тыкв,
смотрели на небо и следовали за
мерцающими созвездиями
к свободе.
Я родилась, когда Юг взорвался.
Слишком много людей слишком много лет
томились здесь в рабстве. Потом рабство отменили,
но я и люди, подобные мне, по-прежнему боремся за свободу,
выходим на марши,
отдаем жизни
за то, чтобы и сегодня,
12 февраля 1963 года, и в любой другой день темнокожие дети, как я, росли свободными. Могли учиться и голосовать, ходить и ездить там, где нам хочется.
Я родилась в Огайо, но
истории Южной Каролины,
словно реки,
бегут по моим венам.
Второй день на Земле второй дочки
В моем свидетельстве о рождении написано: чернокожая, пол женский.
Мать: Мэри Энн Ирби, 22 года, чернокожая.
Отец: Джек Остин Вудсон, 25 лет, чернокожий.
В Бирмингеме, штат Алабама, Мартин Лютер Кинг-младший собирается с маршем на Вашингтон, где правит президент Джон Ф. Кеннеди.
В Гарлеме борец за права чернокожих Малкольм Икс с импровизированной трибуны призывает к революции.
За окном Университетского госпиталя
медленно кружатся снежинки.
Их так много, они заметают
бескрайние просторы Огайо.
Всего семь лет прошло с тех пор, как в Монтгомери Роза Паркс отказалась уступить место в автобусе белому пассажиру.
Я родилась со смуглой кожей, черными волосами
и широко распахнутыми глазами.
Я стала негритянкой
и цветной – для других.
Где-то
Певцы Свободы, взявшись за руки,
поют:
В сердце вера живет,
Что победа придет,
Что однажды победа придет.
Где-то Джеймс Болдуин
в каждом романе, в каждой статье каждым словом обличает несправедливость
и изменяет мир.
А я еще не знаю, кем я стану, что скажу
и какими словами…
И трех лет не прошло с тех пор, как чернокожая девочка Руби Бриджес
ступила на порог школы для белых. Вооруженная охрана окружала ее, в то время как сотни белых людей плевались и выкрикивали оскорбления.
Девочке было шесть лет.
Сейчас я еще не знаю, буду ли
такой же сильной, как Руби,
и каким будет мир,
когда я наконец научусь ходить,
говорить, писать…
«Еще одна каштановая малышка!» – сказала маме медсестра в роддоме.
Меня с первых же минут назвали
в честь моего штата.
Ведь Огайо – Каштановый штат.
Мои пальчики
непроизвольно сжимаются в кулачки.
«Как и у всех младенцев», – говорила моя мама.
Неизвестно, какими станут эти маленькие ручки.
Может, они будут как у Малкольма – поднятые
и сжатые в яростный кулак,
или как у Мартина – протянутые
людям навстречу и вопрошающие,
или как у Джеймса – быстро записывающие
слова на бумаге.
Может, как у Розы
или у Руби,
в аккуратных перчатках,
то яростно сжатые,
то спокойно лежащие на коленях или на столе,
перелистывающие книгу,
готовые
изменить мир к лучшему…
Девочка по имени Джек
– У меня прекрасное имя.
Почему бы не назвать так же и дочку, – сказал мой отец, когда я родилась.