Чтение онлайн

Что-то пошло не так. Помню, как мне стало нехорошо и перед глазами всё потемнело, словно я собиралась упасть обморок. А я в детстве пару раз падала без чувств и знала это ощущение и симптомы ему предшествующие. Так вот после пары глотков комната вокруг меня начала кружиться и он, вроде бы, повёл меня куда-то. Кажется, он даже сказал, что позаботится обо мне. А потом я ничего не помню.

Вдруг из ушей словно выдернули пробки и в мой мозг ворвалась песня Bump, Bump, Bump группы B2K. Боже, кто это слушает?! Я ничего против не имею, но я сто лет не слышала эту группу.

Попыталась

ещё раз открыть глаза. Яркий свет буквально слепил вокруг, но мне удалось заметить какой-то силуэт впереди. Застонав, сдалась и закрыла глаза.

— Нанни! Она проснулась! — завопил совершенно незнакомый мужской голос.

Глаза тут же распахнулись, и я попыталась поднять голову, но всё стремительно закружилось и меня затошнило.

— Крошка, тише. Не шевелись пока. Тебе надо отлежаться и отдохнуть как следует, — тепло произнёс неизвестный.

Сердце яростно трепыхалось в груди. Что со мной случилось?! Приоткрыв глаза, повернула немного голову вбок и попыталась сфокусироваться на парне.

Он сидел на комоде и болтал ногами, как ребёнок. В его руках была банка Nutella, которую он с аппетитом наворачивал и одновременно пританцовывал и подпевал.

С расстояния в два метра я не видела цвета его глаз, но заметила, с каким интересом он поглядывал на меня. Светло-русые волосы, уложенные в хаотичном беспорядке, правильные черты лица, высокий лоб, волевой подбородок, накаченный торс. Мне стало не по себе.

Это не тот парень, который дал мне вчера стаканчик и обещал позаботиться обо мне.

— Ты кто?! — прохрипела я.

— Твой супергерой, Крошка, — подмигнул мне, облизнув ложку.

— Ты о чём?! Что ты сделал со мной?! — слова давались мне с трудом.

В горле стоял непонятный ком, язык прилип к нёбу. Мне было очень плохо. Я даже пошевелиться не могла.

— Тебя хотели изнасиловать, Крошка. Я не дал этого сделать и спас тебя. Здесь ты в безопасности, дорогая, и тебе никто и ничто не угрожает, — спокойно ответил он, как появился ещё один силуэт.

— Джас, притормози. Не вываливай на бедняжку всё и сразу, — произнесла незнакомая темнокожая женщина. — Милая, как ты себя чувствуешь?! Я тебе еды принесла, — продолжила она.

Попыталась привстать, но тело меня не слушалось.

— Подожди, давай помогу, — предложила она и аккуратно подтянула меня наверх, уложив повыше, что я упёрлась затылком в изголовье кровати и наконец смогла рассмотреть комнату и людей вокруг. — Не бойся. Я Ашанти, няня этого оболтуса. Но все зовут меня Нанни.

— Няня?! — сипло изумилась я.

Они вдвоём рассмеялись.

— Да. Ему 21, а он до сих пор нуждается в няне. Но с мальчиками всегда так. Они до пенсии дети, — подмигнула мне, стоя справа от кровати.

Перевела взгляд на большого мальчика, живущего с няней и у которого сейчас явно оторвется голова от его активных движений в такт песни, потом посмотрела вниз и увидела, что я была в чьей-то голубой рубашке.

— Это Нанни тебя переодела, если что. Я к тебе и пальцем не притронулся. Ну, почти, — игриво улыбнулся парень, от чего у него на щеках образовались милые ямочки. Невольно улыбнулась в ответ.

— Да, если бы не Джастин,

то неизвестно что могло случиться с тобой. Но переодевала тебя я, не переживай. Хоть Джастин и мечтал подсмотреть, но я выпроводила его из комнаты, — рассмеялась она. Смущенно опустила глаза, пытаясь понять свои эмоции по поводу всей ситуации. — Ладно, я вас оставлю. Если что, зовите, — хлопнув в ладоши, она поспешно удалилась.

Перевела взгляд на него.

— Значит, ты — Джастин?

— Он самый. А как тебя зовут, Крошка? — озорно поинтересовался он, с аппетитом наворачивая шоколадно-ореховую пасту.

Мне кажется, от такого количества сладкого у него задница слипнется!

— Мишель, — тихо ответила ему, разглядывая комнату.

Она была невероятно светлой и какой-то камерной, очень уютной. Стены выкрашены в бледный серо-бежевый оттенок, вся мебель сложного серого цвета, постельное бельё чёрное. Мой взгляд остановился на подносе с едой и напитками. Как же хотелось пить. Занырнуть в бассейн с соком и пить без остановки. Но дотянуться до спасительной жидкости я физически не могла, сил в руках не было от слова совсем. А всё тело словно парализовано.

— Мишель, — повторил он тихо. — Потрясающее имя. Мишель… Мне нравится. Хочешь пить?! — спросил он, заметив мой голодный взгляд. Кивнула ему, тогда Джастин тут же спрыгнул с комода и подошёл ко мне. — Можно я сяду? Ты, наверное, ещё пошевелиться не в силах, да?

— Садись, конечно. Это же твоя кровать, комната и… вообще всё здесь твоё. Да, не могу.

— Мишель, это не моя кровать, но дом мой. А эту комнату я выделил для тебя, так что чувствуй себя как дома. Пей, дорогая, — протянул мне стакан с соком и прислонил трубочку к губам.

Сделала глоток и все рецепторы во рту словно взорвались. Ощущение было, что у меня дичайшие похмелье. А кислый сок в таком состоянии — настоящая панацея.

— М-м, видимо пить сильно хочется, да? — подмигнул мне, улыбаясь, пока я жадно глотала сок.

Моргнула ему в ответ, и он рассмеялся, продолжая держать стакан. Теперь я могла рассмотреть его поближе. Серо-зелёные глаза в обрамлении тёмных ресниц излучали неподдельный и живой интерес, буквально искрились и светились каким-то неимоверным теплом. Тёмно-русые прямые брови и прямой, я бы даже сказала, аристократический нос, небольшая щетина, аккуратные губы. Черты лица были вроде и плавными, но при этом лицо мужественное, с выделенными скулами и чётким контуром нижней челюсти. Вообще его внешность располагала к себе. Он был невероятно обаятельным, особенно когда улыбался и появлялись ямочки на щеках.

— Всего рассмотрела?! — озорно подмигнул, смотря мне в глаза. Мне показалось, что я покраснела. — Крошка, не стесняйся, разглядывай сколько хочешь. Понимаю, что ты небось в шоке и пытаешься вникнуть что с тобой и где ты. Так что если есть вопросы, то задавай, — произнёс он и убрал пустой стакан. — Тут есть ещё кофе и вода. А также блинчики, омлет и яблоко. Чем тебя покормить, дорогая? — внимательно рассматривал меня, пока перечислял содержимое подноса.

— Мне неловко, что я не могу даже руку поднять, чтобы самой поесть, — призналась ему, опустив глаза.