Чтение онлайн

— Я поговорю с ним. Хорошо, что ты привел сюда аршаумов. — Император запнулся и взглянул на Скавра с неохотным уважением. — Чтоб тебе сгнить, шлюхино отродье! Ты оказался слишком полезным, чтобы укорачивать тебя на одну голову. Если мы уцелеем, то, возможно, в конце концов, я доведем до завершения нашу с тобой сделку.

— Как поживает Алипия? — спросил Марк тихо.

Губы Туризина сжались.

— Ты не пытаешься облегчить мне задачу, а?

— Лучше сразу узнать все самое плохое. Что толку в том, что сегодня ты случайно оказался в хорошем

настроении, если завтра оно опять испортится?

— Иногда я все же думаю, что Маврикию стоило бы пресечь твою наглость с самого начала. Это избавило бы нас от многих неприятностей. — Император забарабанил пальцами по столу. Наконец он сказал: — Да, с ней все в порядке. Вокруг нее вилось полтора десятка молодых дворян (очень богатых и энергичных), которые осыпали ее комплиментами на моей свадьбе. Правда, она их не слушала.

Последняя фраза Гавра заставила Марка глупо раскрыть рот.

— На твоей… что?

— Свадьбе, — повторил Туризин. — Давно пора было мне взять законную супругу. Твои любовные шашни напомнили мне, насколько необходим наследник. А он у меня будет — четыре дня назад я узнал, что императрица в тягости.

— Прими мои поздравления, — сказал Марк от души. Если у Туризина родится наследник, он станет куда менее упрям в вопросе замужества принцессы. Трибун немного поколебался, прежде чем спросить: — И кто твоя супруга?

— Ну да, конечно, откуда тебе это знать! Ее зовут Алания Ворцеза. Ага, вижу, ты уже слыхал о ее семье. Да, это чиновники. Такой брак поможет мне приманить этих жуликов в мой лагерь. Она — тихое, кроткое создание. Еще одна причина выбрать ее после нескольких лет с этой визжащей змеюкой… О, милая Комитта! Да смилуется Фос над монастырем, куда я ее отправил.
– Император криво улыбнулся. — А ты все еще немногословен, а? Ты гораздо больше услышал от меня, чем разболтал.

Трибун начал было протестовать, но Император только отмахнулся:

— Убирайся, ты. И если увидишь у палатки одного из моих эпархов, скажи, что он может войти.

Щурясь на яркое солнце после полумрака палатки, Скавр действительно встретил бюрократа, стоявшего у входа и нервно переминавшегося с ноги на ногу. Трибун придержал полог, приглашая чиновника войти. Эпарх с крайней неохотой подчинился. Марк успел еще услышать рев Туризина:

— Ты, ленивый, глупый осел! Куда ты подевал пятьдесят телег с пшеницей? Кто врал мне, что они будут здесь еще позавчера?!

— Я вижу, Туризин все такой же вспыльчивый и несдержанный, — шепнул трибун одному из халогаев. Стражник в ужасе возвел глаза к небу.

Когда Марк вернулся в римский лагерь, до него донесся страшный шум. У входа в палатку он сразу заметил Виридовикса; кельт был на голову выше всех остальных.

— Из-за чего этот тарарам? — осведомился Марк.

Солдаты расступились, пропуская его вперед. Виридовикс уже вбил в землю два кола и заострил их. На каждый он водрузил по окровавленной человеческой голове. На лице одной застыло выражение ярости и вызова, другая же была изуродована

до неузнаваемости — меч срезал почти всю правую сторону лица.

— Трофеи? — сухо спросил Скавр.

Виридовикс взглянул на него:

— Привет, мой дорогой римлянин. Да, пожалуй что трофеи. Бросились на меня, несчастные олухи, так сказать, даже не поздоровавшись. Прошу прощения за беспорядок и все такое прочее, но у меня нет двери, к которой я мог бы их прибить.

— Или даже Вехового Камня, — сказал трибун, вспомнив свой разговор с Туризином. Он снова взглянул на головы. Обе были смуглые, с длинными косматыми бородами, сейчас пропитанными кровью. — Иезды.

— Да, думаю, ты прав, хотя я не спрашивал их об этом.

— Как же они проникли в наш лагерь? — спросил Марк.

Шум привлек внимание Гая Филиппа.

— Ты, ты, ты и ты! — закричал старший центурион, тыча пальцем в четырех легионеров. — Каждый из вас — к воротам, смените часовых с постов и пришлите их сюда, чтобы я мог поговорить с ними. Как только мы с ними покончим, они вернутся на свои посты.

Старший центурион только вчера появился в легионе, но власть его была непререкаема, как и прежде. Легионеры отсалютовали и бросились выполнять приказ. Римлянин, который пропустил в лагерь убийц-йездов, в ужасе уставился на «работу» Виридовикса.

— Я… я не думал, что это враги, — запинаясь, пробормотал он. — Они спросили по имени тебя или кельта. В лагере все знали, что Император вызвал тебя к себе, поэтому я сказал им, где можно найти Виридовикса. Я думал, это ваши друзья, которых вы повстречали во время похода.

— Это не твоя вина, Вестилиан, — вздохнул Скавр. Ему не нужно было допрашивать солдата, чтобы узнать, каким образом йезды отыскали его и Виридовикса за тысячи километров. Он снова остро пожалел о том, что не сумел уговорить Вулгхаша наложить чары на меч кельта. Тогда Авшару было бы куда труднее найти его.

— Ничего, все и так получилось неплохо, — заявил Виридовикс, вытирая меч пучком травы. — Вот торчат головы двух ослов, принявших сторону этого гада, а это значит, на двух врагов стало меньше. Думаю, теперь он уже не рискнет посылать таких дураков, раз уж он сам так близко.

— Ближе, чем мы думали. — Марк вспомнил о том, что сказал ему Туризин.

— Ну что ж, хорошо: В таком случае, так или иначе, скоро уже все будет кончено. — С легким металлическим шорохом Виридовикс вложил меч в ножны.

васпураканин просунул голову в палатку трибуна и разбудил его.

— Тебя ждет посыльный у ворот, — сказал он, мешая видессианские и латинские слова. — После вчерашнего я не хочу пускать его в лагерь.

— Правильно поступаешь, — пробормотал Скавр и потянулся за туникой и штанами. — По крайней мере, Гавр дал мне поспать целую одну ночь. — Он натянул через голову тунику и плеснул в лицо холодной воды. — От кого посыльный на этот раз?