Меч
Шрифт:
Это было не совсем правдой: у неё была парочка благородных предков из средневекового общества, которые имели несколько титулов, но сейчас было совсем неподходящее время объяснять разницу между настоящими аристократами и воображаемыми.
— Я — гражданка США, и поэтому имею равные со всеми права. Вот кто я есть относительно положения.
Человек с волосами, словно белое золото, и зелёными кошачьими глазами очаровательно улыбнулся. Этот больше всех глазел на девушку, когда она вошла в зал.
— Ой, но ведь любая женщина, которая противостоит опасностям Сумеречного Острова — благороднейшая и ценнейшая
— Опасности? — переспросила Келли, выгнув бровь. — Чёрненькие, крохотные мекха-как-их-там, паутина и клейкие пятна на полу, а также ворчливые мужчины, которые позволили своим манерам кануть в лету за — сколько? — за прошедшие три года?
— Только в последнее время, - сухо согласился Морганен, садясь на своё место. — Вы уже вроде как знакомы со мной. Я — Морганен, Маг, и младший из Восьми и тот, кто перенёс вас сюда.
С ним она будет вежливой. Всё-таки ему она обязана жизнью и способностью общаться с хозяевами замка.
— И я снова благодарю вас, Морганен, за своевременное спасение, - ответила Келли, вежливо кивнув, радуясь, что кто-то здесь желает быть цивилизованным и разговаривать, а не кричать на неё. Она посмотрела на мужчину, сидевшего слева, с тёмно-каштановыми волосами и голубыми глазами, одетого в фиолетовое. — А вы?
— Доминор, Мастер, третий среди нас. И я служу только самому себе. Пусть остальные помогают тебе, - добавил он с холодным презрением. — Я же не склонюсь по желанию Чужеземки.
Глава 8
Келли окинула взглядом стол, наблюдая за реакцией братьев на слова Доминора. Её решимость отстаивать своё мнение только сильнее укрепилась после того, как она поняла, что большинство присутствующих согласны с ним. Только Морганен, кажется, одобрял её присутствие здесь, он даже слегка кивнул ей. Видя его поощрение, девушка поняла, что он не согласен со словами брата. Ободренная его молчаливой поддержкой Келли резким взмахом руки молниеносно ошарашила мужчину, сидящего рядом. Никакой инструктор не научил бы подобному - она исполнила знаменитый приём бабули Дойл, вцепившись мёртвой хваткой в ухо Доминора.
– Ай! Отпусти, женщина! — завопил тот.
Келли сжала крепче и встала, возвышаясь над ним только потому, что мужчина сидел.
— Привыкай, неудачник. Там, откуда я родом, - добавила она, лишь слегка преувеличив, - ни один мужчина не осмелится обращаться к женщине в такой оскорбительной и снисходительной манере. Если я говорю, что ты будешь скрести пол своей любимой зубной щеткой, значит, ты будешь это делать. Женщины всегда были хранительницами культуры, и ради всех богов моего и этого миров, ты станешь вежливым! — Келли снова дёрнула его за ухо, не обращая внимания на безуспешные попытки стряхнуть её руку, и посмотрела на остальных. — А у вас есть проблемы с подобающим поведением в моём присутствии?
– Отпусти моё ухо, женщина, или я обращу тебя в жабу! — потребовал Доминор, сверля девушку взглядом.
Келли за ухо стащила его с кресла, притянув перекошенное лицо мага поближе к своему.
— Ты когда-нибудь слышал слово «пожалуйста»? Или «спасибо», или фразу «не будете ли вы так любезны»? Меня уже тошнит
Ослабив хватку, девушка отпустила его, и он снова оказался в кресле, потирая освобожденное ухо. Уперев руки в боки, Келли взглянула на остальных братьев.
— Я торжественно клянусь, что следующий мужчина, который повысит на меня голос, или будет угрожать, или просто станет вести себя неуважительно, будет есть грязь!
– Интересно, а как ты собираешься заставить меня вести себя, как тебе хочется? Особенно когда я обращу тебя в жабу - в твоё настоящее обличье, женщина? — прорычал Доминор, поднявшись и, в свою очередь, нависнув над ней.
– А вот так! — резко подхватив юбки, девушка сделала выпад ногой в тапочке. Но ударила не мужчину, а стул позади него, затем - тот, что находился за ней, освобождая себе место для манёвра. И прежде чем перевёрнутая мебель перестала громыхать, Келли схватила мужчину за руку, завернула её ему за спину и сбила того с ног. Затем ногой почти без усилий прижала его лицо к полу.
– Ой! Чёрт тебя дери, женщина!
Чуть двинув ногой, она прижала его лицо примерно к тому липкому пятну, на которое наступила всего несколько минут назад.
— Ты чувствуешь эту грязь на полу? Тебе она нравится? — продолжала возмущаться Келли, как ни странно, почти получая удовольствие от возможности показать свои гнев и недовольство происходящим.- Мои поздравления, Доминор! Ты только что вызвался очистить его!
Несмотря на колотящееся сердце и осознание того, что маг и в самом деле мог обратить её в жабу, девушка обнаружила, что ошеломлённые лица братьев крайне забавляют. Ей всё-таки удалось взять эту ситуацию под контроль. Да, Дойлы не тратят понапрасну тактическое преимущество.
– Видишь, мне вовсе не нужна магия, чтобы выбить из тебя дурь… Но ты вынужден использовать её, чтобы сравняться со мной. И знаешь что, Доминор? — добавила она, обращаясь к мужчине, прижатому ногой. — Мне нравится, что этот факт застрял у тебя как кость в горле. Тот факт, что я могу заставить тебя есть грязь, не используя магию в качестве подкрепления. Да, и впредь я бы не стала угрожать превратить меня в нечто, не входившее в Господний и природный замысел с самого начала, господин, - елейным голосом продолжила Келли, заломив руку ещё сильнее так, что у мужчины перехватило дыхание. — Видишь ли, в любой форме, в которую ты задумаешь меня превратить, всё равно останусь Я, и темнейшие силы ада не сравнятся с женщиной, выведенной из себя каким-то глупым идиотом! — ещё один рывок, и он заворчал от боли. — Теперь ты заткнёшься и будешь слушать меня? Или нужно скрутить твоё тело в узел своими чужеродными знаниями и суперпространственными приёмами?
Он что-то пробормотал.
– Прости, ты что-то сказал? — спросила Келли, немного сильнее дёрнув его руку, едва ли не вывихнув её. Она — таки получила нужные результаты.
– Перемирие!
– Я не слышала слова «пожалуйста», а я категорически требую таких цивилизованных слов, как «пожалуйста», припоминаешь? — спросила она сладким голоском, в то время как все братья застыли в удивлении, видя, как второго по силе брата, из присутствующих за столом, так легко прижали к полу.
– Перемирие… пожалуйста.