Чтение онлайн

Я предавался дисциплинарным мыслям, пока не понял: есть напасти пострашнее, чем карцер и наряд на камбуз. Почувствовалась какая-то тянущая сила, с каждой секундой мощнеющая, все более действующая на зрение и сознание вообще. Неужели в камеру стала проникать магическая Икс-структура, намереваясь превратить меня из нормального номерного космика в трансформанта? Как же быть? И так я был незначительной личностью, близкой к нулю, а теперь рискую сделатся отрицательной величиной, каким-то патогенным микробом — и все люди будут рукоплескать, когда мне конец настанет.

Опять

я в ловушку попался!

Быстро меня сегодня закупорили. И не верю я ни в какие случайности. Мне помогли без особых хлопот проникнуть в испытательный блок и отмазаться от кибероболочки. В итоге, из меня получился отличный, чисто человеческий материал для проведения смелого эксперимента.

Тяжесть нарастала, накатывала волнами, вызывала тошноту и жар, сменяясь легкостью необычной, меня как будто придавливало каменной плитой, а затем уносило быстрой рекой. В моменты смягчения я вроде получал сигнал от КОГО-ТО: дескать, ты ведь хотел быть со со мной, поэтому не сопротивляйся, я дам тебе легкость, я дам тебе радость.

А потом пытка начиналась по-новой. Множество мелких клещей как будто выдергивали ядрышки из моих клеток, а может даже и атомов, а заодно изнуряли душу.

На месте одной из стенок камеры я, несмотря на дурноту, увидел голубое сияние, которое уже протягивало ко мне свои лучи. Они ветвились и извивались в стиле первобытного орнамента. Сквозь полосы и узоры тумана обозначилась медуза. Это она, та самая Тварь, которая украла мой дом! Или ее близняшка, искусственная Икс-структура, от чего не легче.

Она пыталась сформировать положительный образ светозарного облака, в котором найдутся и легкость, и успокоение, и сладость. В котором я перестану отвечать сам за себя, но меня будет постоянно окружать вполне вещественная забота. В то же время можно было понаблюдать, как расплываются мои ботинки, как один из них обвивает шнурками и жадно поглощает другой. Как получившийся слитень начинает делиться на два, а потом на четыре новых башмака. Следом я почувствовал, что и куртка на мне начинает шевелиться, ползти и как-то слишком тесно меня обхватывает. Я пытался морально не поддаваться напасти, потому что знал — это имеет большое значение.

— У тебя плохие манеры, чертова структура. Ты многое потеряешь из-за этого.

И я как будто получил ответ типа того, что иначе действовать она не умеет, но не откажется от хороших советов. Дескать, вместе мы сможем переделать весь мир, по крайней мере, лучшую часть мира. Уже замелькали образы грядущих преобразований и деяний — дескать, я стану повелителем хрональных волн, буду ходить по воде аки по суху, и проникать сквозь горы, стану перекидывать огромные мегалиты словно пинг-понговые шарики и воздвигать невиданные доселе пирамиды.

Впрочем, фантазия у Икс-структуры оказалась не слишком богатой, да и налаживать дружеский контакт не было времени.

На моей груди сконденсировался черный крутящийся диск трансквазера, откликнулся-таки строгий процессор на мое горюшко. Хронолинии, с которыми стали работать мои виртуальные руки, были очень неподатливы, тварь разрубала

все нити судьбы, которые я пытался использовать. Но я связывал их по новой, пытаясь проложить себе путь к отступлению, распутывал хитросплетения перед собой и устраивал их позади себя.

В конце концов, управляемый хрональный канал заставил камеру расплющиться, даже размазаться по сторонам, и лопнуть — можно было уматывать. Но пришлось сперва отодрать от себя ставшие чужими и хищными ботинки и куртку, которые тут же принялись резвиться.

Когда выбирался, мог еще полюбоваться, как внезапно включившийся антихрононовый бластер охотится на конвертированные детали моей одежды. Ботинки прыгали, словно в мультике, а куртка носилась повсюду как очумелая — будто была одета на человека-невидимку. И даже успела разделиться на две куртки: одну побольше с внушительными карманами, другую поменьше, но с огромным рукавом, похожим на хобот или копулятивный орган. И этот орган похотливо тянулся во внушительный карман, который стыдливо застегивался. Я не успел досмотреть, чем это закончится. Надо было удирать через развалившийся люк, пока вахтенные и дежурные не примчались, тем более, что на аппаратуре из-за хрональной чехарды уже замелькали язычки пламени.

— Ну, что, наелись?— встретил меня Саша.— Не стоило изучать зверя со стороны его пасти.

Утром, подслушивая разговор руководителя эксперимента с помощником, я узнал, что начальству базы хорошо известно о проникновении постороннего в испытательный блок, что едва не произошел прорыв чего-то малоприятного из испытательного блока, и что сейчас ведется служебное расследование на предмет наличия вражеского агента.

После смены ко мне в каюту неожиданно заглянула офицерша Мара К911 и стала неуклюже кокетничать, заодно прознавая, какая у меня военная подготовка и где я был ночью с часу до трех. Я реагировал вяло и наконец она поперла напрямки:

— Обнаружены ваши отпечатки пальцев на одном из входных люков испытательного блока.

— Это ни о чем не говорит, коллега К911. Я мог их оставить днем, в рабочее время.

— Фома работает за двоих, а кое-кто отдыхает за двоих,— вмешался “адвокат” Саша.

— Не отнекивайтесь, вы побывали там.— сказала женщина-кшатрий строго, без снисхождения к моим заслугам, коих впрочем и не было.

— Я не отнекиваюсь, только вы покамест ничего не доказали, коллега.

— Если нет козырей, милая женщина, то ходите шестеркой,— посоветовал Саша.

Бой-баба, ничего не добившись “в лоб”, решила сделать фланговый обход. Она присела на край моей койки и внушительно произнесла:

— Мы приняли вас, Фома, по настоянию одного ответственного лица нашей Службы. Однако касательно вашей персоны есть некоторые неясности.

— Только даун является совершенно ясной персоной.

Я уселся неподалеку от офицерши на табуретке-массажистке, а на карнизе расположился ворон Саша. Он и озвучил мои мысли:

— Если, коллега, вам не открыли какую-то информацию о Ф.К123, то сам он, тем паче не должен болтать лишнего. Болтун — находка для врага.