Маяк
Шрифт:
Неожиданно налетели тучи, а погода мгновенно испортилась. Несмотря на то, что они находились далеко за городом, к ним подъехали четыре полностью тонированных черных автомобиля. Из машин стали выходить люди, которые хоть и были одеты по простому, но принадлежность их к далеко не бедным чувствовалась издалека. Из последней машины вышел человек в дорогом костюме, смотрящий с ненавистью на всех, и проговорил своим властным голосом:
— Артур, пора платить по счетам!
Выстрелы раздались сразу после окончания фразы. В груди стало больно, будто сильные тиски сдавливают её с двух сторон и нет возможности выбраться из них, тело стало само сгибаться, а в плечи вцепились руки, хватка которых слабела с каждой долей секунды. Последнее, что слышала девушка —
Вика резко села на кровати. Сердце бешено колотилось, готовое вот-вот вырваться наружу, а в ушах стоял гул и стук, который, казалось, не мог бы перебить ни один другой звук. Она огляделась по сторонам, убеждаясь, что это был всего лишь сон. Услышав знакомое посапывание в соседней комнате, девушка заверила себя, что все нормально, хоть неприятные ощущения до сих пор были. Она вышла на балкон и закурила, заметив, что за последнее время стала курить еще больше, чем раньше, но старалась скрывать это от Артура, чтоб тот не волновался, да и незачем ему было знать. Вика полностью ушла в свои мысли, на улице шел теплый дождь, что было неудивительно для августа, ритмичный стук по козырьку успокаивал и даже убаюкивал, но тем не менее третья подряд сигарета медленно тлела в тонких пальцах. Неожиданно на своей талии она почувствовала крепкие руки, а на затылке появилось теплое дыхание. Девушка дернулась, испугавшись неожиданных касаний, но потом, поняв кто это, мгновенно успокоилась и сделала следующую затяжку.
— Время четыре утра, а ты уже куришь, — раздался тихий шепот над ухом, — Тем более так долго, — он не сказал, а буквально промурлыкал это, прижимаясь своим телом еще сильнее к ней.
— Я тебя разбудила? Прости пожалуйста, — сигарета сразу полетела с балкона, а девушка развернулись, отвечая на объятия.
— Все хорошо, — парень немного отодвинулся от нее и уже более проснувшимся посмотрел в её глаза,
— Тебя что-то тревожит? Ты не куришь рано утром просто так…
— Кошмар приснился, не обращай внимания, — она недолго помолчала, а потом в голове родилась идея, — Пойдем прогуляемся?
— Сейчас? Зачем?
— Рассвет, красиво. Пойдем!
Артур слабо кивнул, шумно выдыхая при этом. Он прекрасно осознавал, что впереди ждет долгий, насыщенный и тяжелый день, но отказать девушке не мог. Просто не хотел. Быстро натянув поверх домашней одежды легкие курточки, они вышли во двор между пятиэтажками. Теплые капли воды падали с неба, моментально промачивая волосы и не спрятанную часть футболки. Девушка кружилась под дождем, расставив руки в стороны и ловя влагу лицом, и смеялась. Артур же зачарованно наблюдал за ней, не в силах отвести взгляд. Ему не очень хотелось мокнуть, поэтому он старался поглубже зарыться в так называемую олимпийку, сделанную под тематику девяностых годов. Промокшая и счастливая девушка подошла к парню и взяла за руку, заставляя выйти с ней в середину двора и насладиться моментом. Артур сначала по прежнему стоял, безуспешно пытаясь скрыться от падающих капель, но потом взял пример с Вики и стал раскрепощаться. Вика нашла песню на телефоне, они стали кружиться под ее ритмы.
Женский искренний смех сливается с мужским басом. Вика снимает домашние тапочки, чтобы было удобнее, берет Артура за руки и начинает с ним кружиться под сменяющуюся композицию.
Артур полностью раскрепостился, стал подпевать вместе с Викой. Им было плевать, что на них с балконов смотрят как на сумасшедших разбуженные криками люди.
И вот они вдвоем как малые дети веселятся во дворе почти час, полностью вымокнув и жутко замерзнув. Вика первая заходит в квартиру, продолжая смеяться, и неохотно убирает свою руку из руки Артура. Двигаясь в сторону ванны за полотенцем, она оставляет за собой влажные следы, которые возникают из-за воды, капающей с длинных густых волос. Мокрая одежда четко облепляет их тела, лишний раз подчеркивая все достоинства.
Артур осознает, что сейчас он счастлив как никогда в жизни. Но эта же мысль одновременно его пугает. Пусть он и знает девушку не месяц, но нормально они общаются
— Артур, что такое? Ты же заболеешь, переоденься, — проговорила Вика едва слышно.
— А, что? Прости, да, конечно, — протараторил он и стал снимать обувь.
— Все хорошо? О чем ты задумался?
— Давай потом поговорим, я не хочу портить тебе настроение.
Артур зашел в ванную, чтобы переодеться, а девушка осталась стоять напротив двери, в которую он только что вошел. По ту сторону послышался тяжелый вздох, а после мужчина вышел, столкнувшись с её вопросительным взглядом.
— Я же сказал, что потом, ну? — он продолжал смотреть в её выпытывающие глаза, и, не выдержав взгляда, сдался, — Ладно, хочешь сейчас, давай сейчас. Только не реагируй резко, пожалуйста…
— Я постараюсь, — она взяла его ладони в свои, — Я тебя слушаю.
— Тебе не кажется, что у нас все развивается слишком быстро?
— О чем ты?
— Наши с тобой отношения, мне казалось, что между нами что-то большее, чем просто товарищество или моя помощь тебе, — парень запнулся, каждое слово давалось с трудом.
— Ох, Артур, я…
— Не говори, не надо. Я понял…
В его голосе послышалась неподдельная тоска. В голове всплыли картины из далекого прошлого, как одна девушка, к которой у него были сильные чувства, выставила его посмешищем перед всей школой после признания в любви. Он боялся, что сейчас будет также, что это окажется глупой игрой ради собственной самооценки, что снова будет больно, а он и так не расстается с чувством одиночества, которое после такого могло только усилиться. Все это пронеслось перед глазами за какой-то миг, в который он выдернул руки из теплых ладоней Вики и развернулся в сторону гостевой комнаты. Девушка же стояла потерянная, она не знала, что и как сказать, для нее все это было ново и дико. Она поняла, что сейчас может разрушить все просто из-за того, что он её не дослушал, поэтому решила побежать за ним.
— Артур, стой! — девушка поймала его за запястье в дверях, ведущих на кухню, — Ты меня не дослушал!
— А что мне надо слышать? — он остановился и развернулся к ней лицом. В глазах стояли не вытекшие слезы, взгляд был жестким и непрошибаемым, хоть где-то за этой маской и скрывались его истинные эмоции, — Я наслушался этого когда-то.
— Стой, я тебе говорю. Послушай меня, пожалуйста, — голос стал умоляющим, подрагивающим, — Я… Мне странно это говорить… Я не знаю, что такое любовь, Артур, — она тяжело вздохнула, — Я её никогда не чувствовала, но я не могу сказать, что у меня к тебе ничего нет, — слова лились сами, хоть и с большим трудом, — Когда ты рядом, в душе все переворачивается. Я никому так не радовалась, как тебе, когда ты приходишь домой с работы. Артур, ты самое дорогое, что у меня вообще когда-либо было и, возможно, будет. Я хочу делать для тебя что-то, радовать тебя, встречать, готовить, танцевать под дождем. Просто быть рядом, Артур, прошу, — Вика замолчала, по щеке покатилась слеза, голова опустилась вниз.