Маяк Серафа
Шрифт:
Книга Серафа, с. 34
Море было спокойно, небольшие волны перекатывались на поверхности воды. Путешественники чувствовали себя почти как дома. Тихо накатывая на берег, волны с бликами огня от их костра отступали и вновь возвращались. Чуть дальше растущая луна и яркие звезды отражались в чистой темной воде.
– А какие же еще карты есть в Книге Серафа? – Арти зевнула и потерла глаза, отгоняя сон.
– они складываются в одну большую карту. Но для этого надо знать, как их соединить вместе. Я уже думал об этом. Может быть, теперь, с привязкой к точному месту и сравнив с другими
– в Гильдии торговцев есть свои карты не только местности, но и магистралей, железных дорог. Хотя и обозначены на них в основном современные поселения и наши места торговли. Я мог бы скопировать их. Если вы готовы, мы можем в ближайшее время отправиться в Централию, в нашу Торговую Палату. Это одна неделя ходу отсюда. Либо подождем следующего каравана через месяц и поедем с ними, – Фарадей вопросительно посмотрел на Илая, потом перевел взгляд на Арти.
– я согласен. Это может нам очень подсобить.
– и я тоже согласна. Всегда хотела увидеть Централию.
Огонь медленно догорал, и им казалось, что дым показывал картины прошлого, навеянные впечатлениями за день. Ребята уснули.
***
Проснувшись рано утром и быстро перекусив, Илай и Фарадей расчехлили лодки. Их было четыре, все были как новые и выглядели так, словно никто ими ни разу не воспользовался. Столкнув две лодки в воду и связав их, они сели на весла и отправились в обратный путь. Расстояние по морю до маяка вдоль береговой линии было намного короче, чем через лес. Уже на закате показался сам маяк, а к ночи они были у себя дома.
Шли дни, было принято решение не торопиться и подождать, пока придет следующий караван Гильдии, чтобы отправиться с ним на юг, в Централию. Так называли городок, выросший вокруг большого центрального вокзала, от которого караваны и поезда отправлялись повсюду, где у Гильдии велась торговля. За это время Илай перерисовал заново карту и как следует изучил ту, что он скопировал в церкви. По карте нельзя было сказать, куда именно вел обозначенный на ней путь. Кроме того, что это был какой-то населенный пункт, все остальные знаки и надписи ничего им не говорили. В городке не было опытных путешественников, которые умели читать карты лучше, чем они, а книг, которые могли бы объяснить знаки на карте, они не нашли.
Другие карты Серафа были такими же загадочными, да и, ко всему прочему, содержали разные печати («ангельские печати, сигилы», – упорно твердил Фарадей) и магические знаки с пояснениями. Илай хотел поискать книги в библиотеке Гильдии, чтобы расшифровать хоть что-то для себя и попытаться сопоставить разрозненные и непонятные знания. Ясно, что книга хранила в себе секреты более значительные, чем казалось на первый взгляд.
В деревню было отправлено несколько человек для очистки и подготовки территории для дальнейшего заселения. Городской совет решил, что небольшое расширение территории не повредит, да и в городке при маяке становилось уже тесновато, чтобы уместить всех подросших детей с семьями. К сожалению, строить новые дома никто из живших в Серафе или близлежащих поселениях не умел.
Фарадей попросил не трогать церковь, так как собирался отправить туда трудников из староверов для ремонта, освящения и подготовки храма к продолжению службы.
Чтобы
Максвелл порадовался находке ребят, но, будучи киберинженером, не умел читать карты и не мог как-то помочь с расшифровкой. Его знания были более техническими и относились к тому периоду времени, когда кибертехнологии все еще работали. Он всегда был рад протянуть ребятам руку помощи или поддержать их дельным советом.
– Вам нужен настоящий книжный червь. Такие дотошливые и любознательные исследователи есть у священников. Вам надо будет найти семинарию большого города. Или монастырскую библиотеку. Эти живут по старинке уже несколько веков, да… Только там они и остались. Хотя… ваш друг Фарадей, похоже, из таких же, как мне кажется, хоть и не ходит в рясе. Дело воспитания, да.
Месяц проходил медленно и размеренно за ежедневными занятиями. Арти выпросила у отца настоящую военную форму для всех и вдобавок получила бронежилет для себя. Все в городке очень гордились ими, и ни у кого не возникало никаких беспокойств об их предстоящем путешествии. Фарадей прижился в городе, как свой, и подружился с дочерью Максвелла, Клер, несмотря на хмурый взгляд отца.
Большую часть времени они проводили за Книгой Серафа вместе с Илаем. Правда, его интерес был несколько другим, он, часто прищурившись, тщательно изучал каждую страницу книги, делая выписки и пометки в своем дневнике.
«…Прямой нейронный интерфейс обратной биологической связи позволяет создать расширенный интеллект, превосходящий и человека, и машину одновременно. Как вероятный вариант, можно рассматривать взаимосвязь в цепочке нескольких соединенных мозговых интерфейсов между людьми и машинами… для создания сверхсознания…»
Книга Серафа, с. 144, комментарий № 2
Фарадей еще раз внимательно перечитал и задумался, когда была сделана эта запись. Почерк в комментариях и заметках различался, но нигде не были проставлены даты. Только по описываемым технологиям можно было догадаться, о каком времени шла речь. Тем не менее возникал контраст между стилем, содержанием и временным периодом. Фарадей решил, что Книга Серафа требует более досконального штудирования и научного анализа. Многие из названий в описываемых технологиях не были известны ему. Оставалось только додумывать назначение этих фантастических изобретений прошлого.
И вот наконец настало время отправляться в путь. Небольшой караван прибыл, как всегда, четко по расписанию, ведь торговцы славились своей пунктуальностью и надежностью. Их мулы проявляли себя лучше всего на дневных перегонах, а лошади использовались только охранниками. Фарадей быстро обсудил что-то с вожаком каравана от Гильдии и договорился о трех местах в повозке. Представитель Гильдии был рад такой большой удаче своего ученика. Он также был старовером, и это сыграло им на руку. После заключения всех сделок и обмена товарами все легли спать для того, чтобы рано утром, в полусне, отправиться в путь.