Чтение онлайн

Джеймс смотрит на него обескураженно.

– Аааа, то есть это я виноват? Надо Патрика вернуть, может, чтобы каждый раз тебе нос ломал, когда ты ее пиздить будешь? – Коннор насуплено молчит. – За что хоть на этот раз? Или опять показалось? – Ответа он не дожидается. – А если она с обрыва сиганула? А если ее убили и камушки сняли? Здесь столько шпаны развелось! Убьют и не за такое. Что было на ней вспоминай, во все ломбарды надо дать описание и фотографии.

Коннор невидящим взглядом смотрит в темноту за окном.

– Ничего ей не будет. – Трясущимся голосом, которому

он пытается придать твердость, говорит он. – Она ещё простудится на наших похоронах. Не внушай мне тут свои мысли! – Орет он. – Убили! Такую не убьёшь при всем желании. Вывернется из любой ситуации. А, может, и к лучшему, а? – Вдруг осеняет его. – Сколько она мне крови выпила. Сам я не могу от неё избавиться. Просто не могу.

– Что ты несёшь? – Одёргивает его Джеймс. – В себя приди! Ещё твоей истерики не хватало! Хорош бухать! – Захлопывает он подлокотник, из которого Коннор пытается достать бутылку. Тот, в шоке от такого обращения, только таращится своими бешеными глазами.

На следующий день Жером стучит в номер Кати. Та радостно распахивает дверь. В новом платье, с уложенной причёской она выглядит прекрасно, если не считать ссадины на лице.

– Как ты устроилась? – Ее гость оглядывает номер. Он уже оброс некоторым количеством вещей, флакончики и тюбики расставлены по всем поверхностям, Катя в спешке сгребает это все, чтобы дать хотя бы ему возможность присесть.

– Прости за бардак! Здесь так места мало, что невозможно ничего никуда положить. Я пью чай, предложить чашку? – Указывает она глазами на крошечный столик с чайником на нем.

– Пообедаем? Я приглашаю. – Интересуется он.

– С удовольствием. – Расцветает она. – Только пойдём в какое-нибудь непопулярное место и, желательно, подальше.

Такое предложение устраивает его более, чем полностью. Он, так же как и она, не хочет встретить никого из знакомых. После обеда они прогуливаются, Катя весела и ни за что не скажешь, что какие-то переживания гложут ее. Спросить, что она собирается делать дальше, он не решается. Она бы и не смогла ответить на этот вопрос. Конечно, она поедет домой, только не сейчас, попозже, когда сама успокоится. Да и Коннору не мешает немножко поразмышлять о своём поведении, пусть по потолку побегает, поищет ее. «С ума сходит, наверное», – мстительно думает она. На следующий день Жером освобождается ближе к вечеру, заезжает за ней. Они опять выбирают далекий ресторан, но на этот раз это не спасает. Звонок в полицию поступает сразу же, как только хозяин заведения лично подходит к их столу, вроде бы поинтересоваться, все ли хорошо, а на деле убедиться, что это, действительно, та девушка с распечатанной фотографии, которая лежит у него на столе.

– Подождём на улице. – Увещевает Джеймс Коннора. – Ты же не хочешь сейчас сцену на потеху публики закатывать?

– Сука! Я тут должен стоять и ждать, пока она там с этим мужиком намилуется? Убили, блять, ее! Я тебе говорил, она неубиваемая! – Коннор мечется по парковке перед рестораном. – Иди и вытащи ее оттуда!

– Подождём здесь. На, покури, успокойся! – Джеймс протягивает ему сигарету. – Они уже давно пришли, скоро выйдут.

Главное, не психуй. Она должна сесть в машину и поехать с нами. Не спугни сразу, умоляю.

Как назло, Катя с Жеромом явно не торопятся. Когда Коннор уже на последнем издыхании, они, наконец, появляются. Коннор тут же прячется в машину, от греха подальше. Катя держит своего спутника под руку, весело болтая. При виде Джеймса, она замолкает на полуслове, улыбка сползает с ее лица. Жером обеспокоено оборачивается на неё, потом смотрит в направлении ее взгляда. Катя потихонечку отпускает его руку и делает маленький шаг в сторону. Он же, наоборот, обнимает ее за плечи и ведёт в сторону машины, поняв все без слов. Катя слегка упирается, но он уверенно направляет ее, распахивает перед ней дверь. Катя оборачивается на Джеймса, который приближается на пару шагов к ним.

– Только попробуй сесть. – Своим низким голосом произносит он. – Только попробуй. Ты обратно не вернешься, я тебе клянусь. Не усложняй.

Видя, что Катя колеблется, Жером пытается усадить ее в машину, нажимая на ее плечо вниз.

– Садись, пожалуйста. – Мягко говорит он. – Тебе с ним разговаривать не о чем.

– Тебя трое детей ждут, забыла? – Вытаскивает беспроигрышный козырь из рукава Джеймс. – Хочешь их больше никогда не увидеть?

Услышав это, Жером оставляет попытки усадить Катю на пассажирское сидение силой.

– Ты в опасности рядом с ним. – Начинает уговаривать он. – С детьми все будет хорошо. Я тебе говорил, нужно идти в полицию, написать заявление, снять побои. Никто не сможет тебя лишить детей.

– Он сможет. – Печально говорит Катя. – Прости, пожалуйста. Спасибо за все.

– Нет-нет-нет-нет! – Теперь Жером становится между ней и Джеймсом, преграждая ей путь. – Не ходи к нему! Не делай глупостей!

– Все будет хорошо. – Обещает ему Катя, огибает его и идёт к своей машине. Они трогаются, оставляя Жерома, так и стоящего около машины с открытой пассажирской дверью. Некоторое время едут в гробовой тишине, потом Коннор не выдерживает.

– Тело, говоришь, надо искать? – Обращается он к спине Джеймса. – Представь, переживал за тебя! – Сообщает он Кате. – Я-то сразу уверен был, что ты, сучка, устроишься лучше всех! Нарядная, – осматривает он ее, – с сумкой за десять штук. Я понимаю, конечно, что сосешь ты отлично, но десятку это точно не стоит.

– Господи Боже мой! – взрывается Катя. – Почему ты со мной так разговариваешь? Я думала, ты извиняться будешь. Есть какой-то предел твоему хамству? Сумка ему покоя не даёт. Даже Я не знаю, сколько она стоит!

– Конечно, не ты же платишь каждый раз!

– Аааа, отлично, теперь перешли к попреканию деньгами. Не хочу тебя расстраивать, но за эту сумку тоже ты заплатишь, и за все остальное. Счета тебе придут.

– То есть, ты просто взяла у них вещи и все? Не заплатив? Вот по бутикам мы не догадались пройтись, тебя поискать. – Преувеличенно сокрушается он своей недогадливости. – В голову не приходило, что ты на шоппинг отправишься!

– А что мне? В драном платье ходить?

– Наглая же ты! – Бесится он. – А живешь где?