Матрешка
Шрифт:
– А чем чертить то, или у тебя тушь имеется?
– Представь себе, имеется. Правда чертить придется когтем.
– Откуда? Тебя там рисовать, что ли учат?
– Не. Там сарайчик красили, вот я ведерко краски и оприходовал.
– И никто не поинтересовался на фига фелму краска? Не верю!
– А я так, посмущался, ножкой землю поковырял и сказал, что сожрал.
– Ээ…как?
– Мол, пахло вкусно. Я и того, потребил лакомство, не удержался.
– А закусил ведерком?
– Догадливая. Но, сама посуди после сказочек про дрова и нефть, вполне
– Ладно, неси свою шкуру и краску. Как начну летать займемся. Информация наше все. Погоди, у меня еще вопрос есть. Ты мимоходом упомянул, о каких-то "ментальном ударе" и "шепоте аджара". Только слышал или можешь сам показать?
– А вас там этому не учили?
– Может быть, и учили, но я слишком быстро слиняла. Как теперь понимаю, поторопилась. Надо было больше информации собрать, благо было у кого. Хоть у инструктора. Но, я боялась, что меня продадут, а на материке бежать и главное имитировать смерть сложнее.
– Будет время, покажу, и попробуем освоить. А пока я полетел. Там у меня в коврике главный информатор отдыхает. Пока не пробудился желательно вернуться.
– До завтра.
…
– Привет, красотка! Солнечные ванны принимаешь?
– А за красотку ответишь! И чего ты днем заявился.
– Трудовой энтузиазм. Облетаем границы периметра.
– Типа, "у высоких берегов Амура часовые Родины стоят"?
– Так за поблажки в режиме надо отрабатывать. Держи обещанное.
– Не расплескал, пока летел?
– Обижаешь. Тем более второй раз может не получиться. Тут во дворе столкнулся с одной. Так она обняла какой-то бочонок как родного, стоит, молчит, глаза сумасшедшие, но чувствуется, готова биться до последнего.
– Весело живете.
– Пока не жалуюсь. Как здоровье?
– Похоже и вправду регенерация у нас неплохая. Еще пару дней и попробую полетать.
– Регенерация говоришь. Интересно, если фелму хвост оторвать, регенерирует?
– Но, но. Это еще что за экспериментаторский зуд. Самому кое-что оторву и посмотрю, как будешь регенерировать.
– Понял. Был неправ. Но ты это, осторожнее. Здесь у парочки клювастых террористов охотничьи угодья. Мне и тебя жалко и их не стоит добивать. Неизвестно, кто им на смену может заявиться. Да и воздушный спарринг с ними неплохой.
– Учту. Кстати, раз уж залетел. Рыбкой еще не угостишь?
– На обратном пути заскочу на озеро. Бывай, картограф.
…
Прошла еще пара дней. Наша птичка так и не полетела. Поэтому сегодня я летел с твердым намерением сыграть роль кукушонка и выпихнуть птичку из гнезда. Похоже, она просто трусит.
Но до чего же красиво. Все же способности к полету это подарок судьбы. Под тобой прокручивается рельефная карта. Видно, как холмы переходят в предгорья, а те в горные кручи, кое-где увенчанные снежными шапками. Временами горы рассекаются темными клиньями долин и ущелий. Яхуу!!!
Красота красотой, но "локатором" я периодически подсвечиваю. Хоть клювастые друзья и остерегаются сейчас нападать, но береженого, как известно создатель бережет.
О!
Вот, теперь другое дело. Что голубушка башкой вертишь? Потеряла? Опять набираем скорость, переворот и с воплем "Я ЯК истребитель!" проносимся у нее над головой и опять сваливаемся в пике с переворотом. Теперь боевой разворот и мы висим у нее над головой.
– Эй! Подруга, кого потеряла!
– Псих! Детство в заднице играет!
– Борт номер два. Посадочная полоса прямо по курсу. Аэропорт назначения готов принять вас.
Пике, колокол, и мы практически с нулевой скоростью по всем осям перед площадкой пещеры. Чуть махнули крылышками и на месте. Немного погодя на площадку плюхается и наш подранок. Ну, кто так летает, кто так летает? Курица деревенская.
– Не наигрался в самолетики в детстве? Герой.
– Хм. Подруга. Нормальный пилотаж это тоже оружие. Как там у Покрышкина: высота, скорость, маневр, огонь. Это же про нас. Высота, что бы все видеть и набрать скорость. Скорость, что бы догнать или убежать от противника. Маневр, что бы уклониться от его атаки и атаковать самому. Огонь, как результат всех усилий. Можешь реально наплевать на врага.
– Если бы ты нормально летала, ты бы этого блондина сделала без моей помощи.
– А чего ты тогда рисковал крыло поломать? Мог бы, как ты сказал, маневр, огонь.
– Так он тебя фактически добивал. Мог и не успеть. Вот и рискнул. А пилотаж это лишний шанс выжить. Боевое преимущество.
– Ну, может ты и прав. Так как насчет озера?
– Полетели.
И мы полетели. Красота здесь потрясающая. Все же в неиспорченной технической цивилизацией природе, превращенной в среду обитания, есть своя прелесть. Изумрудное зеркало озера среди гор. Присмотренный заранее пляжик. Садимся.
– Ну как?
– А неплохо. Я бы здесь пожила. Был бы домик, доставка и интернет. Почти рай.
– Ха. До интернета здесь несколько сотен лет. Для этого совсем другое общество нужно. Поэтому бери что дают. Пошли, поплаваем, рыбки наловим.
Подруга сначала с осторожностью заходила в воду. Нырять начала не сразу. Потом разошлась так, что мне вспомнились выступления дельфинов в океанариуме. Вылетающая ракетой из воды, орущая что-то нечленораздельно восторженное и плюхающаяся обратно в облаке брызг улучшило и без того хорошее настроение.
Пока партнерша развлекалась, я натаскал рыбки, выпотрошил и сбросил потрошки в заливчике, где обнаружил нечто похожее на раков. Пускай хорошо питаются, растут и размножаются. Это тоже деликатес. Парочку я вытащил для сегодняшнего. Перетаскал все на пляжик и уселся ждать, пока ребенок наплещется. И кто-то там еще говорил про детство в заднице. Впрочем, по масштабам фелмов мы и есть подростки, а тушка на психику влияет, несомненно.