Матильда
Шрифт:
— Меня, — вызвалась Левиндер.
— Отлично, — сказала мисс Хани. — Тебе придётся сходить на кухню перед уроком и наполнить кувшин водой, а также позаботиться о том, чтобы рядом стоял чистый стакан.
— А что, если на кухне не окажется кувшина? — спросила Левиндер.
— На кухне много кувшинов и стаканов, — сказала мисс Хани. — Ими пользуются все классы.
— Я ничего не забуду и сделаю всё как следует, — сказала Левиндер. — Обещаю.
Изобретательный
В тот день по пути домой она обдумывала различные возможности, как вдруг ей пришла отличная идея. Она принялась разрабатывать свой план с такой же тщательностью, с какой герцог Веллингтон готовился к битве при Ватерлоо. Конечно, ей предстояло сразиться не с Наполеоном, но вряд ли в Кранчем-холле нашёлся бы хоть один человек, который не был убеждён в том, что директриса не менее опасна, чем знаменитый француз. Если только ей удастся выжить после такого подвига, рассуждала Левиндер, она получит огромный опыт в таких делах, и у неё наконец появится своя личная тайна.
В саду около дома, где жила Левиндер, был старый пруд, в котором водились тритоны. Хотя тритоны водятся почти во всех английских прудах, на глаза людям они попадаются нечасто, поскольку создания они пугливые и недружелюбные, очень уродливые на вид: похожи на крокодилов, только голова немного короче. Они совершенно безобидные, но, глядя на них, этого не скажешь: сантиметров пятнадцать в длину, скользкие, зелёные, с ярко-оранжевым брюшком. По существу, это амфибии, и поэтому они могут жить как в воде, так и на суше.
Вечером Левиндер отправилась на пруд за тритонами, но поймать хотя бы одного юркого, проворного тритона оказалось делом непростым. Ей пришлось долго и терпеливо лежать на берегу, затаившись, прежде чем она заметила одного громадного тритона. Потом при помощи своей школьной шляпки, которую она использовала вместо сачка, девочка выловила это зелёное существо. Она заранее приготовила для тритона свой пенал, положив в него водоросли из пруда, но оказалось, что переложить тритона из шляпки в пенал не так-то просто. Он скользил и извивался, как уж, не говоря уже о том, что едва уместился в пенале. Когда она всё-таки втиснула его, ей пришлось быть очень осторожной, чтобы, закрывая крышку, не повредить ему хвост. Соседский мальчишка Руперт рассказывал ей, что если у тритона оторвать хвост, то из этого хвоста вырастет новый тритон, в десять раз больше прежнего, огромный, как аллигатор. Левиндер не очень-то в это верила, но всё же решила не рисковать.
В конце концов она закрыла пенал, и тритон остался у неё. Потом, немного подумав, она чуть приоткрыла крышку, чтобы зелёный уродец мог дышать.
На следующий день Левиндер принесла своё секретное оружие в школу. Она извелась от нетерпения — так ей хотелось рассказать Матильде о своём плане.
На ланч давали любимое блюдо Левиндер — сосиски с фасолью. Но есть она не могла.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила мисс Хани, сидевшая во главе стола.
— Я хорошо позавтракала дома, — сказала девочка. — В меня больше не лезет.
Сразу же после ланча Левиндер отправилась на кухню и нашла один из знаменитых кувшинов Транчбул — пузатый керамический сосуд, расписанный голубой глазурью. Она наполнила его водой до половины и вместе со стаканом принесла в класс, поставив его на учительский стол.
В классе никого не было. Левиндер со скоростью молнии достала из рюкзака пенал и чуть отодвинула крышку. Тритон лежал внутри не шевелясь. С величайшей осторожностью она поднесла пенал к кувшину, открыла его, и тритон упал в воду. Сначала он испуганно заметался внутри кувшина, но уже через несколько секунд спокойно опустился на дно. Чтобы тритон чувствовал себя как дома, Левиндер решила бросить в кувшин и водоросли.
Дело сделано. Всё готово. Левиндер аккуратно сложила карандаши в свой изрядно испачканный пенал и поставила его на законное место на парте. Затем вышла из класса и присоединилась к остальным ученикам, игравшим во время перемены на школьной площадке.
Еженедельная проверка
Ровно в два часа класс был в сборе, и мисс Хани проверила, на месте ли кувшин с водой и стакан. Затем она прошла к последней парте, и все замерли в ожидании. Внезапно в классе появилась гигантская фигура директрисы. Она вышагивала в своей подпоясанной ремнём куртке и зелёных бриджах.
— Здравствуйте, дети! — гаркнула она.
— Здравствуйте, мисс Транчбул! — хором прощебетали дети.
Транчбул встала лицом к классу и, заняв боевую стойку — расставив ноги и уперев руки в бёдра, — в упор разглядывала мальчиков и девочек, нервно ёрзавших на стульях.
— Не очень-то приятное зрелище, — сказала она с таким отвращением, будто увидела, как собака гадит прямо посреди комнаты. — Сборище мерзких бородавок.
Всем хватило ума промолчать.
— Меня тошнит, — продолжала она, — от одной только мысли, что мне придётся возиться с такими сопляками, как вы, целых шесть лет. Чтобы не чокнуться с вами, мне, понятно, придётся исключить кое-кого из школы как можно скорее. — Она несколько раз фыркнула. Это был весьма необычный звук. Похожее фырканье можно услышать, если пройтись по конюшне, когда лошадям дают корм. — Я полагаю, — продолжила она, — что ваши мамочки и папочки считают вас самыми распрекрасными на свете. Я же скажу вам, что всё совсем наоборот, и лучше уж вам поверить мне. Встать! — рявкнула она.
Все вскочили на ноги.
— Теперь вытяните руки вперёд. Когда я буду проходить мимо, вы должны повернуть руки ладонями вверх, чтобы я могла проверить, чистые ли они у вас.
Транчбул стала медленно вышагивать между партами. Всё было хорошо, пока она не дошла до маленького мальчика во втором ряду.
— Как тебя зовут? — гаркнула Транчбул.
— Найджел, — ответил мальчик.
— Найджел? А фамилия?
— Найджел Хикс, — сказал мальчик.