Мастер меча
Шрифт:
– Подумай своей головой. Йоши должен был приехать на лошади. Поищи ее. Она привязана к дереву где-нибудь внизу лестницы. Найди ее. Нии-Доно должна знать о том, что свершилось этой ночью.
– А если я не найду госпожу Нии-Доно?
– Она у себя, она ждет и тревожится. И можешь не сомневаться: она вознаградит тебя за приятное известие.
Дзёдзи ушел. Он по-прежнему сжимал в своих огромных ручищах четки и бормотал молитвы.
Край солнца показался над горизонтом. Поверхность озера Бива превратилась в расплавленное золото, отражая божественный
Теме сделал знак молчащим лучникам.
– Пусть двое из вас отнесут тело к храму. Наша цель достигнута. Пора отпустить заложников.
Двое стрелков вышли из ряда, распрямили тело и перевернули его на спину.
Солнце стояло достаточно высоко и хорошо освещало поляну. Теме и Муку отошли в сторону. Лучники нагнулись, чтобы поднять мертвеца, – и вдруг один из них с ужасом воскликнул:
– Это Канген! Мы убили Кангена!
Теме и Муку мгновенно повернулись к кричавшему. У обоих от изумления и неожиданности отвалились челюсти.
В это мгновение послышался еще один крик, на этот раз со стороны храма.
– Пожар, пожар! – перепуганно вопил кто-то. Йоши укрывался в кустах до тех пор, пока гакусё и его помощники не подошли к телу. Когда Дзёдзи взялся за четки, мастер боя покинул укрытие и направился к храму.
Белый плащ с глухим капюшоном прекрасно маскировал его. В слабом свете раннего утра он казался одним из монахов. Не привлекая внимания, Йоши поднялся на террасу. Свет факелов слабел по мере того, как отступала темнота. Густая синева ночи постепенно уступала жемчужно-серым краскам рассвета.
Двое часовых стерегли вход в трапезную. Йоши смело подошел к ним.
– Приказ гакусё. Я должен увести пленников.
– Кто ты? Я тебя не узнаю, – подозрительно спросил один из охранников.
– Я нахожусь здесь по приказу Теме. Он ждет на поляне. Враг мертв, и Теме хочет отпустить заложников как можно скорей.
– Только сам Теме может отменить свой приказ.
– Жаль! – ответил Йоши и прыгнул вперед.
Первый часовой умер, не успев даже пошевелиться. Второй схватился за меч и открыл рот, собираясь поднять тревогу. Но крик стражника превратился в булькающий звук, когда клинок Йоши пересек линию защиты противника. Голова монаха поднялась и тут же откинулась назад, ее удержала на шее лишь тонкая полоска кожи и мышц. Из перерезанной сонной артерии ударил алый фонтан, струя крови взметнулась до черепицы водостока. Тело, шатаясь, сделало шаг и рухнуло, зацепившись за балку-порог. А Йоши уже открывал ногой двери.
В полумгле трапезной он с облегчением различил своих близких. Нами первой заметила любимого и бросилась к нему.
– Йоши, слава Амиде, наконец ты здесь. Мы столько часов не находим места от ужаса. Со мной все в порядке. Прошу тебя, позаботься сначала о своей бедной матери.
Госпожа Масака сжалась в комок на полу, кутаясь в одежды. Йоши едва узнал мать. Какая низость запереть благородную даму в одном помещении со слугами в неопрятном виде: без
Конюхи, повара, слуги и фрейлины, сбившись в кучки, отводили глаза от своей госпожи, стыдясь видеть ее позор.
Йоши сжал руку Нами и быстро заговорил: она должна отвести мать к задней двери и ждать, пока он не придет за ними. Дальняя часть террасы соединялась крытым переходом с хижиной-кладовой, располагавшейся немного выше по склону. Плохо, если беглецов заметят стражники. Йоши должен чем-то отвлечь охрану.
Он оторвал тонкие планки от шкафов и сложил на полу, затем облил их лампадным маслом и провел масляную дорожку к стенам из дерева и бумаги. Решив, что этого достаточно, Йоши выскочил на террасу и выхватил из зажима сосновый факел.
– Что происходит? – окликнул таящийся в полумгле часовой.
Край солнца показался над горизонтом. Через несколько секунд охранники могут обнаружить своих мертвых товарищей. Йоши отозвался хриплым голосом, пытаясь подражать убитому стражнику:
– Сейчас объясню, только взгляну на пленных.
Йоши вернулся в трапезную и швырнул факел на пол. Вспышка огня понеслась к стенам.
– Быстро уходите, – крикнул он пленникам. Испуганные заложники ничего не могли понять, но подчинились и нестройной цепочкой двинулись через переход к хижине.
– Да что там такое? – повторил часовой, подходя ближе.
Йоши не обратил на него внимания, выталкивая из трапезной последнего человека.
Солнце поднялось достаточно высоко. В синей пустоте небес с криком кружились черные дрозды. Убедившись, что все в порядке, Йоши вздохнул и медленным шагом пошел навстречу врагам. Теперь он не таился.
– Ты не Ханшун, – сказал, вглядевшись в него, часовой и повернулся к товарищу.
– Это враг, лазутчик. Не давай ему скрыться. Оба монаха двинулись к Йоши. Мастер боя вынул свой меч.
Ближайший из часовых держался уверенно. Он шел прямо на Йоши.
– Брось меч и сдайся, пока не поздно, – повелительным тоном произнес он.
Йоши встал в оборонительную позицию.
Монах что-то прорычал и с бешеной силой обрушил удар на голову врага. Йоши шагнул в сторону, лезвие его клинка распороло бок монаха от живота до спины. Часовой уронил меч, поднес руку к ране, с упреком взглянул на Йоши, произнес: «Кто…» – и умер.
Огонь уже лизал стены кухни. Второй часовой, разинув рот, долго смотрел на Йоши, потом повернулся и побежал к фасаду храма с криком: «Пожар!»
Йоши кинулся к хижине.
– Оставайтесь здесь, пока я не вернусь, – прокричал он.
– Йоши, пожалуйста, забери нас с собой. Мы так боимся. Твоя мать вне себя от ужаса. Забудь о мести врагам.
– Милая Нами, у нас нет выбора. Матушка не сможет идти по горам. Слева от нас пропасть, справа – круча, поросшая лесом. Единственная дорога в руках монахов.
– Ты не можешь сражаться со всей сектой.
– Нет, но есть другой выход – через священника, которого они называют Теме. Если я смогу захватить его, мы спасены.