Мастер Исхода
Шрифт:
Именно поэтому в Школе меня прозвали Гризли. Генетический предок моего Мишки мог сутками преследовать карибу в своих Скалистых горах, но рано или поздно оленю приходил конец.
«Гвардеец» очень надеялся, что оставлю его в живых. Пел, как канарейка.
Новости были скверные. Проклятые Маххаим опять убили часть детишек. Всех, кого не приняли под свое покровительство местные. Остальных отдали «папашам».
Моих земляков собрали в кучу и под охраной ящеров и пришлых мужчин погнали на юг. Некоторые из союзников Маххаим попробовали предъявить на женщин
В утешение предателям досталось наше имущество. Только вещи. Все «деньги» тоже забрали Маххаим. «Гвардеец» жалел об этом даже сейчас, когда его жизнь висела на волоске. Обманули их оборотни. Вернее, обманули их надежды. Маххаим, как выяснилось, никому ничего не обещали. Только Боцману, которого я убил и тем самым освободил Маххаим от обязательств.
Еще у «гвардейцев» забрали арбалеты. Забрали и сожгли тут же, под стенами. Вот это я понимал. Оборотни не желали оставлять своему «стаду» такое опасное оружие.
Интересно все-таки, какое отношение Маххаим имеют к тому бронзовому гиганту, которого я нашел в мертвом городе? Может, он — их родоначальник. Как пчелиная матка. Сидит сейчас где-то в тайном месте и плодит маленьких оборотней. А выпускает наружу только когда подрастут. Никто из здешних людей никогда не видел маленьких Маххаим.
На вопрос, куда увели колонистов, «гвардеец» ответил не слишком уверенно. Сам он не бывал дальше водопада. Но знающие люди говорили, что главное обиталище Маххаим — та самая гора, у подножия которой большая ярмарка. Как интересно! Выходит, я с ходу угодил прямо к логову тварей? Здорово мне повезло! Оцени меня тогда Маххаим по достоинству — и попал бы я как кур в ощип.
Глава сорок шестая
Лабиринт смерти
К заветной горе мы подошли со стороны джунглей. С этой стороны она не представляла собой ничего необычного. Заросшая по самую макушку возвышенность высотой метров восемьсот. Вулканического происхождения, судя по составляющим ее минералам. Но времена бодрствования этого вулкана давно миновали. Вокруг кипела жизнь. Буйная зелень, полно зверья, съедобные плоды на ветках.
Людей на склоне не наблюдалось. Логично. Умный в гору не пойдет. Тем более, если гору можно обойти по удобной дороге или обогнуть на плавсредстве.
Шум ярмарки сюда почти не доносился. Время от времени моего слуха достигал могучий рев динозавра. Скорее всего, он исходил из глотки одной из матерых особей, стерегущих вход в подземелье.
Именно туда, в подземелье, мне и следовало попасть. Где-то в одной из подгорных пещер томились мои соотечественники. Вернее, соотечественницы.
Мужчин, по моей информации, уцелело всего четверо. Остальных скорее всего убили Маххаим. Однако я очень надеялся, что Михал Михалыч Говорков — один из четверки выживших. Но точных сведений у меня не было. «Язык», которого я взял вчера, не знал Михаила в лицо.
Он вообще мало что знал, этот «законник», которого я прихватил позапрошлой ночью. Бедный малый так перепугался, что при первой же возможности сиганул прямо в реку. Очень опрометчивый
Итак, всех уцелевших колонистов числом около двух сотен увели внутрь горы. Это не было тайной, поскольку грустную процессию видели все посетители ярмарки.
Я представил себе ощущения несчастных женщин, которых вели во тьму мимо ярящихся динозавров, — и меня пробрала дрожь. Лучше умереть от старости, чем уйти в такой Исход, как у них.
Всю ночь и весь вчерашний день мы обследовали гору. Искали подходящую щель для того, чтобы проникнуть внутрь. Нашли водяной поток, вырывающийся из-под скалы. Нашли не меньше дюжины дырок, но все они были провалами не менее десяти метров высотой. В такую «нору» мог бы спуститься я. В крайнем случае — Лакомка. С Мишкиной помощью. А вот сам Мишка оставался снаружи, что меня категорически не устраивало. С отчаяния я прибег даже к помощи лозы и нашел множество полостей, которые ничуть не приблизили меня к цели.
В конце концов мы вернулись к выходу подземной реки.
Поток воды прорезал глубокую щель в боку горы. И само отверстие было достаточно внушительных размеров. Даже Мишка с запасом «проходил» в каменное горло. Течение было довольно сильным, но тот же Мишка мог бы выгрести…
Я решил рискнуть.
Главное, не застрянь, напутствовал я моего мохнатого друга.
Мишка презрительно фыркнул и аккуратно спрыгнул в поток. Через полминуты мы потеряли его из виду.
Отсутствовал Мишка довольно долго. Больше часа. Я не очень беспокоился, потому что чувствовал, что мой зверь — в порядке.
Наконец в каменном зеве возникла огромная взъерошенная башка, а через несколько секунд и сам ее обладатель выбрался на каменный бережок, отряхнулся, обдав нас потоками воды (Марфа возмущенно заорала), и шумно плюхнулся на теплый валун.
Наш разведчик принес три новости. Две хорошие и одну плохую.
Первая хорошая новость касалась исключительно Мишки. Он поймал несколько рыбин и очень хорошо покушал. Вторая хорошая новость: Мишка добрался до подземного озера, из которого проистекал данный поток. Берега озера были достаточно пологими, а все следы оборотней, которые обнаружил Мишка, — достаточно старыми. К сожалению, была и третья новость, которая сводила на нет позитивный эффект второй. Изрядную часть пути Мишка проделал под водой.
Гены белого медведя сделали из Мишки отменного пловца и ныряльщика. Ему ничего не стоило провести под водой минут пятнадцать-двадцать. И то, что вода была ледяная, его тоже не смущало. Но ни я, ни тем более Лакомка на такое способны не были.
Кто, однако, сказал, что мы все должны лезть под гору обязательно через одну дыру?
С помощью Мишки я примерно прикинул местонахождение подземного озера, отыскал ближайшую подходящую щель и спустился по веревке.
Внизу была довольно большая пещера, загроможденная камнями, но вполне проходимая и обладающая аж тремя «отнорками», ведущими примерно в нужную сторону.