Чтение онлайн

— Тебе это просто кажется. Он на всех так смотрит, — проговорила Мила, поднимаясь на ноги. Когда она прижала меня к стенке, выведывая всю правду о князе Уварове, с которым у неё состоялся довольно напряжённый диалог, мне пришлось всё рассказать. Тем более что она и так всё поняла по наводящим вопросам отца и просто требовала подтверждения.

— Самоутверждается за наш счёт. Хотя его никто не просил нас так гонять. Я уже спать не могу, потому что просыпаюсь в страшном сне, в котором меня вызывают к доске и заставляют чертить многочисленные руны изгнания, которые

уже никто практически не применяет на практике, — поморщился оборотень, закрывая глаза. — А я понятия не имею, что этот изверг от меня хочет.

— Ты вечно ноешь. Лёжа на кровати, ты не сможешь ничего добиться. Только упорный труд сделает из тебя подобие человека, — назидательно проговорила девушка, подняв вверх указательный палец.

В отличие от нас, к молодому преподавателю по теории магии душ, а также по особенностям других существ, она относилась вполне доброжелательно, чем выводила того из себя ещё больше.

— А ты его вечно защищаешь. Только не говори, что у тебя проснулась первая влюблённость студентки к своему молодому и привлекательному внешне преподу, — парировал оборотень, за что получил ощутимый удар подушкой.

Мы вздрогнули от громкого колокольного звона, оповещающего о начале первого этапа внутреннего экзамена монастыря.

Месяц пролетел незаметно. Местные учителя вталкивали в нас просто огромные куски теоретических знаний. Притом большая их часть мне была неизвестна. В прошлой жизни много я добился исключительно путём экспериментов, проб и ошибок. Имея в голове хотя бы эти базовые знания, войну с сестрой я бы выиграл намного раньше, не стопорясь на простых, как оказалось, вещах.

Нелюбимый всеми послушниками Лебедев Дмитрий Игоревич, тридцатилетний клирик, имеющий такие обширные познания в теории рун, магии душ и других сферах деятельности Стражей, что впору было удивляться, как вообще живой человек может всё это запомнить, гонял нас так, что других мыслей к концу дня уже не оставалось. А ведь у нас были ещё и занятия по физической подготовке, основам магии ядра и формированию колец магии душ. Последнее меня обходило стороной. Правда, как связаны кольца и ядро силы мне ещё никто толком ответить, так и не смог, потому что раньше подобного ни с кем не случалось.

Решивших остаться в стенах монастыря до отбора было от силы человек тридцать. Остальные позорно ретировались после разговора с настоятелем и князем Уваровым. Аристократы и те, кто просто имел возможность снять жильё недалеко от монастыря, просто ждали начала отбора, праздно слоняясь по городу и радуясь последним дням свободной жизни. В империи было подозрительно тихо. Никаких происшествий. Всё постепенно возвращалось в мирное послевоенное русло. Но только мне было понятно, что это затишье перед бурей, которая скоро разыграется.

Просьбу отца я так и не выполнил. Напряжение между послушниками усиливалось с каждым днём. Все видели друг в друге конкурентов на заветные места в школе Стражей, поэтому разговорить кого-то и сблизиться с ними не получалось. Постепенно начали сформировываться небольшие группки, но они старались

быть полностью изолированными от всех остальных.

Мы с Милой и Сергеем за проведённое время довольно ощутимо сблизились, и теперь я уже без каких-либо оглядок мог назвать их своими друзьями.

Третий уровень я так и не смог получить, несмотря на тренировки, которыми сам себя нагружал. Было такое чувство, что что-то мешало пробить грань между рангами, но я пока так и не мог понять, в чём моя проблема.

— Ну что, пойдём. Те, кто филонил, сейчас начнут проходить первое испытание силы, а нам, бедным будущим клирикам, которым твой любимый Лебедев даже не даст никакого шанса себя проявить, будет полоскать мозг каверзными вопросами, — выдохнул Сергей и одним рывком поднялся с постели.

Тихо переговариваясь, мы дошли до лестницы, ведущей на третий этаж, где в одном из кабинетов должен был пройти этот самый пресловутый теоретический экзамен. На удивление, двери были закрыты, а на входе дежурило двое Стражей, которые выставили вперёд руки, показывая нам, чтобы мы остановились.

— Что происходит? — нахмурился Сергей, вертя головой и прислушиваясь. Я тоже осмотрелся, но ничего подозрительного не увидел. За исключением того, что кроме нас в назначенное время никто из послушников не подошёл.

— Отбор проводится во внутреннем дворе, — ответил один из мужчин, облачённых в серые плащи с закрывающими лицо капюшонах.

— То есть, теоретического экзамена не будет, что ли? — опешил оборотень, косясь в нашу сторону.

— Его никогда не проводили. Всю теорию вы должны будете показать на практике во время отбора, — раздался холодный ехидный голос Лебедева у нас за спиной. — Вы опоздали.

Мы резко обернулись, глядя на непроницаемое лицо старшего клирика, который изучающе на нас смотрел, задержав почему-то взгляд на мне.

— Идёмте за мной, — он резко обернулся и пошёл в сторону выхода из монастыря, заложив руки за спину.

— Вот же гад какой, — едва слышно пробубнил Сергей. Судя по загорающемуся огню в глазах Милы, она была с ним солидарна, что можно было увидеть не так часто. Ну ещё бы. На этот, так называемый экзамен, мы потратили трое суток, практически не выходя из комнаты, стараясь изучить даже самые каверзные вопросы.

— Волков, я всё слышу, — раздался голос Лебедева, отчего оборотень ещё больше побагровел и, наконец, двинулся за нашим преподавателем.

— Гад с хорошим слухом, — процедил он, но решил всё же заткнуться, услышав выразительное хмыканье впереди себя.

— Ну не всё так плохо. Никто не знает, какие испытания нас ждут сегодня. Может, многие знания нам в этом пригодятся, — решил я хоть немного разрядить обстановку, ловя при этом на себе две пары злых глаз.

Выйдя наружу впервые за несколько дней, мы одновременно остановились, глядя, как преобразился внутренний двор, который заполнило какое-то сооружение, больше походящее на лабиринт с парой десяткой входов, возле которых уже столпились остальные послушники. Никого со стороны во внутреннем дворе ещё пока не было.