Чтение онлайн

Виконт что-то промямлил в ответ. Потом кивнул мне — едва заметно, но без враждебности — и, прихрамывая, направился к выходу.

— Простите мою настойчивость, — сказала Елизавета Петровна негромко, чтобы не привлекать внимания проходящих мимо гостей. — Но я не могу не спросить. Вы не представились, а я, признаться, всех своих гостей знаю в лицо. — Она чуть склонила голову. — А вас я вижу впервые.

Теплые, чуть прищуренные глаза, мягкая улыбка, в которой не было ни капли той светской фальши,

что я видел у других гостей.

— Алексей Николаев, — ответил я, стараясь держаться с достоинством, но без лишнего пафоса. — Я… пришел сюда со своим другом.

— Кто же он? — Она подняла бровь.

— Думаю, его имя вам будет знакомо, — раздался голос со стороны. — По крайней мере, я надеюсь, что вы этого имени еще не забыли.

Мы обернулись. Федор Ильич стоял в двух шагах, и я вдруг заметил, как он изменился. Исчезла больничная бледность, разгладились морщины, глаза смотрели ясно и молодо. Он посмотрел на Елизавету Петровну так, будто видел перед собой не графиню, а ту самую девушку, с которой танцевал полвека назад.

— Лиза, — сказал он тихо, с теплотой.

— Федя. — Она шагнула к нему, и на миг мне показалось, что она сейчас кинется ему на шею. Но светские приличия взяли верх — она просто протянула руку, и он взял ее, поднес к губам.

— Ты не меняешься, — сказал он, глядя ей в глаза. — все так же красива.

— Льстец, — улыбнулась она, но щеки ее чуть порозовели. — Сорок лет прошло, Федя. Сорок лет.

— А мне кажется — вчера. Ну и не сорок. Я ведь заходил иногда.

— Вот именно — иногда. Слишком редко. Слишком.

— Служба.

— Что, до сих пор?

— Лиза, — Федор Ильич словно вспомнил обо мне, — позволь представить тебе моего друга. Алексей.

— Мы уже познакомились. Весьма учтивый и тактичный молодой человек.

— Вчера он вытащил меня с того света. — Голос старика дрогнул. — Я умирал, Лиза.

— Умирал? — одними губами прошептала Елизавета Петровна.

— Прошу, не переживай. Врачи сказали — до утра не доживу. А он пришел и спас. Просто так. Не за деньги, не за чины. Просто потому, что мог.

Елизавета Петровна перевела взгляд на меня. В ее глазах стояли слезы.

— Вы… — начала она и запнулась. — Я не знаю, как благодарить.

— Не надо, — ответил я.

— Он скромничает, — усмехнулся старик. — На самом деле определенная благодарность все же нужна — поэтому я и привел его сюда.

— Только лишь из-за этого? — взгляд Елизавета Петровна стал колким.

— Конечно же нет! Еще и тебя хотел увидеть, — старик потупил взор. — Но все не решался подойти.

— Ты все по прежнему такой нерешительный!

— Только с тобой! Лиза, у нас есть к тебе разговор. Важный.

— Тогда пойдемте, — она взяла его под руку, а другой рукой коснулась моего локтя. —

У меня есть маленькая гостиная наверху. Там никто не помешает. И вы мне расскажете все. Все-все.

Мы поднялись на второй этаж, и Елизавета Петровна провела нас в небольшую, но уютную гостиную. Здесь было тихо — шум бала доносился лишь приглушенным эхом. Горел камин, на столике дымился чай, а в креслах, обитых темно-зеленым бархатом, хотелось сидеть и разговаривать до утра.

Елизавета Петровна опустилась в кресло у камина, жестом приглашая нас занять места напротив. Федор Ильич сел рядом, я — чуть поодаль, на маленький диванчик.

— Итак, — сказала хозяйка, глядя на нас с той спокойной, чуть насмешливой теплотой, которая, видимо, была ее главным оружием в светских беседах. — Вы хотели поговорить. Я слушаю.

Федор Ильич переглянулся со мной и начал:

— Лиза, у нас дело. Серьезное. Алексею нужен выход на Сергея Дмитриевича Собакевича.

Графиня нахмурилась. В ее глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу.

— На Собакевича? Зачем вам он? Ни кто-нибудь, а целый начальник канцелярии Министерства Императорского двора! Вы бы еще с самим Императором меня попросили вас свести!

Говорить ей правду конечно же было нельзя.

— Сергей Дмитриевич нужен мне… в общем, хочу перевестись из Архива к нему в канцелярию. Повышение просить хочу. В архиве надоело, а у Сергея Дмитриевича служба почетная.

— Вот так просто? — усмехнулась графиня. — Просить?

— Письмом будет долго. Да и не смотрит никто письма. А в личной беседе лучше. Да можно даже и не в личной, хотя бы само прошение ему передать, а не его заместителям — так надежнее будет.

Елизавета Петровна задумалась — наверняка взвешивала мой ответ. Потом кивнула, обратившись к старику:

— Федя, ты знаешь, я многих могу свести, но с ним… — Она покачала головой. — Это не моя епархия. Он из другого круга. Чиновник, бюрократ до мозга костей. Мы с ним на балах раскланиваемся, но не более.

— Я знаю, — кивнул Федор Ильич. — Поэтому и прошу не о прямом знакомстве. Мне нужно, чтобы ты познакомила Алексея с князем Петром Ильичом Оболенским.

Лиза удивленно приподняла бровь.

— С Петром? А он тут при чем?

— Он приходится дальним родственником жене Собакевича, — пояснил старик. — И, насколько я знаю, бывает у них в доме. В карты играет с самим Сергеем Дмитриевичем.

— Бывает, — подтвердила Лиза. — Но, Федя, ты же знаешь, какие у них отношения. Собакевич Петра на дух не переносит. Считает его пустым светским шалопаем. Если Петр придет к нему с какой-то просьбой — его выставят за дверь, не дослушав.

Я выдержал паузу. Слишком откровенничать нельзя, но и грубо отмалчиваться — тоже.