Мастер-арфист
Шрифт:
Ф'лон развернулся, разинул рот — и успел еще увидеть момент Запечатления.
— Его зовут Кант'! — воскликнул Фаманоран и наклонился, чтобы погладить своего нового друга. По его щекам пролегли дорожки слез — мальчик плакал от радости.
— Вот, я же тебе говорил, — повторял Робинтон ликующему отцу в тот вечер на празднике. Тогда же у него появилась возможность поговорить с Ф'ларом и Ф'нором — именно так они решили сократить свои имена, в соответствии с традициями всадников.
— Наверно, если бы мы не прошли Запечатление, Ф'лон бы нас ни за что не простил! — признался Ф'лар арфисту,
— Ты должен был сделать это, Фал… Ф'лар, — поспешно поправился Ф'нор. — Для меня-то это не так важно…
— Ну как же не важно? — возразил Робинтон. — А ведь Кант' — очень крупный для коричневого, верно?
— О да! — ответил Ф'нор со сдержанной гордостью и глуповато улыбнулся.
Робинтон отыскал Манору. Та уже суетилась, заботясь о том, чтобы всем хватило и мест за столами, и угощения на столах. Он поздравил ее; та рассеянно улыбнулась, не переставая обводить глазами все закоулки нижних пещер, следя за слугами и блюдами.
— Такой удачный день! — сказала она с тихим удовлетворением.
— Ты, должно быть, очень гордишься ими.
— Еще бы! — ответила она. И, с обычным своим сдержанным достоинством, села рядом с Йорой, которая восседала на почетном месте, далекая от всех, занятая исключительно едой. Госпожа Вейра за обе щеки уписывала содержимое тарелки и практически не обращала внимания на происходящее. Манора же смаковала угощение, такая же сдержанная и спокойная, как в юности.
Робинтон воспользовался случаем и вволю угостился белым бенденским, которое подавали за столом. Райд тоже присутствовал на Запечатлении, как и надлежало лорду Бенден-холда. Когда они с Робинтоном обменивались приветствиями и радостными замечаниями по поводу двойного праздника Ф'лона, он выглядел совершенно спокойным и был весьма любезен.
Когда Робинтон вернулся в цех, он узнал, что там побывал Шнырок и оставил записку.
«На что поспорим? Следующим он сожрет Набол».
Но Робинтон совершенно не желал спорить с Шнырком. Такого пари даже битранец не стал бы заключать.
Быть может, именно это сообщение было одной из причин, подтолкнувшей Тарафела устроил пышную Встречу и пригласить на нее всех, включая Фэкса. Вендросс, бесценный командир стражников лорда Тарафела, застиг большой отряд людей Фэкса в предгорьях Телгара, где им совершенно нечего было делать. Поскольку у Вендросса оказался большой численный перевес, все преимущества были на его стороне. Чужаки принялись объяснять, что им пришлось завернуть в эту сторону по пути в Плоскогорье, поскольку прежние дороги повреждены зимними оползнями. Однако Вендросс им не поверил и сопровождал до главной дороги на Кром. И Тарафел твердо решил перекинуться парой слов наедине с этим самозваным лордом пяти холдов, чтобы Фэкс впредь не смел соваться на земли Телгара. И Фэкс согласился прибыть.
Шнырок дивился этому не меньше Робинтона.
— Как видите, мастер Робинтон, я содержу несколько хорошо обученных отрядов стражи, — пояснил Тарафел Робинтону и Ф'лону, прибывшим на Встречу ранним утром.
И в самом деле, холд и его окрестности буквально кишели людьми, одетыми в цвета Телгара.
Ф'лон одобрительно кивнул.
— Этого человека необходимо остановить, Тарафел! Владетель Телгара нахмурился: он не
— И поставить его на место — ваше дело, дело лордов-холдеров. Ведь когда появятся Нити, он не сможет толком защитить холды, которые захватил!
Тарафел вздернул черные, лохматые брови, придававшие ему устрашающий вид.
— В самом деле, предводитель? А я и не подозревал, что опасность настолько близка! Могу ли я спросить, сумеет ли Бенден-Вейр оказать нам необходимую помощь?
Ф'лон напрягся. Робинтон тщетно старался выглядеть невозмутимым. Насколько знал мастер-арфист, это был первый случай, когда владетель холда осмелился открыто бросить вызов Вейру. И уж, конечно, Ф'лону это пришлось не по вкусу.
— Бенден-Вейр будет готов встретить Нити, когда они появятся, лорд Тарафел. Можете на это положиться, — ответил он с уверенностью и достоинством.
Тарафел кивнул, выслушав ответ.
— Когда они появятся… — буркнул он и отошел, чтобы встретить новых гостей, прибывших на драконах.
— Послушай, Ф'лон, ты мне, конечно, друг, — сказал Робинтон, отведя всадника в сторонку, — но тактичности у тебя, как у тоннельной змеи! Если ты восстановишь против себя всех лордов, ни тебе, ни Вейру это на пользу не пойдет.
— Я вовсе не собирался их против себя восстанавливать! Но Тарафел такой же твердолобый, как Райд, а это тяжко.
— К тому времени, как появятся Нити, Тарафела давно уже не будет в живых. На твоем месте я бы попытался перетянуть на свою сторону молодого Ларада. Если, конечно, Фэксу не вздумается вызвать его на поединок и избавиться от соперника.
— Хм!
Робинтон с удовлетворением отметил, что Ф'лон не стал с ходу отметать это предложение. Более того: бронзовый всадник постарался разыскать парнишку. Тот, как и любой юноша его лет, был польщен вниманием предводителя Вейра.
То, что произошло в тот же день несколько позднее, было таким нелепым, что Робинтон проклинал себя еще много дней. Но ему и в голову не могло прийти, что его случайное замечание вызовет такие трагические последствия.
Он видел, как все начиналось: юноша в цветах Фэкса толкнул Ларада, шагавшего рядом с Ф'лоном, и тут же гневно потребовал извиниться.
Ларад удивился, начал было возражать, но вмешался Ф'лон.
— Ты сам налетел на Ларада, малый, — сказал Ф'лон юноше. — И это тебе следует извиняться перед лордом Ларадом. Он выше тебя рангом.
— А я прибыл с лордом Фэксом, всадничек! — ответил парень надменным тоном.
Робинтон не успел приблизиться к ним, как Ф'лон уже отвесил парню мощную затрещину, рассадив ему губу.
— Я тебя научу учтивости! Немедленно извинись перед лордом Ларадом! В его жилах течет кровь Телгара, а тебя, поди, и полукровкой не назовешь!
— Кепиру! Кто разбил тебе губу?
И сквозь толпу, собравшуюся поглазеть на стычку, протолкался крепко сбитый человек, тоже в цветах Фэкса и с наплечным узлом капитана, какие обычно носили только капитаны кораблей.