Массимо
Шрифт:
Больше всего я злилась на то, что он отшлепал меня в университете.
Ужасно злилась.
Он не извинился, даже не подумал.
Да, хорошо, он спас меня от похищения.
Но при этом он унизил меня на глазах у десятков, если не сотен людей.
А его отношение!
Как будто я должна ему бесконечное количество минетов за то, что он сделал.
Хотя мы оба
Я была для него работой. И только.
Если бы я не была внучкой Ноны, и это не было бы выгодно для него, он бы оставил меня умирать в Ca' Foscari, и это была правда.
Он получит от Ноны то, что ему нужно, когда все закончится, - деньги, деловую сделку или еще какую-нибудь мафиозную хрень.
Он получит свое вознаграждение. В этом не было никаких сомнений.
Но дело было в том, что он не делал ничего из этого для меня…
И при этом ждал, что я буду целовать его задницу.
Его…
Кхм…
Очень аппетитную задницу.
…хорошо, я признаюсь.
…
…он был действительно горяч.
И он мне нравился.
И я бы им увлеклась, если бы он не был таким мудаком.
И тот факт, что он мне нравился, вроде как…
И что он мной командовал…
И вел себя так, будто ОН - мужчина, а я - глупая девчонка, которая должна быть просто благодарна ему за то, что он меня спас…
И то, как он унизил меня перед всеми этими людьми…
И странное чувство, которое я не хотела признавать, что мне даже понравилось, когда он меня отшлепал…
Если все это сложить, то получится вот что - этот ублюдок должен был заплатить.
Я заставляла его платить с тех пор, как мы покинули Венецию.
Бит за битом…
Капля за каплей.
Смерть от тысячи порезов.
Сегодняшний день мне очень понравился.
Угнать машину? Это было чертовски круто.
Поехать в горы? ОФИГЕННО.
Впервые услышать гравий под шинами? Я знаю, что это глупо, но это сделало меня совершенно счастливой.
Остановиться в маленьком странном домике в лесу? Очень понравилось.
Это было похоже на то, как будто я живу в сериале Netflix. Гораздо интереснее, чем моя скучная повседневная жизнь.
Ужин тоже был неплох. Не то, к чему я привыкла, но мне понравилось.
А знаете, что мне понравилось еще больше?
Наконец-то вывести его из себя.
Ему нравилось делать вид, что он такой спокойный, такой рассудительный,
Засранец.
Все, что мне требовалось, это раз за разом нажимать на его кнопки - и он, блядь, сошел с ума.
И он, блядь, сорвался.
ХА!
Мне стоило всех сил не расхохотаться, когда он чуть не начал кричать в ресторане.
Я не хотела выдавать, что все это было для меня игрой…
Просто способ отомстить ему.
К тому же, всю жизнь находясь в окружении бабушкиных прихвостней, я знала, как далеко можно завести человека, прежде чем он выйдет из себя.
Нужно дойти до самой черты…
А потом отступить.
Потом, в следующий раз, можно зайти чуть дальше…
Но потом снова отступить.
Это был процесс.
Каждый раз ты двигаешь линию на полдюйма…
И в конце концов ты сводишь их с ума.
Поэтому я на некоторое время оставила Массимо в покое.
Пусть думает, что выиграл.
…а потом я снова начну раздражать его до чертиков.
Впрочем, некоторые мои реакции были искренними.
Когда мы подъехали к хижине, я была в шоке.
Я не хотела здесь оставаться, по крайней мере, пока не увидела, что внутри. Эта часть была настоящей.
Наверное, он тоже заставил меня выйти из себя, как я теперь понимаю…
И это меня снова разозлило.
Поэтому я не собиралась сообщать ему, что на самом деле меня все устраивает.
Именно в таком состоянии я находилась, когда он закончил в ванной, вышел…
И вдруг все стало по-настоящему.
Глава 22
Лучия
Я уже планировала, на что буду жаловаться.
Горячей воды не было. На самом деле, когда я мыла руки, она была ледяной.
Поэтому я собиралась жаловаться на это.
Но когда я увидела его в спальне, я замерла.
Массимо снял туфли и носки…
Затем - костюм и рубашку, и повесил их в шкаф.
Это означало, что он стоял передо мной в одних черных трусах.
И ох…
БОЖЕ МОЙ…
БОЖЕ.
Он и раньше меня привлекал.
Но увидев его сейчас, полуголым?
Кажется, у меня произошла самопроизвольная овуляция.
Он и так был безумно высоким и красивым.
И я поняла, что он невероятно хорошо сложен, когда он перекинул меня через плечо.
Но я даже не представляла.
Его мышцы…
Его руки, его плечи, его спина…
На его фоне Генри Кавилл выглядел ничтожным.