Чтение онлайн

Станция была обнаружена две тысячи семьсот лет назад, когда азари исследовали обширную сеть генераторов масс-эффекта, оставшуюся от загадочной расы, известной как протеане. Азари основали на Цитадели свою базу, научились создавать поля масс-эффекта и использовать их при дальнейшем исследовании Галактики.

Спустя несколько десятилетий космическую станцию обнаружили саларианцы, и две расы пришли к соглашению учредить Совет Цитадели для решения спорных вопросов. По мере того как другие расы начинали осваивать открытый космос, у них не оставалось другого выбора, как подчиниться диктату наиболее развитых культур, составляющих

Совет. Люди были здесь относительными новичками и лишь недавно удостоились права голоса в Совете Цитадели.

Долгое время считалось, что Цитадель была построена протеанами, но сравнительно недавно появились сведения, что настоящими архитекторами станции была таинственная раса наделенных интеллектом космических странников, названных Жнецами. Они не только спроектировали это сооружение, возможно как ловушку, но и несли ответственность за уничтожение всей органической разумной жизни приблизительно каждые пятьдесят тысяч лет. Несмотря на то что Жнецы скрывались во тьме космоса, имелись свидетельства о том, что они способны посылать сигналы и контролировать своих слуг на расстоянии многих световых лет. Андерсон был уверен, что Жнецы представляют собой постоянную и серьезную угрозу. И решать проблему Совет Цитадели должен немедленно.

Трудность заключалась в том, что в существование Жнецов верили не все, а кроме того, серьезные вопросы зачастую заслонялись повседневными распрями между различными расами. Именно поэтому Андерсону и Кали было так трудно убедить Совет отвлечься от исторических конфликтов ради более основательной угрозы, которой являлись Жнецы. Андерсон и Кали были уверены, что напавший на Академию Гриссома Грейсон был, по крайней мере, под частичным влиянием Жнецов, но никак не могли убедить в этом всех членов Совета. Большие надежды они возлагали на сегодняшнее выступление. Если удастся, Совет согласится объединить усилия для отражения опасности, угрожающей всем без исключения расам. В противном случае Жнецы сделают то, что проделывали раньше, — уничтожат всю разумную жизнь в Галактике.

По пути к общественному такси он вновь обдумывал догадку о том, что Жнецы построили Цитадель в качестве приманки для высокоразвитых рас.

Машина ожила, как только Андерсон уселся перед пультом управления. Антиграв двигался в поле масс-эффекта и должен был доставить их с нижнего уровня в сектор Президиума, где располагались помещения Совета. Кали заняла место рядом с Андерсоном, а Ник устроился сзади и сразу же занялся своим универсальным инструментроном. Устройство на правой руке подростка могло использоваться для доступа в компьютерные сети, ремонта электронных приборов и просто игр. Именно играми и занимался Ник все то время, пока Андерсон вел машину в потоке транспорта, рекой текущего между высокими утесами зданий по извилистым руслам улиц, под изящными навесными переходами.

Спустя десять минут они въехали на транзитную платформу, где и вышли из машины. Низенький коренастый волус устремился им навстречу, намереваясь перехватить освободившийся транспорт. Он был одет в защитный костюм, и большую часть лица закрывала дыхательная маска.

— Пошевеливайтесь, земляне, я не намерен торчать здесь целый день.

Его сварливый тон никого не удивил, поскольку все уже привыкли, что обитатели Цитадели

были довольно грубы в общении между собой. Волусы были ближайшими союзниками турианцев, а те, после войны Первого Контакта, все еще не изжили вражду по отношению к людям. И это обстоятельство являлось одной из причин взаимного недоверия между расами.

По пути к лифтам Андерсон, Кали и Ник встретили пару прекрасных азари. Эти существа не имели пола, но, несмотря на голубоватый оттенок кожи, были очень похожи на земных женщин. Вместо волос на головах азари были уложены складки кожи, а тела отличались изысканным изяществом.

— Перестань таращиться, — заметила Кали, когда они вошли в кабину лифта. — Ничего удивительного, что они обходятся без мужчин. Возможно, стоит последовать их примеру.

Андерсон усмехнулся:

— Я же просто смотрю, и все. Я неравнодушен к блондинкам.

Кали скорчила ему гримасу. Лифт стал подниматься, и вдруг стоявший рядом саларианец выронил свой портфель. Сумка была зажата у него под мышкой, но внезапно выскользнула и шлепнулась на пол. На удлиненной голове саларианца, как и у всех остальных представителей этой расы, торчали небольшие выросты, похожие на рожки. Саларианец нагнулся за портфелем, но тот вдруг отлетел в сторону.

— Ник! — сердито воскликнула Кали. — Прекрати немедленно, верни портфель и извинись.

Подросток протестующе вздернул подбородок, но, увидев раздраженное лицо Кали, удержался от дерзости. Он поднял портфель, протянул его владельцу и пробормотал извинения.

Саларианец не в первый раз столкнулся с биотическим озорством и потому ничуть не удивился.

— У тебя есть талант, — отрывисто произнес он. — Используй его с умом.

Ник был одним из тех немногих, кто мог манипулировать подобной силой, присутствующей в лишенном гравитации пространстве. В последнее время он прилагал усилия, чтобы развить в себе биотические способности, и, судя по поведению портфеля, добился определенных результатов, комбинируя потоки энергии. Однако его впечатляющие способности раздражали Андерсона. К счастью для Ника, Кали была более снисходительной. Возможно, даже слишком снисходительной.

Створки лифта плавно разошлись, и пассажиры вышли в вестибюль, примыкающий к Президиуму. В противоположность тесноватому и многолюдному нижнему уровню, здесь было по-настоящему просторно. По голубому небу плыли искусственные облака, сверху струился солнечный свет, и, проходя вслед за своими спутниками по изогнутому переходу, Андерсон ощутил на лице дуновение легкого ветерка. В обширном парке нашлось место и для озера, и для небольшой рощицы, и для огромной лужайки с аккуратно подстриженной травой. Здесь было много гуляющих самых различных рас, они бродили по дорожкам или отдыхали на скамейках.

Андерсон целеустремленным шагом повел своих спутников прямиком к Башне Цитадели, расположенной в самом центре огромной космической станции. Трудно было оценить это сооружение, глядя на него вблизи, но Андерсон знал, что Башня видна за много километров и является важнейшим ориентиром для всей Цитадели.

Но зал Совета находился почти на самом верху, а опаздывать было нельзя, так что Андерсон перешел на быстрый шаг. Повестка могла меняться вплоть до начала заседания, и невозможно было сказать заранее, будет ли их вопрос рассматриваться в начале, в конце или в середине дня.