Чтение онлайн

— Всё потому, что мне всю ночь не давали спать мысли о вас, мой прелестный ангел. И лишь под утро я смог немного забыться… Вы явно не человек, а прекрасная фея, околдовавшая меня, — из меня ручьём лилась глупая банальщина, над которой я раньше насмехался.

В глазах девушки блеснули смешинки, словно она над чем-то сильно потешалась. Я оглянулся, и её ухажёры быстро ретировались под моим тяжёлым взором.

— Будьте осторожны! С заходом солнца чары могут рассеяться и я превращусь в злую ведьму. Да и не спалось вам, скорее, от излишка выпитого. А может, вас посещали неприличные мысли? — Она сверкнула чёрными глазами.

— Нет, что вы! Исключительно приличные! —

заверил я её таким тоном, что мы оба засмеялись.

— Эон, надеюсь, ты составишь мне компанию на конной прогулке? Если ты не умеешь ездить верхом, я подберу тебе спокойную лошадку, — засюсюкал я. Время в её обществе бежало как сумасшедшее, и я даже не заметил, как день стал клониться к вечеру, означая скорое приближение запланированного мероприятия. Мы решили обсудить предстоящее веселье.

— Прогулка на спокойной лошадке? Юджин, я надеялась, как минимум, на хорошие скачки. Или мы, как пожилые матроны, будем медленно тащиться на старых клячах?

Я неподдельно изумился — скакуны из моих конюшен считались лучшими в королевстве.

— Надеюсь, ты очень хорошая наездница и не упадёшь с наших кляч.

— Вызов принят. — Она хищно усмехнулась, обнажая ряд ровных жемчужных зубов с слегка заострёнными клычками.

Я застыл, разглядывая её губки и пытался унять предательское сердцебиение.

К нам подошла служанка семьи Артистенге и что-то зашептала на ухо хозяйке. Девушка вздохнула и изящно поднялась.

— Прошу простить меня, нужно уладить одно маленькое дело. Заодно сменю платье на верховой костюм. — Она махнула рукой служанке, и та побежала к дому, видимо, готовить одежду для госпожи.

Дамские костюмы для верховой езды вошли в моду совсем недавно, сильно отличались от обычного платья, и только городские модницы не боялись их надевать. Фантазия услужливо подкинула мне несколько интересных образов, и не один из них не соответствовал поведению приличной леди. Я ошалело попытался их прогнать. Эон же, как назло, только дразнила моё воображение.

— Обожаю хорошие скачки. Подготовьте мне жеребца поретивей. Люблю их укрощать и объезжать.

На этой двусмысленной фразе она удалилась, призывно качнув юбками. Я промаялся ещё какое-то время, пытался успокоиться и понять — она сказала это буквально или всё же намекнула мне на нечто иное? Где-то глубоко в душе я понимал, что это всего лишь игра, и ретивый жеребец тут только я, а сама Эон просто девчушка, не осознающая границ, и слишком острая на язычок. Как благовоспитанный кавалер, я не должен совершать опрометчивых поступков, но глаза словно застила пелена — моё желание достигло апогея. Не понимая, что делаю, я рванул в её покои. Я спешил и надеялся, что помимо объекта моего вожделения там окажется ещё кто-нибудь, чтобы помочь мне прийти в себя и охладить мой пыл. Иначе я за себя не ручаюсь.

Но лицемерная надежда не сбылась — покои дамы моего сердца пустовали, а дорожка из разбросанных украшений, ажурных юбок, корсетов и белья из тончайшего кружева окончательно затмила мне разум. Нет, ну разве это не знак? Она специально отослала служанку! Я коснулся шелковистых чулок, поднял их и потёрся о нежную ткань щекой. Сердце бешено заколотилось, и сладкая истома пробежала по всему телу, дойдя до самых кончиков пальцев. Напряжение так возросло, что я решил действовать немедленно.

За дверью в дальнем углу спальни слышался плеск, там находилась комната для омовения. Улыбка не покидала мои губы — стало совершенно ясно, что задумала чертовка. Она меня заманивала именно туда. Я тихонечко подкрался и аккуратно заглянул в приоткрытую дверь.

В небольшом бассейне, стоя ко

мне спиной, находилась моя фея. Длинные мокрые волосы облепили соблазнительные изгибы плеч, тонкую талию и крепкие ягодицы. У меня перехватило дыхание, фантазия снова пустилась в пляс, не ограничивая себя приличиями. Не контролируя себя, я уже собрался сделать шаг вперёд и с головой окунуться в омут страсти, но тут мой взгляд переместился на большое зеркало на стене. Я с жадностью вперился в отражение и… едва не умер на месте.

Передо мной предстал мужчина. Отражённая в зеркале весьма выдающаяся часть тела — лишняя для леди, но естественная для нашего рода-племени — недвусмысленно указывала, что мне не померещилось.

Потрясение от увиденного и осознание грядущего позора отрезвили меня мгновенно — морок развеялся. Я попытался собрать остатки гордости и поскорее, пока никто не увидел, вымести за дверь осколки разбитого, обманутого сердца. Но безуспешно! Это было похоже на размашистую оплеуху, на падение с лошади на всём скаку. Как она — нет, он! — мог так со мной поступить? За что так изощрённо мстил? Неужели я когда-то обесчестил его невинную сестрицу? Или увёл из-под носа выгодный контракт? В любом случае всё оказалось не тем, что я себе напредставлял.

Пока подлый обманщик вытирал махровым полотенцем длинные волосы, я проморгался, в надежде, что ошибся комнатой, или всё же мне привиделось от недосыпа. Но признаки были слишком очевидны — прекрасная эльфийка оказалась мерзким троллем.

Перед глазами, словно гильотина, опустилась красная пелена ярости. Я уже собрался выскочить из укрытия и совсем не аристократично набить негодяю морду — за свою поруганную честь, за насмешку и растоптанные чувства… Но тут объект моей теперь уже ненависти поднял лежащий на мраморной скамейке корсет и так горестно вздохнул, что я оторопел и отступил на шаг назад. Потом взял себя в руки и, пока не наделал беды, тихонько вышел прочь.

Вот почему дамочка такая плоская, вот почему коленки такие костлявые! Эон же ещё совсем юный. Сколько ему? Не больше пятнадцати-шестнадцати лет. И совсем на мать она… он не похож. Ничего женского в нём нет. Нежное, ещё совсем мальчишеское лицо вполне походило на девичье, но его уже немного портил волевой подбородок, а узкий нос с тонкими ноздрями мне теперь казался хищным, а не милым. Да и рост для аристократки был высоковат.

Осознав жуткую правду, я припоминал всё больше и больше признаков своей слепоты — открытые плечи Эона и глубокое декольте отвлекали мой взгляд, его наверняка натренированные руки удачно скрывались пышными рукавами, а узкие бёдра пышными юбками. А эти увлечённые разговоры о лошадях и оружии, охотное обсуждение прелестей дам, владение гвордом, виртуозная игра в карты… Кошмар! Куда смотрели мои глаза?! А сколько он выпил! Ни одна леди так не смогла бы. Даже лошадь упадёт от таких возлияний, а если и выживет, то наутро скончается от головной боли. А ему хоть бы что!

Я нёсся по коридорам, не видя ничего на пути и всё сильнее сокрушаясь. Вспомнив, как облобызал Эону руку до локтя, как касался губами его шеи и чуть не поцеловал, скривился — меня затошнило.

Достав самую крепкую настойку из бара, я прополоскал рот и протёр язык полотенцем. Остатки выпил, но «лекарство» не помогло — облегчение не наступило. Вчера я был словно околдован, ничего не понимал, утром память заволокло туманом, но сейчас всё вспомнилось так кристально ясно, будто только произошло. Мои бесстыдные фантазии и мечты обрели чёткость, и я сходил с ума от отвращения к самому себе. Я — Юджин Никарэс, правнук легендарного Оливера Никарэса — волочился за мужчиной!