Маска
Шрифт:
— Почему вам жаль, Анна?
— Потому, что я была верна вам. Я не сделала ничего плохого, но теперь со стороны кажется обратное. Свою свадебную клятву, я буду держать как и обещала. Вы не должны сомневаться во мне. И если бы вы, не прятались и шли на контакт сразу, ничего этого бы не было. Вы закрылись у себя в кабинете, не дав мне объясниться, а потом пришел он, и наговорил сущей лжи, а вы и поверили.
— Анна, — томно произнес, молодой мужчина, срываясь с места и обнимая тебя, — господи, я так испугался. Я был уверен, что вы уедете с ним. Мне было так больно и
— Ваша светлость, если бы я действительно полюбила вашего кузена, меня бы тут сейчас не было.
— Это правда?
— Правда…
— Слава богу, — очень эмоционально сказал граф, все сильнее обнимая тебя, а ты лишь гладила его руками по спине.
— Послушайте, мне нужно вам сказать кое-что важное, — разрывая эти объятия, добавила.
— Да, — шепнул он, с какой-то надеждой.
— Ваш кузен, он очень хорош собой. Он очень ухаживал, и проявлял всяческие знаки внимания, но это не вызвало у меня тех чувств, которые обычно появляются у девушек, в такой ситуации. Господин Адам был интересен мне как собеседник, и возможно как товарищ, но не более. Знаете, — опустила глаза ты, перебирая свои пальцы, — я никогда не любила и к вашему кузену не появилось чувств. Мне кажется я не способна любить вообще.
— Что вы такое говорите?
— Дайте закончить. Я не думаю, что хоть когда-нибудь во мне появится эта…любовь. Поэтому, вы можете быть спокойны. Я не уйду к другому мужчине, но вы ведь понимаете, что едва ли я смогу и вам ответить чем-то большим, чем уважение и благодарность. Если вы хотите так жить…
— Хочу! — перебил тебя Кай, ведь ему было важно лишь то, что ты с ним, — ещё как хочу. Да, я и не ждал от вас взаимности. И мне хватит того, что вы тут, со мной. Хватит вашей улыбки и доброго слова.
— Тогда мы будем жить лишь как друзья. До самой старости. В разных спальнях.
— Да. И мне этого хватит, — повторился он, снова обнимая тебя, — я не попрошу больше, чем объятия вы ведь не против?
— Конечно, — произнесла, поглаживая его спину руками, — теперь все будет как раньше. Я с вами. Навсегда.
После этого разговора в его покоях, ты ушла во двор и взяв пёсика, пошла погулять по окрестностям, чтобы развеяться и прийти в себя. Молодой граф принялся за свои дела в кабинете, и был окрылён и спокоен. Сама мысль, что ты осталась с ним, делала его очень счастливым.
— Я вижу господин Адам уехал утром один, — сказал управляющий, что находился рядом, — слава богу.
— Да… — равнодушно добавил граф, перебирая бумаги и письма на столе.
— Вы поговорили со своей женой? Ведь в последние дни, меж вами было так много недопонимания.
— Поговорили. Анна мне рассказала всё. Этот лжец хотел обвести меня вокруг пальца…
— Каким же образом?
— Он сказал мне, что Анна согласилась ехать с ним, и чтобы я не мешал и отпустил ее, что я, идиот, и сделал!
— Лицемерие и хитрость, всегда сопровождали вашего кузена, просто вы не замечали этого ранее, ведь вам нечего было с ним делить. И вот, его нутро вскрылось, — ворчал старик, — но я очень удивлен, и рад, что графиня не наделала глупостей и осталась верной супругой, — любезно добавил, — дай бог, чтобы ее сердце наконец смогло растаять и исцелить вас.
— Этому не бывать! — злясь крикнул Кай.
— Ну отчего же вы так? Все может быть.
— Не может. Она сказала мне, что уверена, что не способна любить. Ни меня, ни кого либо ещё, — нервно перебирая бумаги, ворчал граф.
— Да как же так?
— Это ее слова. И они звучали искренне. Я думаю, она знает о чем говорит. Но! — поднимая голову молвил молодой человек, — но мне хватит просто ее присутствия в этом доме. То, что она моя жена и живёт здесь, делает меня счастливым. Мне не нужно большего.
— О, ваша светлость, ну нельзя же так. Вы ведь мужчина. Да и вам нужен наследник.
— Его у меня никогда не будет, и я это осознал давно! Хватит об этом говорить, управляющий!
— Извините, я понял вас, ваша светлость, — покорно произнес старик.
— Так, а это что?! — удивился граф, видя среди бумаг письмо от твоих родителей, — оно из дома Анны.
— Я передам графине.
— Нет. Она запретила передавать ей письма из дома. Ох, это все моя вина… — с тоской сказал Кай, — видеть их не хочет и все из-за свадьбы.
— Госпожа скучает по ним, это видно, и точно хотела бы встретиться, — начал управляющий, — ну уж с отцом и Луизой точно.
— И что?
— Может вам сделать попытку помирить их?
— Это ещё как?
— Пригласите ее семью на ужин.
— О нет, Анна будет в ярости.
— Но, так как вы связаны с ней узами брака, теперь ее семья это ваша родня. И вы можете позвать их в гости, без соглашения молодой госпожи. А там, глядишь увидит их и сердце растает. Ещё скажет спасибо.
— Да, я заметил, что при любом упоминании семьи она начинает тосковать. Я должен все исправить, — произнес граф, — хотя бы раз, но надо попытаться устроить их встречу.
— Конечно, скорее пишите ответное письмо.
— Да! Прикажи готовиться к гостям в эту пятницу! Но так, чтобы Анна ничего не заподозрила раньше времени.
— Да, ваша светлость, как скажете.
45
Ближе к концу недели, ты начала замечать нечто странное. Вся прислуга в доме словно готовилась к чему-то, но упорно делали вид, что ничего не происходит. Непосредственно в пятницу, в усадьбу прибыли несколько музыкантов, и стало понятно, что супруг ждёт гостей. Естественно, тебе хотелось знать, что будет сегодня вечером, и от чего тебя не известили об этом. Придя в кабинет к Каю, сразу же начала задавать вопросы.
— А что происходит? Час назад проехали музыканты, а служанки сервируют большой стол в холле, — ворчала, стоя над мужем, что сосредоточенно разбирал бумаги у себя за столом, — управляющий? — обратилась и к нему, ведь он тоже был в кабинете.