Чтение онлайн

В течении жизни, я понимала, что это не та любовь о которой пишут в книгах и снимают в кино. Никаких страстей, одно уважение, взаимопонимание. Артём ко мне относился очень нежно. Он никогда никому не позволял меня обидеть и никогда не обижал сам. Я из детского дома попала в рай на земле. Не верилось, что я так счастлива.

Когда мужа не стало, то я потеряла не просто родного человека, моя душа опустела. Родителей я своих не знала. Семья моя была только детский дом, и тут, когда я поверила в то что могу быть счастлива, как полноценный человек, то его не стало.

Каждый детдомовский

ребёнок мечтает, что когда он вырастет, то у него обязательно будет семья и счастливые дети. Я не исключение. Я ненавидела эту жизнь и свою судьбу. А потом я узнала, что моего мужа пытались подставить и он об этом узнал, именно поэтому его сердце и не выдержало. Он много работал, весь отдавался своему делу и предательство со стороны коллег, для него было сильным ударом. И тут у меня появилась та ниточка, ради которой надо было не просто жить, а наказать всех тех, кто лишил меня моей мечты. Я поступила на заочное и устроилась в фирму, где работал мой муж. В течении нескольких лет, я уничтожила всех, кто был хоть как-то причастен к тому тёмному делу. Не важно виноваты или нет. Кто-то не досмотрел, кто-то не обратил внимание, кто-то посчитал не своим делом, не важно. Приговор был вынесен и исполнен.

Так я и стала директором этого предприятия. Репутация железной стервы, долгие годы держалась непоколебимо. И меня это вполне устраивало.

Дмитрий попал ко мне в водители случайно. Пока претензий у меня к нему не было, более того, он в детском доме помогал ребятам чинить мебель. Я заметила, как пацанва наблюдала за его руками. Задавали ему вопросы, на которые он терпеливо отвечал. Обычно к детдомовским детям относятся с пренебрежением. Дети из неблагополучных семей. Что с нас взять?! Он же не брезговал ребятишками.

Я видела его личное дело. Он тоже потерял жену, но он был счастливчиком. У него был сын. А это счастье. Я очень жалела, что мы с Артёмом не родили ребёнка. Я чего-то ждала, или боялась, но всё время откладывала. А сейчас понимаю, на сколько я сделала большую глупость. Ребёнок, это такое счастье.

Сегодня к вечеру разболелась голова. Приехав домой я выпила противовирусного лекарства и укутавшись легла спать. Утром встать не получилось. Температура поднялась под сорок. Я вызвала врача и предупредила Глину, что я на больничном.

Конечно же закон подлости не спал. Продукты были на исходе и лекарств нужных не было. Ну я не расстроилась. Придёт врач, выпишет ещё кучу всего. В крайнем случае позвоню в аптеку с доставкой.

К вечеру стало ещё хуже. Врач ушла, а меня начал бить озноб. Я пыталась уснуть, ведь во сне простуду переносишь легче. Но ничего не выходило. Я не болела уже лет пять.

Весь день я выполнял поручения. С Аидой работалось лучше, чем с Павлом Сафроновичем. Он был отличный начальник, но с Аидой время за поручениями пролетало незаметно, а не тянулось. Сейчас не приходилось ждать конца рабочего дня, только пришёл на работу, уже обед. Вышел из столовой и уже домой пора. Правда случались и форс-мажорные обстоятельства. Сегодня я с утра должен был поехать на склад и к пол восьмому уже привести в цех недостающий рулон обшивки.

А Аида должна добираться сама. И всё бы хорошо, но кладовщика надо было найти и вовремя на работу доставить. Спасибо Галочке, она вчера с вечера посоветовала в отделе кадров взять его адрес. Ну на всякий случай.

Выполнив всё намеченное на утро, я приехал в офис. Аиды ещё не было. Я взял дальнейшие распоряжения и занялся делом. К концу рабочего дня настроения не было. Я с ужасом осознал, что за целый день не видел её и постоянно думал: «Как она? Чем занята? Кто её возит?» Зачем мне нужны эти переживания? Но отключить мозг не получалось. Я поднялся в приёмную.

— Галочка, Аида у себя? — спросил я.

— Дим, она взяла больничный. У тебя завтра два поручения и остальной день свободен.

— Она заболела?

— Похоже да. Я звонила, по голосу слышно, что ей плохо.

Я вышел и направился к машине. Заехав в магазин, купил фрукты, молоко и сдобу, поехал к Аиде. Она одинокая женщина. Как я понял, родственники покойного мужа её не признавали, а сама из детского дома. Кто ей лекарства купит? Возможно что-нибудь нужно.

Позвонил в дверь. Никто не открыл. Второй, третий. Тишина. Я спустился к консьержке.

— Здравствуйте. У Вас должны быть ключи от всех квартир. Помогите открыть 98.

— Здравствуйте. А на каком основании Вы хотите туда попасть.

— Вызывайте участкового. Так, наверное, будет правильно.

— Вы можете объяснить, что случилось?

— Аида Львовна Взяла больничный, я приехал её проведать, а она дверь не открывает. Возможно ей плохо.

— Что станет с вашей Аидой Львовной? Такие как она бессмертны!

— Тем не менее, дверь надо открыть.

— Ну раз вы так беспокоитесь, то сейчас.

Она взяла ключи, и по дороге к квартире, позвонила кому-то:

— Алик, ты не мог бы выйти на лестничную площадку?….Да ничего не случилось. Ты представитель власти. Не хочу участкового дёргать. Аида дверь не открывает, а тут её водитель переживает. Надо бы открыть.

Когда мы поднялись, этот Алик в домашнем трико, но с удостоверением, ждал нас у дверей.

— Здравствуйте. Кем вы приходитесь Аиде? — спросил он.

— Официально, я её водитель. А так, просто, неравнодушный человек. — ответил я, а этот Алик в ответ ухмыльнулся хитро прищурив глаза.

Когда мы открыли дверь, в квартире был спёртый воздух. Пройдясь по комнатам, я нашёл Аиду. У неё был жар, сопровождаемый лихорадкой. Пока соседка вызывала скорую, я открыл фортку и собрал грязную посуду. Видно она пила чай, что-то кушала и сил убрать не было.

Скорая сделали укол, поставили капельницу, и я их проводил. Проследить за капельницей я смогу сам, а в больницу ехать отказались. Аида без сознания, врач не отказывался её госпитализировать, но не рекомендовал. Придёт в себя, и потом решать будем. У неё была гнойная ангина, по предварительному диагнозу.

Все разошлись, и я позвонил Галине.

— Добрый вечер, Галочка.

— Дим, что случилось?

— Аиде совсем плохо. Я отказался от госпитализации, теперь переживаю.

— Ты всё правильно сделал. Она терпеть не может больницы. Я сейчас позвоню её врачу, и он приедет.