Маска
Шрифт:
И всё бы ничего, если бы мне внезапно не стало плохо. Проводив меня в медпункт, дети вернулись к своему занятию. А директор детдома, прищурившись меня спросила:
— И какой срок?
— Шесть недель. — потупив взгляд, ответила я.
— Как тебя муж отпустил, да ещё и забор красить?
— А он не знает.
— Готовишь приятны сюрприз?
— Не знаю, приятный ли?
— Он хороший человек. По какой причине он не хочет деток?
— Мы с ним вообще не разговаривали о детях. Я
— С чего такие опасения?
— Понимаете, наш семейный бизнес только стал набирать обороты. Двое деток у нас уже есть. Я нигде не работаю. Все мы на его плечах. Вот я и не знаю, как он отнесётся к этой новости?
— Так и не узнаешь, если будешь молчать. А ты сама, хочешь этого ребёнка.
— Ребёнок уже есть. И если честно, то беременность случайная. Но аборт я делать не буду ни при каких обстоятельствах. Поэтому и боюсь сказать. У нас такая хорошая семья, жаль будет разочаровываться.
— Ида, девочка, ну с чего ты взяла, что Дима будет настаивать на аборте?
— В том то и дело. Он слишком хороший человек, чтобы предложить такое. Но если я увижу в его глазах не желание, я сама всё развалю. Я не смогу навязывать себя и ещё одного малыша.
— Ты забегаешь со своими переживаниями дальше чем нужно. Ты же понимаешь, что чтобы не случилось, у тебя есть мы, и одна ты не останешься.
— Я не боюсь одиночества. Тем более с детьми это просто невозможно. Я боюсь потерять мужа.
— Если он твой, то ты его никогда не потеряешь.
— Спасибо Вам.
— Не за что. Вот сейчас отправляйся в столовую, я распоряжусь чтобы тебя пораньше покормили. А к забору больше не ходи. Мы всё доделаем сами.
В столовой наша повар не ждала распоряжения. Как только я зашла, мне сразу стали предлагать покушать. Там был негласный обычай, кормить всех, кто заходит. Плотно поев, я помогала накрывать столы для детей. Скоро обед.
День прошёл на позитиве. По дороге домой, я заметила, что наши дети слишком молчаливы и грустны.
— Лизунь, что случилось? — спросила я.
— Всё нормально. — ответила она на отвали.
— Андрей, что происходит? Вы поругались?
— Нет. Всё нормально. — получила такой же сухой ответ.
Так не пойдёт. Я припарковалась на обочине. Надо выяснить что происходит.
— Дети, я вас слушаю. — начала я.
В ответ тишина. Не один из них даже глазом не повёл в мою сторону.
— Тааак. Послушайте. У нас с вами семья. А это значит, что с проблемами мы должны помогать справляться друг другу.
— Мам, это правда, что у тебя будет ребёнок? — спросил Андрей.
Слёзы накатились на глаза. Я это всё относила к бунтующим гормонам, но за два года в первый раз меня Андрей назвал мама.
— Спасибо тебе родной. — я пыталась справиться
— За что? — не понял мальчишка.
— Как? Ты меня мамой назвал.
— Ты не ответила на вопрос. — на меня смотрела Лиза из-подо лба.
— Дети, этот разговор должен состояться, после того, как я поговорю с отцом. — развернувшись к ним тихо говорила я.
— Значит это всё правда. — всхлипнув проговорила Лиза и залилась слезами.
Я вышла из машины и села рядом с ними на заднее сиденье.
— Детка, что такое случилось? — обнимая Лизу успокаивала я.
— Мама, я уйду с Лизой в детский дом! — слёзы наворачивались и у Андрея.
— Почему вы хотите уйти? У нас будет ещё один ребёнок, но это не значит, что мы будем вас любить меньше.
— Ага. Андрей тебе не родной, а я так совсем чужая. Витька сказал, что вы меня вернёте, потому, что у вас будет свой ребёнок. — заливались наши глупые дети слезами.
И я взрослая, но сейчас такая сентиментальная баба плакала вместе с ними.
— Как вы сейчас мне сделали больно. — тихо, всхлипывая продолжала я разговор. — Я-то подумала, что мы теперь семья.
Оба ребёнка перестали рыдать и с удивлением уставились на меня.
— Мам, ты о чём? — подала голос Лиза.
— Вот зачем ты сейчас меня мамой называешь? Что бы потом бросить? — стала я использовать приём из психологии.
— Я не хочу тебя бросать. — удивилась Лиза.
— Так я поняла, что вы настолько не хотите братика или сестричку, что решили нас бросить. Только вы поймите. Наш ребёнок будет также важен в нашей жизни, как и вы. И мы с папой просто не сможем от него отказаться.
— А от нас? — продолжал Андрей.
— А что мы хоть раз давали повод вам подумать, что вы не важны в нашей с папой жизни? Я вообще не представляю, если вы нас бросите, как мы будем справляться без вас.
— Мам, мы никогда вас не бросим. — в голос кричали дети.
И кинувшись меня обнимать, мы рыдали втроём. Немного успокоившись, мы продолжили путь.
— Мам, а кто будет брат или сестра? — спросил сын.
— Он ещё сильно маленький и ничего не видно.
— Какой, как горошинка? — спросила дочь.
— Когда я пойду к врачу, то мне будут делать УЗИ. А там прилагается фото. Я обязательно вам покажу.
— Ура! — кричали дети от радости.
— И хочу вас предупредить. Чтобы больше никому не верили в такие глупости, что я или папа можем вас бросить. На этой планете нет таких обстоятельств, которые могли бы заставить нас от вас отказаться. Понятно?!
— Понятно!
Приехав домой мы договорились, что пока никому не будем говорить и ни с кем ни будем обсуждать эту тему, пока я не поговорю с папой. Мы не хотим его обидеть.