Машина времени

Збинек Черник

Машина времени

На лице полицейского чиновника изображалась досада. Еще бы! От этого поручения он не испытывал ни малейшей радости, если быть откровенным - ему вовсе не хотелось его выполнять. Подумать только: сотруднику полиции поручают дать заключение о какой-то экспериментальной установке, что-то вроде нового транспортного средства. Сам факт, что задание поручено сотруднику полиции, естественно, не вызывал недоумения, не будь такой детали: это транспортное средство якобы могло двигаться в четвертом измерении ("Четвертое измерение! Такая глупость!" - говорил себе чиновник с раздражением, а прибор уже заранее

вызывал у него подозрение.) К тому же эту чертову машину сконструировал не кто иной, как старый знакомый, профессор Холм. Своими выходками - открытиями и изобретениями - профессор не раз ставил полицию, мягко говоря, в затруднительное положение. Нет уж, тут определенно пахнет шарлатанством и надувательством!

– Так. Где эта ваша штуковина?
– зловеще спросил страж закона и инструкций у служителя науки.
– Попробуем ее на зубок.

Холм молча показал на улицу. У бровки тротуара стояла развалина, в лучшем случае похожая на обломки отслужившего свой век автомобиля.

Полицейский не поверил своим глазам.

– Вы что, серьезно предлагаете такое старье на экспертизу? разгневался он.
– Где фары, стоп-сигналы, указатели поворота, зеркало заднего обзора? А правила вы знаете?

– Простите, какие правила?
– недоумевал профессор.

– Как какие? Правила дорожного движения, конечно!

– Гм, не сердитесь, но для четвертого измерения никаких правил еще не разработано. Видите ли, эта машина, я назвал ее, каюсь, несколько нескромно - холмобилем, относится к категории машин времени. Вы наверняка о них слышали или читали. В литературе ими занимался не один автор. Взять, к примеру, Герберта Уэллса, его-то уж вы наверняка знаете...

Однако факты, которые свидетельствовали бы о том, что чиновник знал Герберта Уэллса или какого-либо иного фантаста, не подтвердились. Поэтому Холм сократил свою речь.

– А я первый, кто сконструировал такую машину.

Полицейскому начинала надоедать вся эта история.

– Послушайте, - перебил он профессора, - не пытайтесь меня надуть разными вашими измерениями. Можете притащить их хоть целый ворох, а эту колымагу я не допущу на дорогу даже четвертой категории.

В конце концов он дал себя уговорить на одну пробную поездку. Чиновник с недоверием уселся на переднее сиденье рядом с Холмом.

– Где ремни безопасности?
– сурово спросил страж порядка.
– Тоже нет?

– Куда?
– лаконично парировал профессор.

– Что - куда?

– Куда поедем? В будущее или в прошлое? И на какой срок?

Лицо официального представителя автодорожной инспекции вдруг обрело черты человечности. Вполголоса он мечтательно пробормотал:

– Иногда мне приходит в голову мысль: было бы здорово вернуться назад лет на тридцать. В те времена я был парень хоть куда, частенько с друзьями ездил в кабачок "У зеленого дерева". Музыка, девчонки... Да что и говорить, в наше время такого уже нет.

Профессор потянул на себя рычаг переключения передач и слегка нажал на педаль, чтобы дать газ. Машина тронулась с места и понеслась, оставляя за собой облако черного дыма. Увидев такое "чудо", инспектор не сдержался, терпение его лопнуло, и он закричал:

– И такой развалиной мы должны разрешить вам пользоваться? Вы же отравите выхлопными газами весь город!

Но дым уже испарился. Откуда-то издалека доносились звуки старомодного духового оркестра, а вывеска на

ближайшем доме оповещала, что перед ними кабачок "У зеленого дерева".

Для холмобиля открылась "зеленая улица". Началось его серийное производство, которое, однако же, не могло удовлетворить постоянно растущего спроса. Интерес к приобретению лицензии проявили и зарубежные фирмы, в том числе несколько американских, которые, запустив массовое производство модели, нашли выход из собственных экономических трудностей. В парижском автосалоне должен был вскоре экспонироваться первый холмобус, а туристские фирмы усиленно рекламировали коллективные путешествия в древние века. Короче, перед человечеством неожиданно открылись новые, поистине сказочные возможности. Но, к сожалению, всплыли и некоторые моменты, о которых раньше никто не догадывался.

Однажды профессор Холм получил повестку явиться в полицию. На лестнице полицейского комиссариата он встретил того самого инспектора, что в свое время счастливо совершил поездку во времена своей молодости и посетил кабачок "У зеленого дерева". Чиновник, злорадно ухмыльнувшись, приветствовал Холма:

– Пожалуйста, пожалуйста, рады вас видеть. Наш шеф, вероятно, напрасно вас побеспокоил, не правда ли? Пожалуйте сюда.

Шеф сидел за письменным столом и допрашивал какого-то подозрительного малого. Увидев профессора, он встал и пошел ему навстречу.

– А, профессор Холм. Добро пожаловать, присаживайтесь. Как дела? Как холмобили?

– Э... э...

– Ну, ну, не скромничайте. Должен вас поздравить. На сей раз вы придумали действительно сенсационную вещь. Я много читал об этом в газетах: "Перед человечеством открылись новые, неожиданные возможности". Святая правда, профессор, святая правда. Взять, к примеру, моего соседа. Раньше в отпуск он ездил на Черное море. А сейчас - что вы! В этом году отправился в тринадцатый век на рыцарские турниры. С семьей! Поистине сказочная вещь.

И вдруг выражение восхищения на лице шефа полиции сменилось нескрываемым бешенством.

– Вы в состоянии себе представить, какую кашу заварили этой своей чертовой машиной?

Холм и не пытался представить.

– Так я вам перечислю все по пунктам, уважаемый пан профессор, слушайте внимательно. Вы внесли в нашу жизнь полную сумятицу. Люди теперь путешествуют и в будущее, и в прошлое, стоит им только приобрести ваш холмобиль. Разыскали в прошлом аборигенов, теперь тащат их сюда, в наше время. А эти бедняги не способны ни на что и в конце концов садятся на нашу шею: мы вынуждены их содержать. Недавно для них пришлось соорудить палаточный лагерь за городом. Живут там пришельцы из прошлого, сотни две набралось. Среди них один старый кельт, два римских консула, жители Карфагена, которые постоянно ссорятся с консулами, дело доходит до поножовщины, какая-то любовница Карла Великого, Джордано Бруно собственной персоной - его кто-то из наших сограждан спас от инквизиторов в самый последний момент перед казнью. Там разместился отряд солдат Кромвеля, какой-то поручик австро-венгерской армии и еще бог весть кто. Да, чуть не забыл: среди всей этой братии можно видеть и десяток каких-то кубообразных фигур, которые утверждают, будто они люди десятого тысячелетия нашей эры. Не пожелал бы я моим потомкам быть на них похожими! Но что поделаешь, наших потомков это, вероятно, ожидает. Главное, всех их нам, вероятно, придется депортировать обратно за свой счет.