Чтение онлайн

И ювелир принялся ее уговаривать, и наконец умилостивил ее, и вышел, и стал раскаиваться в том, что обратился к ней с такими словами, и потом он пошел в лавку и сидел в лавке с Камар аз-Заманом, и его охватило сильное волнение и задумчивость, больше которой нет, и он и верил и не верил. А под вечер он пришел домой один и не привел с собой Камар аз-Замана. Женщина спросила его: «Где купец?» — «У себя», — сказал он. И женщина молвила: «Разве остыла твоя дружба с ним?» — «Клянусь Аллахом, — ответил ювелир, — он стал мне противен после того, что из-за него случилось». И жена его сказала ему: «Пойди приведи его ради меня».

И ювелир поднялся, и пришел в дом Камар аз-Замана, и увидел свои вещи, разложенные там, и узнал их, и огонь загорелся в его сердце, и он начал вздыхать.

«Почему это ты, я вижу, задумчив?» —

спросил его Камар аз-Заман. И ювелир постыдился сказать ему: «Мои вещи у тебя, кто к тебе их принес?» Он только сказал: «Меня охватило беспокойство, но пойдем ко мне домой, мы там развлечемся». — «Оставь меня в моем доме, — сказал Камар аз-Заман, — я не пойду к тебе».

И ювелир стал заклинать его и увел его к себе, а потом они поужинали и бодрствовали весь вечер. И Камар аз-Заман разговаривал с ювелиром, но тот был погружен в море дум, и когда юноша-купец говорил сто слов, ювелир отвечал ему одним словом. И невольница вошла к ним, по обычаю, с двумя чашками, и когда они выпили, купец заснул, а юноша не заснул, так как в его чашке не было примеси. И женщина вошла к Камар аз-Заману и сказала ему: «Как ты находишь этого рогатого, который опьянел в своей простоте и не знает козней женщин. Я обязательно его обману, чтобы он со мной развелся. Завтра я приму облик невольницы и пойду за тобой в лавку, и ты ему скажешь: «О мастер, я зашел сегодня в хан торговцев пленными и увидел эту невольницу и купил ее за тысячу динаров. Посмотри ее для меня, дешевая она за эту цену или дорогая». И потом открой ему мое лицо и грудь и дай ему посмотреть на меня, а затем возьми меня и вернись со мной в твое жилище, и я пройду домой через подземный ход и посмотрю, чем у нас с ним кончится дело».

И они провели ночь в радости, веселье и застольной беседе, и играли, веселились и наслаждались до утра. А после этого женщина ушла в свое помещение и прислала невольницу, и та разбудила своего господина и Камар аз-Замана, и они поднялись, и, совершив утреннюю молитву, позавтракали, и выпили кофе, и ювелир пошел к себе в лавку, а Камар аз-Заман отправился домой.

И вдруг женщина вышла к нему из подземного хода в облике невольницы (а она раньше была невольницей), и Камар аз-Заман отправился в лавку ювелира, а женщина пошла за ним, и он шел, а она шла сзади, пока он не привел ее к лавке ювелира. И он пожелал ее мужу мира, и сел, и сказал: «О мастер, я ходил сегодня в хан торговцев пленными, чтобы поглядеть, и увидел эту невольницу в руках посредника. Она мне понравилась, и я ее купил за тысячу динаров. Я хочу, чтобы ты взглянул на нее и посмотрел, дешева она за эту цену или нет». И он открыл лицо женщины, и ювелир увидел, что это его жена (а она оделась в свои самые роскошные одежды и украсилась наилучшими украшениями, и насурьмила глаза, и выкрасила концы пальцев, так же, как украшалась перед ним в его доме), и узнал ее наилучшим образом по лицу, одежде и украшениям, так как он делал их своей рукой. И он увидел на ее пальце перстни, которые недавно сделал для Камар аз-Замана. И для него стало со всех сторон ясно, что это его жена. «Как твое имя, о невольница?» — спросил он. И она отвечала: «Халима». (А имя его жены было тоже Халима, и она назвала ему это самое имя.)

И ювелир удивился этому и спросил Камар аз-Замана: «За сколько ты ее купил?» — «За тысячу динаров», — сказал Камар аз-Заман. И ювелир молвил: «Ты получил ее даром, так как тысяча динаров — это меньше, чем стоимость ее перстней, и ее одежда и украшения достались тебе даром». — «Да обрадует тебя Аллах благом, — сказал Камар аз-Заман. — Раз она тебе понравилась, я отведу ее к себе домой». — «Делай как хочешь», — сказал ювелир. И Камар аз-Заман взял ее и пошел домой, и она прошла через подземный ход и села в своем доме.

Вот что было с ней. Что же касается ювелира, то в его сердце загорелся огонь, и он сказал про себя: «Пойду посмотрю, где моя жена. Если она дома, значит, эта невольница на нее похожа (славен тот, на кого нет похожего!), а если моей жены нет дома, значит, это она, без сомнения».

И он вышел и бежал, пока не вошел в дом, и увидел, что его жена сидит в той самой одежде и украшениях, в которых он ее видел в лавке, и тогда он ударил рукой об руку и воскликнул: «Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха высокого, великого!»

«О человек, — сказала его жена, — случилась

с тобой бесноватость или что с тобой такое? Не таковы твои привычки! С тобой обязательно должно быть какое-нибудь дело». «Если ты хочешь, чтобы я тебе рассказал, — ответил ювелир, — то не огорчайся». — «Говори», — сказала женщина. И ювелир молвил: «Торговец, наш друг, купил невольницу, стан которой подобен твоему стану, и ее рост такой же, как твой рост, и имя ее такое же, как твое имя, и одежда такая же, как твоя одежда. Она похожа на тебя во всех своих качествах, и на пальцах у нее перстни, подобные твоим перстням, и ее украшения такие же, как твои украшения. Когда он показал мне ее, я подумал, что это ты, и теперь я в смущении. О, если бы мы не видели этого купца и не дружили с ним, и он бы не приходил из своей страны, и мы бы его не знали! Он замутил мою жизнь после ясности и стал причиной суровости после верности и ввел сомнение в мое сердце». — «Посмотри мне в лицо, — сказала его жена. — Может быть, это я была с ним, и купец — мой друг, и я переоделась в одежду невольницы и сговорилась с ним, что он покажет меня тебе, чтобы обмануть тебя?» — «Что это за слова? — сказал ювелир. — Я не думаю, что ты можешь делать такие вещи!»

А этот ювелир был несведущ в кознях женщин и в том, что они делают с мужчинами, и не знал таких слов поэта:

Мечтой о красавицах встревожено сердце, Хоть юность вдали и час седин наступает. Мне тяжко от Лейлы, хотя близость с ней далека, И беды и горести стоят между нами. А если вы спросите о женах, то, истинно, Я в женских делах премудр и опытен буду. И если седа голова у мужа иль мало средств, Не будет тогда ему в любви их удела.

И жена его сказала ему: «Я буду сидеть дома, а ты пойди к нему сейчас и постучи в ворота и ухитрись быстро войти к нему. И если ты войдешь и увидишь, что невольница у него, значит, эта невольница похожа на меня (славен тот, на кого нет похожего!), если же ты не увидишь у него невольницы, значит я — та невольница, которую ты с ним видел, и твоя дурная мысль обо мне подтвердится». — «Ты права», — сказал ювелир и оставил ее и вышел. А она встала и, спустившись в подземный ход, села у Камар аз-Замана, и рассказала ему об этом, и сказала: «Отопри скорей ворота и покажи меня ему».

И когда они разговаривали, вдруг постучали в ворота, и Камар аз-Заман спросил: «Кто у ворот?» И ювелир ответил: «Я, твой друг. Ты мне показывал на рынке невольницу, и я порадовался за тебя, но моя радость не была полной. Открой же ворота и покажи ее мне». — «В этом нет дурного», — сказал Камар аз-Заман и отпер ворота. И ювелир увидел, что его жена сидит у Камар аз-Замана. И она поднялась и поцеловала ему и Камар аз-Заману руку, и ювелир посмотрел на нее и поговорил немного с юношей, и он увидел, что невольница ничем не отличается от его жены.

«Аллах творит что хочет», — сказал он и вышел, и увеличилось в его сердце беспокойство, и он вернулся к себе домой и увидел, что его жена сидит дома, так как она прибежала раньше его через подземный ход, когда он вышел из ворот, и села у себя в доме. И когда ее муж вошел к ней, она спросила его: «Что ты видел?» — «Я видел ее у ее господина, и она похожа на тебя», — сказал ювелир. И женщина молвила: «Отправляйся к себе в лавку, и довольно тебе подозревать. Ты больше не будешь подозревать меня?» — «Не буду, — сказал ювелир. — Не взыщи с меня за то, что от меня было». — «Да простит тебе Аллах», — сказала его жена, и затем ювелир повернул ее направо и налево и ушел к себе в лавку. А его жена прошла по подземному ходу к Камар аз-Заману, неся с собой четыре мешка, и сказала ему: «Собирайся к поспешному отъезду и приготовься грузить деньги безотлагательно, пока я сделаю для тебя какие у меня есть хитрости».