Чтение онлайн

В зале наступило молчание. Даже Ворошилов, который, поначалу в штыки воспринял слова генерал-майора Черняховского, и тот проникся тяжестью ситуации, а потому сидел буквально с серым лицом. Ведь это и его вина была в том, что вот так топорно была построена РККА.

— И что ви предлагаете? — спросил со слегка прорезавшимся акцентом Сталин, не меньше других представивший грандиозность катастрофы, которая грозила Советскому Союзу из-за упущенной некогда столь важной детали.

— Нам нужно создать несколько эшелонов войск. Первый – войска полной боевой готовности, развернутые по штатам военного времени и полностью укомплектованные людьми и техникой. Второй – части развернутые

по штатам мирного времени. Меньше текущих. Своего рода сильно урезанные версии, но, несмотря на это, полностью укомплектованные. То есть, вполне самостоятельные и дееспособные ядра будущих дивизий. Третий – кадрированные части, укомплектованные только командным составом, да и то – частично демобилизованным. Ну и, само собой, учебные роты и батальоны, в которых гонять призывников. Ведь, введенная после XVIII съезда партии всеобщая воинская повинность без ограничений требует большой учебной базы. На мой взгляд лучше держать больше учебных рот и батальонов, чем лишнюю практически необученную и не укомплектованную дивизию.

— Как я понимаю, вы хотите перевести в первый эшелон большую часть насыщенных техникой войск? — спокойно уточнил Шапошников.

— Большую часть, может быть, и нет, так как это дорого. А вот держать хотя бы два-три механизированных корпуса в полной боевой готовности неподалеку от границ – было бы вполне разумно. Лучше два-три крепких, здоровых бойца, чем полная палата инвалидов. Кроме того, думаю, понадобится еще десять-пятнадцать пехотных дивизий, укомплектованных полностью и исключительно старослужащими и имеющих полный штат, как по людям, так и по оснащению. Наступать такие войска не смогут, а вот вести оборонительные бои – вполне. Причем именно что оборонительные бои, а не раз за разом допускать обрушение фронта и ударно отступать. А остальные механизированные части, я предлагаю вывести во второй и третий эшелон.

— Я согласен с товарищем Черняховским, — сказал Рычагов после того, как тот замолчал. — Это очень дельная схема. Особенно если прикрыть такие войска действительно хорошо обученной авиацией, насытить средствами связи, обеспечить толковым снабжением и разведкой. Опыт последних двух военных кампаний показал, что для успешной обороны даже от значительно превосходящих сил противника нужно не так уж и много войск. Главное их нормально организовать, обеспечить связью и транспортом. Особенно связью и транспортом, чтобы можно было их действия и маневры скоординировать.

— У кого еще есть какие-либо соображения по этому вопросу? — спросил Сталин, но все охотно согласились с предложенной концепцией. Поэтому Хозяин кивнул Ворошилову и тот сделал у себя пометку, дабы неотложно заняться этим вопросом.

— Кроме того, — продолжил Черняховский, — опыт Чехословакии и Монголии привел нас к ряду других идей и наработок. Например, в армии нужны отряды специальной выучки. Своего рода армейский осназ. Конечно, мы уже приняли идею товарища Тухачевского поставить в каждое пехотное отделение по одному меткому стрелку – егерю. И она полностью себя оправдала во время боев на Халхин-Голе. Однако дело не в этом. Нам нужно сформировать отдельные взводы и роты осназа, который будет действовать при плотном соприкосновении с линейными войсками. Например, отдельные штурмовые роты, придаваемые пехотным частям при наступлении. Разведывательно-диверсионные отряды, действующие в ближнем тылу противника. Расчеты специально обученных снайперов высокого класса. Отдельные взводы для выслеживания и противодействия диверсантам и шпионам противника, своего рода – охотничьи команды. Специальные охранные подразделения, обеспечивающие защиту стратегически важных объектов…

Разговор

продолжался еще порядка семи часов. Совершенно измученный Ворошилов в конце этого совещания смотрел на свои записи и не понимал, как все это реализовывать. Слишком много выводов было сделано по итогам военной кампании в Чехословакии и Монголии. Настолько, что у него просто голова шла кругом. Хотя "молодежь" была весьма довольна и воодушевлена.

18 июля 1939 года. Япония. Где-то в Токио

— Вы отдаете себе отчет в том, что говорите?

— Да, — мужчина со строгой военной выправкой смотрел на своего собеседника твердым, немигающим взглядом.

— То есть, по вашему мнению, эти варвары знали о том, что мы нападем раньше, чем мы приняли решение?

— Иначе получается слишком много странных совпадений, — невозмутимо ответил офицер. — По полученным сведениям нашей разведки…

— Ах, разведки!

— Да, разведки, — с нажимом произнес мужчина с доброй выправкой. — И я не имею оснований считать их всех предателями. Можно допустить, что варвары нашли подход к одному, но чтобы полностью контролировать ведомство – это абсурд!

— Значит император, по вашему мнению, говорит абсурд? — с нескрываемой злобой произнес желчный старик.

— Императору этот абсурд заявляют его советники, которые пытаются, воспользовавшись ситуацией свести личные счеты со своими старыми оппонентами. Именно они ответственны за дезинформацию.

— И вы говорите это мне?!

— Да. Так как имел наглость допустить мысль о том, что в вас еще осталось чувство долга. И вы сможете обрисовать ситуацию… — офицер поднял глаза наверх, а потом прямо в глаза собеседнику и слегка улыбнулся.

— Наглец! — больше для позы бросил ему старик. — Но я тебя выслушаю.

— Кто-то в Москве просчитал наш следующий ход и сыграл на опережение. Он или они знали, что мы хотим и как, примерно, сможем сделать, поэтому на Халхин-Голе нам была произведена демонстрация силы. Мы ведь проводили, грубо говоря, разведку боем, отслеживая реакции Москвы. На озере Хасан их поведение вполне укладывалось в наши представления о весьма рыхлой и небоеспособной стране, не способной за себя толком постоять. Но это, видимо, продиктовано определенной запущенностью региона, который для Москвы – глухие задворки. Однако нас прекрасно поняли и подготовили достойный ответ на наш главный интерес.

— То есть, нам дали по ушам как маленькому, шкодливому мальчишке? — с нескрываемой насмешкой произнес старик.

— Если бы это было так, то Советы нанесли удары по нашей территории. И уничтожили, например, аэродромы. Учитывая обстоятельства, они вполне в состоянии были продолжить наступление и оккупировать Маньчжурию. Но это не было сделано. Почему?

— Вы же знаете ответ, чего тянете?

— Потому что Советы не хотят с нами воевать. Но прояснить позицию им было необходимо. Нас просто одернули, когда мы забылись. Дряхлый медведь оказался не таким уж и дряхлым.

— И что это дает мне? Почему собственно я должен совать голову в петлю ради такой дурацкой идеи? Охота на ведьм намного интереснее и результативней.

— Потому что, если я все правильно понял, мы можем вполне закрепить с Москвой отношения договором и наладить, в том числе, торговлю. Или вам больше нравится подвешенная ситуация? Она по вашему мнению намного интереснее и результативнее?

Престарелый мужчина сверкнул глазами, но промолчал, понимая, что это намек на фактически уничтоженный армейский корпус, который очень бы пригодился на китайском фронте.