Марс пробуждается
Шрифт:
Захваченная потоком грустных размышлений, она была далеко отсюда и не видела, что происходит вокруг. Уже давно бесшумно распахнулась дверь опочивальни. На пороге появился Ирган. Он прошел тем самым коридором, где совсем недавно, также на рассвете, она возвращалась из его кабинета. Владыка Анта молча стоял в дверях и смотрел. Потом приблизился, неслышно ступая по мягкому ковру, опустился на колени и прижал горячую, воспаленную голову к нежной руке подруги, бессильно лежащей на подушках кресла.
— Зачем ты здесь? — Взгляд ее был задумчив и печален.
— Пойми!..
— Чего ты хочешь?
— Спасти тебя!
— Как? Да и зачем?
— Откажись от заблуждений! Вырази покорность богам, склони голову и моли простить тебя.
— И тогда?..
— Суд примет мое ходатайство и заменит смерть изгнанием.
— Я не боюсь смерти, я к ней готова.
— А как же я? — спросил он негромко. Столько простой тоски светилось теперь в его глазах, что Матоа впервые за много лет почувствовала себя любимой.
— Не все ли тебе равно — тюрьма или могила? — печально сказала она. — Ведь мы не будем вместе.
— Я пойду с тобой всюду…
Матоа долго молчала. Сейчас, в бледных лучах рассвета, Ирган показался ей другим — гораздо ближе, проще и человечнее. За властными чертами его лица вдруг появилось что-то новое, никогда прежде не виданное — перед нею на коленях стоял не Владыка Анта, а мужчина, который по-своему, но искренне и сильно любил ее. На миг мелькнула мысль, что они еще могут понять друг друга.
Матоа обняла мужа, привлекла ближе его крупную голову и, стараясь проникнуть взглядом в самую глубину его глаз, сказала горячо и проникновенно:
— Пойми, Ирган, дело не в тебе! Мы в оковах, под гнетом церкви. А я верю в народ. Открой ему дорогу. Видишь — там рассвет! Ведь это символ Анта.
Ирган поднялся и подошел к окну. Заложив руки за спину, он задумчиво смотрел вдаль.
А Матоа продолжала говорить, пытаясь объяснить свои переживания, сомнения, мечты:
— Есть ведь другая жизнь, существует мир, где ярко светит Солнце. И люди там счастливее и добрее.
Последние слова произвели на Иргана впечатление удара. Он резко обернулся и сжал кулаки, на лице появилось выражение неукротимой ярости. Задыхаясь от приступа дикой ненависти, он прошептал:
— Так вот в чем дело! Проклятый чужеземец!..
Матоа смотрела на обезумевшего мужа по-прежнему спокойно, но отчужденно. Несколько мгновений он стоял молча, с округлившимися от злобы глазами.
— Люби его в могиле! — заревел он и бросился из комнаты. Матоа бессильно откинулась на спинку кресла.
Ирган бежал по коридору, ничего не видя. Распахнув дверь кабинета, он ворвался внутрь и бросился в кресло.
Утро уже вступило в свои права. Зеленоватый полумрак
— Зачем ты здесь? — проговорил Ирган, приходя в себя. — Кто тебя звал?
— Святая церковь всегда с тобой, — смиренно ответил тот.
— Мне тяжело, старик! — Ирган смотрел куда-то мимо своего собеседника.
— Я знаю! Нелегко убедиться в измене…
Глаза Иргана вспыхнули гневом.
— Матоа мне верна, я в этом не сомневаюсь!
— Как мужу — да! — холодно произнес Ассор. — Но как повелитель государства ты обманут!
— Что ты хочешь сказать?
— Украдкой, ночью, — продолжал жрец, — она вошла сюда. Ты доверил ей секреты государства. Увы! Ты раскрыл эти тайны не в добрый час… Матоа выкрала чертеж подземной тюрьмы… Да, так было!
— Откуда ты знаешь это? — Ирган смотрел на жреца холодно и подозрительно. Кривая усмешка появилась на тонких губах священнослужителя.
— Старый Ассор знает все на свете…
Последовала долгая пауза.
— Моя вина велика! — глухо произнес Ирган, опуская голову.
— Святая церковь тебя простит… Но ты обязан быть выше своих чувств! Правитель должен карать измену, не зная жалости. Заглуши голос сердца… во имя государства!
Ирган поднял на Ассора тяжелый, потухший взор, стараясь проникнуть в замыслы старика.
— Великий суд признал, что надо казнить Матоа, — продолжал Ассор. — Однако приговор издать нельзя: правители выше всех законов. Ее судьба в твоих руках…
Владыка Анта смотрел на старого жреца взглядом, полным смертельной тоски. Так смотрит загнанный зверь, когда видит, что все кончено.
— Мне нужен твой совет, — глухо сказал он. — Неужели своей рукой…
В глазах Ассора появилось выражение презрения.
— Надо быть жестоким, — холодно произнес он, — другого пути нет!
— Что думает Тимбал? — спросил Ирган, делая последнюю попытку избежать развязки.
— Вот его подпись!
Костлявый старческий палец указал на роковой знак. Несколько мгновений Ирган смотрел на документ, затем оглянулся, как бы пытаясь найти выход. Одни лишь чудовищные боги стояли вокруг и глядели холодными, бесстрастными глазами. Им было все равно.
Дрожащими руками Ирган взял перо, не глядя, подписал приговор, тут же вскочил и, стиснув голову руками, закричал:
— Уйди! Скорее уйди!
Испуганный Ассор выбежал из кабинета. А Солнце выглянуло из-за горизонта и начало свой путь по небу Анта, как будто ничего не случилось.