Чтение онлайн

Едва последнее слово было произнесено, как над Долом разнеся птичий крик. Я смотрел на перстень и видел, как медленно кровь впитывается в металл. Когда же последняя частичка скрылась внутри, князь торжественно произнес:

— Грач принял клятву! Теперь мы связаны куда сильнее, чем просто семья, — его губы тронула улыбка. — Никогда бы не подумал, что буду приносить такую клятву, на крови тотема, ради раба. Бывшего, но раба. Да и демоны со всем этим. Садись, Михей. Садись и поведай нам, как ты получил такой… эм… такое необычное умение.

Я сел. Теперь, после того как сам князь принес клятву, я не

видел причин что-то скрывать. Пусть знает все. И тогда он, быть может, сможет использовать меня наилучшим для семьи и клана образом.

Сам рассказ много времени не занял. Вопросы от всех троих заняли куда больше и на большую часть их я честно отвечал, что не знаю. Не знаю я какие еще навыки и умения у меня могут быть. Не знаю где сейчас богиня. Не знаю, как она со мной связывается. Не знаю почему именно тогда, когда связывается. И еще много подобных не знаю.

Когда вопросы иссякли, Данкан потянулся, улыбнулся мне, покачал головой, прищурился и взглянул на князя.

— Мы кое, о чем забыли, за всеобщей сомнительной радостью.

— О чем же, — насупился князь.

— О магистерии. Теперь ты оплатишь ему полог?

— Двойной! Хотя есть вариант получше. Елизар, давай сюда свои четки! А ты, — он посмотрел на меня, — укрой Смерть Покровом.

Я закрыл Суть покровом, взял четки, открыл все остальное.

— Отлично! — князб хлопнул ладонью о стол. — Данкан, ты видишь что-нибудь?

— Нет, княже.

— А ты? — он взглянул на страдающего от боли в руках Елизара.

— Нет. Не вижу, — проскрипел тот.

— И я не вижу. Когда они хотят, чтобы мы приехали.

— Через восемь дней, — ответил Данкан. — Мы?

— Мы! Не думаешь же ты, что я отпущу своих людей в гнездо к змеям, а сам останусь в стороне? Дела в столице подождут. Восемь дней конечно много, но то, что происходит здесь, теперь важнее. Восемь дней, — задумчиво почесывая бороду, проговорил князь. — Надо бы его испытать, а, Елизар.

— Надо, — кривясь, отозвался тот. — И мы оба знаем где.

— Старый погост? — прищурился Данкан. — Вы с ума сошли! Оба! Он не готов к такому!

— Так ты и подготовь, — безмятежно заявил князь.

— Я подготовлю, — пообещал Данкан. — Но, княже, ты хочешь отправить его туда пустым? Без умений?

— А ведь ты прав, — князь почесал бороду, с другой стороны. — Ты, — он ткнул пальцем в грудь Елизару, — отправляйся-ка ты к лекарю, пока кровью не истек. А вы двое, марш за мной! Хотя, — он положил на стол ключ. — Данкан, ты тренировал Михея, подбери ему, то, что больше походит. Справитесь без меня. Я же все-таки займусь пологом. Лишним он точно не будет.

К себе в комнату я вернулся лишь к полудню следующего дня. Бросил в угол куль с крохотными свитками, кропотливо отобранными Данканом специально для меня, и завалился на кровать, прямо в одежде. Я был готов уснуть тут же, но едва упал, сразу вскочил. Ну его к демонам, эту беззаботность, по Долу шпионы разгуливают и как знать не решит ли магистерия меня убрать. Зачем они могли так решить, я не знал, но осторожность лишней не бывает. Зачем-то же они мною интересуются.

Запер дверь на ключ, наложил щеколду. Привалился к двери. Что-то грызло меня, что-то не срасталось, но что я никак не мог понять. Было в сегодняшнем дне что-то неправильное, неестественное.

Даже не в дне. Все начиная со Стожка было неправильно. Слишком много случайных совпадений. Или не совпадений.

Но сегодня. Сейчас мне начало казаться, что Елизар и князь разыграли представление, где главными актерами и зрителями были мы с Данканом. Зная Елизара тот слишком сильно расстроился своей ошибке и слишком просто отстранился от разговора, хотя может устал с дороги. А князь? Не слишком ли он радовался моему статусу, хотя может это действительно так здорово.

Да и демоны со всем этим.

Я закрыл глаза и обратился к богине. Ответа не получил. Возможно слишком далеко, а возможно она ко мне охладела. И второй вариант меня бы полностью устроил. Но надеяться на него глупо.

Достал жемчужину, покатал коричневый шарик в руке, посмотрел на него. Осколок души пепельника. Ну, и зачем он мне? Зачем ты мне его дала? Что с ним делать? Я снова обратился к богине, но она, как и прежде молчала. Ну, молчи, молчи. Сам разберусь.

Достал свиток, что вытащил из пепельника, покрутил в руках и решил не открывать. Завтра. Завтра мне предстоит их много прочитать, пусть и этот останется на завтра.

Тонкий лед хрустел под ногами. Если бы не оттепель, обрушившаяся на Дол позавчера, мне пришлось бы пробираться по снегу. Медленнее, холоднее, зато тише. Я старался не шуметь, внимательно выбирая места, куда ставлю ногу, но это не помогало. Тонкий лед хрустел. И каждый шаг заставлял меня дрожать.

Я медленно шел среди могил старого погоста, держа наготове камень огня в одной руке и короткий нож в другой. На поясе меч, за плечом маленький самострел, подмышкой колчан с двадцатью болтами, за поясом кистень и тоже маленький. Я боялся. Очень боялся, хотя и не понимал, чего. И ночь не помогала избавиться от страха. Она делал его гуще, тяжелее, темнее. Она пропитывала им воздух наполняя приторной сладостью. Превращала предметы в ужасающих зверей и чудовищ.

Я остановился, стряхнул комок налипшей на сапог грязной ледяной крошки. Выпрямился в полный рост, осмотрелся. Кладбище как кладбище ничего выдающегося. Я не помнил, чтобы когда-то бывал на кладбищах, но что это такое, я знал прекрасно. И это ничем не отличалось от моего о них знания. Могилы, могилы, могилы, дорожки меж ними, а у дальней стены склеп. Вот туда мне и надо. Там тот, кто мне нужен.

Елизар рассказал мне страшилку, про старого мага, что увлекся запретными знаниями и едва не погубил и себя и всех своих людей. Спасаясь от его безумств, крестьяне подняли колдуна на вилы. А затем похоронили в семейном склепе, здесь на погосте. Мне это показалось странным, зачем хоронить в фамильном склепе человека, которого вы только что убили потому что он мерзавец последний. Я спросил, но Елизар лишь подал плечами и продолжил. Похоронили и забыли, а он о них не забыл. И теперь каждую ночь убитый, но неуспокоенный колдун выбирается из склепа и ходит по погосту, разыскивая кого-то или что-то. Что ищет старый покойник никому не известно. Он не говорит, не нападает, не пытается убить или напугать. Он просто стоит и смотрит. И пока ты на дорожке ведущей к склепу ничего не случится. Но стоит лишь свернуть.