Мародер
Шрифт:
– Что будете заказывать? – прервал мои мысли Сережа.
– Что буду заказывать? – переспросил я и тяжело вздохнул. – Уж и не знаю…
– Как насчет пивка? «Баварского»? В прошлый раз, насколько помню, вам понравилось.
Я подумал, однако, вовсе не о пиве. Раньше обращение к себе бармена принимал как должное, но теперь, увидев, как он непринужденно общается с провинциальной парочкой, мне стало завидно.
– Сережа, мы вроде бы давно знакомы…
– Давно, но не всю жизнь, – уклончиво согласился
– …А этих ребят, – продолжил я и кивнул в сторону парочки, – ты в первый раз видишь.
– К чему это вы, Егор Николаевич?
– Я ненамного старше тебя и их тоже. Тогда почему ты с ними на «ты», а со мной всегда на «вы» да еще по имени-отчеству?
Бармен улыбнулся.
– Потому, Егор Николаевич, что вы – человек респектабельный, всегда при деньгах, цену себе знаете, с собеседником держите дистанцию, а я и они, – он указал глазами на провинциалов, – средний класс, живущий от зарплаты до зарплаты. Вам не ровня.
Сережа спокойно смотрел на меня, и я не видел в его глазах зависти. Ему нравилась его жизнь, и менять ее на мою, «респектабельную и при деньгах», он не хотел. Правильно в общем-то делал… Это я бы с ним, не глядя в вариатор, махнулся.
– Так как насчет «Баварского»? – снова предложил он.
– Лучше водки.
– Егор Николаевич… – укоризненно покачал головой Сережа.
– Водки, – упрямо повторил я.
Сережа поставил передо мной рюмку, налил водки.
– Огурчик, грибочки?
– Красную икру, – буркнул я и, не дожидаясь закуски, опрокинул в себя рюмку.
Бармен поставил на стойку блюдце с красной икрой, воткнул ложечку и пододвинул ко мне. Но я к икре не притронулся, застыв в неподвижности. По мере того как водка, скользнув по пищеводу, медленно проникала в организм, межвременная тень каплями вытекала из правой штанины на пол и черными брызгами уносилась в хороводе бликов вращающегося зеркального шара. Что это еще Сатана удумал? Чего ему не сидится? Как дитя малое – ему бы резвиться да резвиться, а мне все потом боком выходит.
– Водка не в то горло попала? – сочувственно поинтересовался Сережа. – По спине постучать?
– Все нормально… – выдохнул я, взял ложечку икры, закусил и скосил глаза на пол. Черные лоскуты межвременной тени, перемежаясь с зеркальными бликами, неслись по полу и мышами разбегались по залу казино в разные стороны.
– Еще налить? – предложил Сережа.
Я согласно кивнул, выпил вторую рюмку, и разлившийся по телу алкогольный дурман оказал успокаивающее действие. Да какое мне дело, что за карусель устраивает здесь Сатана? Я к нему в сторожа не нанимался, его ко мне в стражи навесили.
Бармен от меня не отходил.
– Поплотнее перекусить не желаете, Егор Николаевич?
Я посмотрел на него. В сердоболие и участие Сережи не верилось. Раньше, когда я задумывался,
Провинциальная парочка допила коктейли и поглядывала на бармена, ожидая продолжения разговора, но Сережа делал вид, что занят обслуживанием клиента. Или не делал, а на самом деле обслуживал, а у меня снова разыгралась паранойя.
– А что можешь предложить?
– Оленину по-охотничьи, – доверительно сообщил он. – Весьма рекомендую. Редкое по нынешним временам блюдо.
«По нынешним временам» задело во мне хронера, и я насторожился. Неужели опять начинается?
– Да?
Я сделал вид, что удивился.
– Сейчас не Средние века, когда благородные олени бродили по лесам Европы и на них устраивали охоту.
– Так это оленина из девятнадцатого века? – индифферентным тоном бросил я пробный шар.
И не попал.
– Окаменелостями не торгуем, – широко улыбнулся бармен, и я поверил в его искренность. Не имел он представления о путешествиях во времени, просто фраза пришлась к месту. – Это мясо не благородного оленя, а северного. Поставка с Чукотки.
– С Чукотки? Олигарх чудит… Тогда и цена на него безбожная.
– Для них безбожная, – кивнул в сторону провинциалов бармен. – А для вас вполне приемлемая.
Он поставил на стойку закрытый одноразовый судок с ценником. При виде цены брови у меня взлетели, но отказываться я не стал. В конце концов, в пиллиджеры пошел именно для того, чтобы хорошо жить и вкусно есть. Первое у меня отобрали, и что осталось?
– Ладно, попробую…
– Не разочаруетесь, – пообещал Сережа. – Ещё чего-нибудь?
Я хотел поблагодарить и отказаться, но вспомнил о лежащем в кармане бриллианте.
– Да… – неуверенно протянул я, – но вопрос не по теме…
– Спрашивайте.
– У тебя нет знакомого ювелира? Хорошего?
– Зачем вам? – удивился Сережа.
– Не грабить, конечно, – фыркнул я. – Хочу дамский перстенек заказать. С бриллиантом. Бриллиант мой. Не хочется попасть на жулика или дилетанта.
Сережа понимающе покивал, достал из-под стойки визитную карточку и протянул мне.
– Держите, это один из моих клиентов, – сказал он. – Сделает не хуже Фаберже. Когда с ним свяжетесь, сошлитесь на меня. Не откажет.
Я глянул на карточку, и брови у меня взлетели.
Золотых дел мастер
художник
Анатолий Греков
– Оп-па! Надо же, кто у тебя в клиентах ходит! – восхищенно покачал я головой. Имя ювелира Грекова гремело по всей Европе.
– Да вот так уж… – развел руками Сережа, расплываясь в довольной улыбке.
– Слушай, а у тебя случайно визитки Президента нет?
Сережа рассмеялся.
– Президента какой компании? – лукаво переспросил он.