Мариза
Шрифт:
Щелк.
Мы вдвоем, в номере отеля. Кружимся в танце под "Marry me" train. В глазах Рэя я вижу свое отражение. Мелодия заканчивается и мы останавливаемся. Он заходит ко мне за спину. Легкими движениями, растягивая каждое мгновение, тянет молнию на спинке платья вниз, вытаскивает мои руки из кружевной обертки рукавов. Целует шею, плечи, спину, расстегивает бюстгальтер, подсовывает руки под его чашечки, обхватывая грудь, лаская ее, тонкие бретельки падают к локтям, я сбрасываю его одним движением плеч. Рэй становится передо мной, любуясь. Верх платья уже упал, до пояса я обнажена. Не разрывая взгляда, он раздевается сам. Совершенный, как греческий бог, стоит и ждет
**
Сентябрь, Люксембург
I'm tired of being what you want me to be
Feeling so faithless lost under the surface
Don't know what you're expecting of me
Put under the pressure of walking in your shoes
(Caught in the undertow just caught in the undertow)
(Linkin Park – Numb )
Мы прилетели в пятницу. Нас встретили, отвезли в роскошные апартаменты и два дня мы были туристами, изучающими новое место. Нашли продуктовые магазины, проложили маршруты, обжили огромную кровать. Все казалось радужным и в понедельник утром Рэй ушел на работу.
Я позавтракала, умылась, оделась, выпила кофе на собственной террасе, посмотрела на часы. Было 10 утра и делать было совершенно нечего.
Я решила прогуляться. Я не говорила ни по-французски, ни по-немецки. Рэй меня убеждал, что это неважно, что это цивилизованная страна,в которой все понимают английский, но сам при этом свободно общался на французском.
Еле выдавив "мерси" лифтеру-так страшно мне было сказать это простое слово неверно -я выскочила на улицу. На часах было 11.15.
Куда идти- я не представляла. Я не озаботилась ничего изучить ни про город, ни про его достопримечательности и сейчас просто бесцельно брела по улицам. Мне все не нравилось. Я никогда раньше не находилась в одиночестве: сначала я жила с родителями, потом в общажке, которая никогда не пустовала, а сейчас вот с Рэем. Ради интереса я попыталась вспомнить, был ли в моей жизни день, чтобы я заснула, зная,что в соседней комнате никого нет и не нашла такой.
Будем честны. Я оказалась совершенно не приспособленной для самостоятельной жизни. Этот день служит наглядной иллюстрацией последующих месяцев моей жизни, но в тот самый момент я еще не понимала этого. Я тянула время изо всех сил: тщательно разглядывала серые здания, пытаясь найти в них очарование, бесконечно останавливалась выпить кофе, поглядывая на часы, мой рекорд – большой капуччино за 40 минут, заходила в магазины, бесцельно обредала их под настороженными взглядами консультантов и направлялась дальше. Меня не интересовали одежда, сумки, обувь, белье, предметы интерьера, сада, драгоценности. Только в магазине канцтоваров я действительно смогла забыть о времени. Продавщица была такой располагающей и увлеченной своим делом, так хорошо говорила на английском, что я разговорилась и рассказала о том, что я иллюстратор. Я провела волшебный час и в итоге выбрала себе изумительный толстенький Paperblanks Chloe для набросков новой жизни, пачку плотной бумаги, купила действительно крутой набор угольных и цветных карандашей и открытки абсолютно всем: родителям своим и Рэя, Джею, Монике, Марианне и Кайли. Милая девушка подсказала
По дороге домой я зашла в магазин и купила продукты для ужина. Дома приняла душ, прихорошилась, накрыла на стол и уже без 15 пять стала ждать Рэя, поминутно поглядывая на часы.
Рэй опоздал на час. Пришел довольный, обнял меня, поцеловал. От него слабо пахло пивом.
–Прости, малышка, я задержался. Зашли с коллегами после первого рабочего дня выпить за знакомство. Ты не скучала тут? Хорошо провела время?
Я столько хотела ему сказать. Мне плохо и одиноко, мне не нравится город, мне не нравится квартира, слишком кричащая и модная, у меня явно серьезный языковой барьер, я путаюсь в деньгах, я хочу к друзьям, я хочу к маме, я хочу, чтобы ты приходил вовремя или предупреждал заранее, если нет.
Но я улыбнулась и ответила:
– Все нормально. Прогулялась по магазинам.
**
Ноябрь, Люксембург
Save me from me
Take me out to breathe
This time I'm ready,
Ready to escape
Round and round I'm turning around
I'm in a cage so help me to fly
(Kadebostany – Save me)
С того дня так и повелось. Рэй был на работе, я бесцельно проводила дни. Зарядили дожди. Я ужасно тосковала по райскому климату Калифорнии и никак не могла найти свою колею. Я пробовала рисовать- и не могла. Этот город, такой красивый и строгий, отталкивал меня. Он не нравился мне- я не нравилась ему. Вдохновения не было. Я брала карандаши, водила ими по бумаге, но изображения не оживали, а казались застывшими и скучными, такими же, как моя жизнь.
Первое время я часто звонила домой. Но с каждой неделей говорить о том, как мне весело, глядя в обеспокоенные лица родителей, становилось все труднее и я словила себя на том, что старательно нахожу поводы, чтобы не общаться с ними.
Единственной моей обязанностью было приготовление ужина и я поняла, что начинаю сходить с ума, в тот момент, когда у меня получилось идеальное безе. Я, всегда предпочитавшая всем пирогам и сложным блюдам, овощи и стейк, от потребности занять свой мозг и руки хоть чем-то, обзавелась батареей форм для выпечки, сковородками Mauviel 1830 и научилась печь хлеб на закваске.
Мне надо было сказать Рэю, но я так хотела быть ему поддержкой, не просто куклой, а женой-компаньоном, он так радовался моим кулинарным успехом и не скупился на похвалу, что я день за днем не могла раскрыть рот и сказать: любимый. это место меня убивает. Он любил меня, он бы понял меня, мы бы вместе что-нибудь придумали, но какое-то тупое упрямство словно дергало меня: ты не слабая, ты должна справиться сама. И я молчала.
Рэй же, напротив,адаптировался очень и очень хорошо. Он был действительно крутым специалистом, он был трудоголиком и при всем при этом он был обаятельным парнем, душой компании. После того первого раза он больше не задерживался, не предупредив и каждые выходные выводил меня на какую-нибудь вечеринку, из тех, что устраивали его коллеги. Беда была в том, что я-то всегда была тихоней, того типа, которые раскрываются только при близком общении. В больших компаниях я терялась, и совершенно стеснялась незнакомых людей. Так и получалось, что в основном я стояла возле Рэя в статусе красивой и молчаливой мебели.