Мария Стюарт, Шиллер Фридрих Иоганн Кристоф

Мария Стюарт

на обложку

Шиллер Фридрих Иоганн Кристоф

Шрифт:

Мортимер

И сам не знаю. Нежданное доверие, которым Меня почтила королева…

Лейстер

Рыцарь, Доверия вполне достойны вы?

Мортимер

Я вас спрошу об этом же, милорд.

Лейстер

Вы что-то тайно мне сказать хотели?

Мортимер

Да. Если я решусь открыться вам.

Лейстер

кто мне, сэр, поручится за вас? Не обижайтесь на мои сомненья. Судите сами: в двух вас вижу лицах Здесь, при дворе. Одно из них, конечно, Личина. Так которая из двух?

Мортимер

И вы, милорд, сдается мне, двулики.

Лейстер

Кто ж первый эти страхи пересилит?

Мортимер

Кому опасность меньшая грозит.

Лейстер

Так, значит, вы!

Мортимер

Нет, вы! Единым словом Меня повергнуть может грозный лорд, Всесильный при дворе. А я не властен Его величью нанести ущерб.

Лейстер

Вы в заблужденье. В чем ином я здесь, Быть может, и всесилен, но не в деле, В котором я довериться вам должен. Тут я слабей всех прочих при дворе, Всех уязвимей для людских изветов.

Мортимер

Когда всевластный Лейстер до меня Нисходит и подобное признанье Мне делает, я вправе позабыть, Что я ему неровня, и пример Великодушья показать вельможе.

Лейстер

Итак, откройтесь — я вас не предам.

Мортимер

(поспешно доставая письмо)

Посланье от шотландской королевы.

Лейстер

(в испуге содрогается, но тут же берет письмо)

Сэр, тише!.. Что такое? А! Ее Портрет!..

(Целует портрет и с восторгом смотрит на него.)

Мортимер

Милорд! Я верю вам теперь.

Лейстер

Вы знаете, о чем она здесь пишет?

Мортимер

Не знаю, ваше лордство.

Лейстер

Но она Открыла вам…

Мортимер

Нет, лишь сказала мне, Что вы раскроете загадку эту. Загадка ж в том, конечно, что лорд Лейстер, Друг королевы и Марии недруг Отъявленный, один из грозных судей, И есть тот самый муж, в котором видит Спасителя от бедствий леди Стюарт. Но верю вам: ваш взор не мог ясней Поведать мне о ваших чувствах к ней.

Лейстер

Скажите, сэр: зачем в ее судьбе Вы приняли столь пылкое участье И как вошли в доверье к ней?

Мортимер

Милорд, Я

в двух словах на ваш вопрос отвечу: Отрекся в Риме я от ложной веры И с Гизами в союзе состою. Письму из Реймса я обязан был Доверием шотландской королевы.

Лейстер

О вашем обращении я слышал; Отсюда и мое доверье к вам. Простите же мои сомненья! Впрочем, Лишь береженых небо бережет. Ведь Вальсингем и Берли — оба жаждут Меня толкнуть в расставленные сети. А вдруг вы их орудье, их надежд Осуществитель тайный?

Мортимер

О, как мелко О людях судит предпочтенный лорд! Граф, мне вас жаль!

Лейстер

С каким восторгом брошусь Я наконец на дружескую грудь, Откинув ненавистное притворство! Вас удивляет, сэр, что сердцем я В столь краткий срок к Марии изменился? Вражды я к ней не знал. Лишь ход событий Меня привел во стан ее врагов. Вы слышали, конечно: до Дарнлея Меня хотели с нею обвенчать, В ту пору озаренною величьем. Я холодно тогда ее отверг. [26] Теперь же я с опасностью для жизни Ее ищу в узилище, в оковах.

Я холодно ее тогда отверг. — В действительности Мария отвергла предложение Лейстера, считая этот брак не соответствующим ее достоинству.

Мортимер

Да, вы великодушны.

Лейстер

Ход событий Меня привел к оставленным мечтам. Тогда меня тщеславье отвратило От красоты и юности, тогда Шотландский трон казался мне ничтожным. Мечтал я обладать Елизаветой…

Мортимер

Позвольте, граф, она же вас из всех И отличила…

Лейстер

Так казалось, сэр. Прошли года в искательстве упорном, В притворстве ненавистном… Рыцарь, нет! Я должен сбросить тяжкий гнет молчанья! Счастливым я считаюсь?.. Если б знали Завистники, что значат эти цепи! Я десять долгих лет ее тщеславью Пожертвовал, [27] горчайших десять лет! Покорствовал султанше своевольной, Как жалкий раб сераля! Был игрушкой В ее неверных, взбалмошных руках — Сейчас ободрен нежностью ее, А через миг презрительно отвергнут, То ласками, то холодом томим, Как жалкий пленник Аргусом стооким Ее ревнивой страсти охраняем, Дознаньями унижен, как мальчишка, Обруган, как лакей! Сэр, нет названья Такому аду!..

Я десять долгих лет ее тщеславью // Пожертвовал… — Связь Лейстера и Елизаветы продолжалась около тридцати лет.