Мария Федоровна

Вхождение датской принцессы Дагмар в Российский Императорский дом началось с драмы — скоропостижно скончался ее жених (1865) — старший сын Александра II, великий князь Николай Александрович. Ей выпало стать свидетельницей крушения этого Дома и гибели его главы — ее сына Николая II и всей его семьи. Убит большевиками был и ее младший сын Михаил. Ранее умерли два других ее сына: Александр (1870) и Георгий (1899). Тесть — Александр II — скончался на ее глазах в Зимнем дворце в результате покушения террористов (1881), один из братьев мужа — Сергей Александрович также стал жертвой террористов (1905). В 1913 году был убит и родной брат Марии Федоровны — принц Вильгельм, греческий король Георг I.

Россия, русская общественность с большой симпатией приняли датскую принцессу. «Ее (Дагмар. — Ю. К.)давно ждал, чаял и знал народ, потому что ей предшествовала поэтическая легенда, соединенная с памятью усопшего цесаревича, и день ее въезда был точно поэма, перепетая и воспетая всем народом», — писал член Государственного совета, обер-прокурор Святейшего синода К. П. Победоносцев.

Проходили годы. Из юной принцессы небольшого европейского государства Дагмар превратилась в российскую императрицу Марию Федоровну, пользовавшуюся большим уважением и любовью своих подданных.

Поэты Ф. И. Тютчев, А. Н. Майков, К. К. Романов посвящали ей свои стихи, композитор П. И. Чайковский — двенадцать своих лучших романсов. В 1898 году композитор М. А. Балакирев создал гимн в честь вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Ее портреты писали лучшие русские художники: И. Н. Крамской, В. Е. и К. Е. Маковские, А. П. Соколов, Н. Е. Сверчков, И. С. Галкин, В. А. Бодров, Н. С. Самокиш и другие. В ее честь были названы пик на Памире (ныне пик Энгельса) и город Новомариинск (ныне Анадырь на Чукотке).

Брак Марии Федоровны и Александра III был на редкость удачным и счастливым. Мария Федоровна родила шестерых детей: Николая (1868), Александра (1869, умер в младенчестве), Георгия (1871, умер в 1899-м), Ксению (1875), Михаила (1878), Ольгу (1882). Она сопутствовала мужу не только на балах и раутах, выездах в театр и на концерты, в поездках по святым местам, на охоте, но и на военных парадах. Сохранились воспоминания современников, рассказывающих о первом в России испытании подводной лодки инженера Джевицкого на Серебряном озере в Гатчине, на котором присутствовала августейшая чета.

Образцовая семейная жизнь императора и императрицы высоко оценивалась современниками. Иван Сергеевич Тургенев, познакомившийся с ними в Париже в 1879 году, писал: «…они образовали супружество примерное и удивительное по согласию и постоянству привязанности».

Накануне отъезда

из Дании в Россию юная принцесса написала императору Александру II: «Я прошу Господа, чтобы он всегда был рядом при исполнении моих обязанностей моей новой Родины, которую я уже нежно люблю». С годами жизни в России Мария Федоровна все более усваивала русский дух, привычки и обычаи страны и все более становилась человеком православного мироощущения.

Высокое религиозное чувство, которым Дагмар прониклась на русской земле, стало неотъемлемой сущностью ее натуры, а Россия стала ее второй родиной. «Можно более чем гордиться от сознания, что принадлежишь к такому великому и прекрасному народу», — напишет она много лет спустя в письме сыну Георгию. Она стала русской императрицей не только по титулу, но и душой.

Всю свою жизнь она жила по законам веры в Бога, в Божественный Промысел. «Это все Божья милость, что будущее сокрыто от нас и мы не знаем заранее о будущих ужасных несчастьях и испытаниях; тогда бы мы не смогли бы наслаждаться настоящим и жизнь была бы лишь длительной пыткой», — писала она накануне своего сорокалетия.

С первых дней пребывания в России цесаревна Мария Федоровна интересовалась русской литературой, музыкой, изобразительным искусством. Оба августейших супруга были художественно одаренными людьми, и их любовь к прекрасному укрепила их брачный союз на долгие годы.

Тринадцатилетнее царствование Александра III и императрицы Марии Федоровны оказалось, по мнению современников, чрезвычайно значительным и благотворным периодом в развитии русской культуры. По словам Александра Бенуа, «оно подготовило тот расцвет русской культуры, который, начавшись еще при Александре III, продлился затем в течение всего царствования Николая II». Значительный вклад был сделан императорской четой в развитие музыкальной культуры. За 1881–1893 годы были поставлены восемь опер П. И. Чайковского, среди которых «Чародейка», «Евгений Онегин», «Пиковая дама», «Иоланта».

Поддержку императора и императрицы ощущали также художники и писатели. Ф. М. Достоевский каждое свое новое произведение посылал супружеской чете и находил в них благодарных читателей, И. С. Тургенев отмечал в одном из писем: «Я гораздо лучшего мнения о наших правителях и об их уме и чувстве справедливости».

Взяв за образец датский музей исторических ценностей Росенборг, Александр III создал в России Исторический музей, на открытии которого в мае 1883 года присутствовал вместе с Марией Федоровной.

Чистота, благородство, простота были главными чертами императрицы. Эти качества она передала и своим детям. Витте писал, что он никогда не встречал человека более воспитанного, чем Николай II. Военный министр А. Н. Куропаткин отмечал, что младшая дочь императрицы, великая княгиня Ольга Александровна, была необыкновенно добрым и отзывчивым человеком и много сделала хорошего, будучи сестрой милосердия в годы Первой мировой войны. Полковник Б. В. Никитин, руководивший в марте — июне российской контрразведкой и находившийся вместе с великим князем Михаилом Александровичем в рядах Дикой дивизии, говорил, что Михаил Александрович был «добрым гением для тех, кто просил о помощи». Александр Бенуа даже ставил в упрек Марии Федоровне и Александру III то воспитание, которое они дали детям и особенно наследнику, так как «слишком настойчиво учили их быть прежде всего людьми и слишком мало подготовили их к их трудной, сверхчеловеческой роли».