Манускрипт
Шрифт:
– Взгляни, а эта трава растет здесь повсюду! Как интересно, я никогда такую не видела. Надо нарвать впрок, – заметила Алида, внимательнее оглядевшись по сторонам.
– Точно, как же я раньше не мог догадаться! – Рич хлопнул себя ладонью по лбу. – Нам нужно в Библиотеку. – Он потер ушибленные бока и сел на земле.
– Не очень-то подходящее время для чтения, – отозвалась Алида из цветочных зарослей.
– Ты не поняла. Там мы найдем ответы на все вопросы. Узнаем, что за страницы оставили нам учителя. Узнаем, что это за язык, и, может, даже оставим заявку на перевод рун.
– Но бабушка
– Главе Магистрата. Ты что, совсем ничего не знаешь? – презрительно сморщился Рич.
– А что я, по-твоему, должна знать? Я травница, и городские дела меня не волнуют, – насупилась Алида. – Вставай, пойдем дальше. Голова кружится?
– Нет, совсем не кружится… – немного задумавшись, ответил Ричмольд. – Ладно, признаюсь, та лисица действительно кое-что смыслит в травах.
Алида покрутила головой по сторонам, пытаясь понять, откуда они пришли и куда нужно двигаться. Должно быть, дело уже шло к вечеру, потому что с каждой минутой лес становился все темнее и неприветливее, а в воздухе веяло сыростью и прохладой. Удивительно, как незаметно прошел целый день пути, насыщенный странными событиями, от которых голова немного шла кругом.
Она уже испугалась, что им придется ночевать прямо на земле, в лесу, соорудив неуклюжие шалаши из веток, как вдруг увидела между деревьев широкую дорогу, освещенную оранжевыми отблесками, будто где-то впереди горел костер.
– Рич, смотри! Там дорога! Как мы могли ее не заметить? – едва сдерживая ликование, закричала она.
Ричмольд подслеповато сощурился, вглядываясь в полумрак, и неуверенно произнес:
– Надо же. Действительно, дорога. Ладно, давай посмотрим, все равно идти больше некуда.
Неприятным холодом потянуло со стороны дороги, будто из подвала. Алида поежилась и порадовалась, что захватила из дома накидку. Ричмольд, видимо, тоже озяб и принялся шмыгать покрасневшим носом, но Алида ничем не могла ему помочь.
Огненные всполохи становились все ярче, и путники наконец увидели впереди костер. Потянуло дымом и восхитительным ароматом жареного мяса.
На бревне у костра сидел мужчина, закутавшись в длинный черный плащ. Услышав шаги, он обернулся и, чуть сощурившись, посмотрел на приятелей. Алиду будто пронзило взглядом его искристых бездонных глаз, и она вздрогнула.
– Присаживайтесь, молодые люди, – произнес незнакомец и указал на бревно. – Странное у вас, однако, место для свидания.
Его голос был глубоким и хриплым, теплым и пугающим одновременно.
– Мы идем в город, – объяснила Алида. Присмотревшись к мужчине, она немного расслабилась: у этого, по крайней мере, не было ни рогов, ни крыльев. Умопомрачительный аромат дичи плыл над дорогой, и Алида не сводила глаз с трех аппетитных куропаток, которые жарились на вертеле.
– Какое совпадение, – отозвался незнакомец. – Я тоже держу путь в город. Не откажитесь разделить со мной мой скромный ужин. – Он услужливо указал на румяных птиц, и Алида услышала, как Ричмольд сглотнул слюну.
– Да, пожалуй… – немного поколебавшись, согласилась она. – Вы очень добры.
Мурмяуз был полностью солидарен с хозяйкой и принялся тереться о ноги мужчины, выпрашивая кусочек куропатки. Алида
Мужчина раздал по птице Алиде и Ричмольду, и друзья принялись с наслаждением поглощать горячее угощение. Алида изо всех сил старалась не думать о том, что когда-то ужин был свободной лесной птицей: настолько сильно она захотела есть. «Целый день голодания точно не поспособствует поискам бабушки», – уговаривала она свою совесть.
Здесь, у дороги, деревья росли не так плотно, и над головой виднелось небо красивого густо-фиалкового цвета. «Должно быть, город уже близко, и мы сможем устроиться на ночлег на постоялом дворе до восхода луны, – думала Алида, обсасывая куропаточьи косточки и отдавая хрящики коту. – Надо будет спросить у господина в плаще, сколько еще идти».
Она украдкой разглядывала незнакомца и отметила, что ему, должно быть, около сорока лет. Нос его, возможно, был крупноват, но не сильно портил в общем-то благородное и мужественное лицо. Алида приметила, что одежда у путника дорогая, из черной кожи и бархата. На ногах у него красовались остроносые ботинки с искусной вышивкой серебряными нитями. «Наверное, городской богач», – подумалось ей. Почему-то от мужчины пахло можжевельником.
Удивительно, но после сытного ужина Алиде еще сильнее захотелось сушек с маком, и она вздохнула. Ричмольд теперь выглядел куда более довольным и даже не ворчал.
– Не желаете ли сушек с маком? – вдруг произнес мужчина, и Алида едва не закричала от радости, когда увидела у него в руке связку превосходных сушек, как раз таких, какие она любила: с золотистыми, но не подгоревшими донышками и густо усыпанные крупными угольно-черными маковыми зернышками.
– А молодой человек, может, хочет глотнуть вина? – продолжил незнакомец, пока Алида, с выражением абсолютного счастья на лице, вгрызалась в вожделенное лакомство.
– Нет, спасибо, я не пью, – ответил Ричмольд.
– Жаль, в моих погребах собрана поистине великолепная коллекция. Если захотите, я проведу для вас небольшую экскурсию. Может, леди желает согреться спиртным?
– Ой, нет, спасибо, – пискнула Алида. Ей хватило того случая, когда она по ошибке глотнула бабушкиной спиртовой настойки от суставов, перепутав ее с лимонадом, и повторять этот опыт ей больше не хотелось.
– А до города мы скоро дойдем? – Она решила переменить тему.
– Скоро – понятие растяжимое, – отозвался путник. – Ну, скажу так, состариться по дороге ты не успеешь. Но мой дом недалеко, можете переночевать у меня.
Алида расстроилась. По рассказам лесорубов выходило, что Биунум совсем недалеко от деревни, а на практике – даже целого дня недостаточно, чтобы дойти туда. «Это все из-за того, что Ричмольд вечно бурчал, а потом еще и решил отдохнуть, свалившись с дерева, – заключила она. – Вдвоем с Мурмяузом мы бы уже дошли».
– Если вы тоже держите путь в город, то зачем вам возвращаться домой? – нахмурился Ричмольд.
– Если бы я не встретил двух уставших, голодных путников, то и не подумал бы возвращаться. – Мужчина пожал плечами и улыбнулся. – Не бойтесь, вам у меня понравится. В моих подвалах есть не только вино, но и превосходнейший коньяк.