Ману
Шрифт:
Лорэл сидела на кушетке в свободной палате и дрожащими руками подносила к губам стакан с успокоительным. На всё помещение разнесся резкий запах нашатырного спирта, который в данных обстоятельствах был даже к лучшему. Любой мог упасть в обморок от того, что происходило. Вместе с ней в палате находились Мелисса и Картер, не умолкающий со своими вопросами.
Внезапно дверь распахнулась, и в помещение вошел Рей.
– Мистер Картер, я как адвокат мисс Кэссиди,
– заявил он, тряся перед его носом своей лицензией.
– Вы не имеете права допрашивать её в таком состоянии!
– Хитер лис, - съязвил Картер.
– Хочешь, чтобы твой босс первый всё выведал?
– Все допросы требую проводить только через меня и в рабочем порядке!
Мужчина поджал от злости губы и вышел из палаты, громко хлопнув дверью. Лорэл перевела свои воспаленные зареванные глаза на Рея и хрипло спросила:
– Ты адвокат?
– Я агент спецподразделения по расследованию аномальных и необъяснимых явлений, - четко ответил он, и в помещение вошли Хана и запыхавшийся Бенджамин Рассел. Из коридора в их сторону послышались возгласы негодования со стороны Картера и его людей, но агенты не обращали на них никакого внимания. Вопрос заключался не в конкуренции, а в деле, которому Рассел посвятил всю жизнь.
– Кто вы такие?
– нахмурившись, спросила Лорэл.
– Дорогая, - обратилась к ней Мелисса, - ты должна выслушать их. Потому что, боюсь, Ману рассказал тебе не всю правду о себе.
Лорэл допила противное содержимое стакана и тихо произнесла:
– Говорите.
И следующие два часа она слушала от Рассела всё, о чём две недели назад он поведал Мелиссе. Она смотрела те же фильмы с участием Ману, десятки старых фото, слушала рассказы о Мохини.
Вопросы о том, откуда Ману знал всё наперед, и почему у них так просто получилось скрываться от полиции и украсть перстень, наконец, получили ответ.
– Теперь Вы понимаете, почему мы охраняем Вашу дочь целой ротой?
– последнее, что произнес Рассел после своего жуткого рассказа.
– Субъект познакомился с Вами не случайно. Ему нужна Ваша девочка. Он придёт за ней, и мы возьмем его!
– Не случайно, - по слогам прошептала Лорэл, продолжая смотреть на кучу фото.
– Познакомился не случайно... Не случайно...
То, что испытывала на тот момент Лорэл невозможно передать словами ни на одном языке мира. Ощущение полной беспомощности и внутреннего опустошения охватили её разум. Она словно потеряла сознание, при этом находясь в нем. Мысли рассеялись без какой-либо надежды собраться воедино. Страх, паника, шок смешались, образовав некую пропасть.
– Мелисса сказала, что зуд начал мучить Меган сразу после знакомства с субъектом, - проговорила Хана.
– Да, я думала, что у неё раздражение от новой цепочки, - проговорила Лорэл, по-прежнему не отводя взгляда от снимков.
– А вчера ночью что-то дало резкий толчок, - добавила Хана.
–
– Что произошло вчера ночью?
– спросила Мелисса.
Девушка остановилась и посмотрела на озадаченных этим вопросом агентов. Ей и без того было не по себе, хотелось сквозь землю провалиться от услышанного, смыть с себя все прикосновения того, кто называет себя Ману, и забыть его как кошмарный сон. А тут они со своим любопытством!
– Я не знаю, - солгала она, снова почувствовав, как ноги становятся ватными.
Она пошатнулась, но Рей успел подхватить её и вернуть на кушетку. Осознание того, что она переспала с кем-то, выдающим себя за человека, сотрясало всю её сущность.
– Мисс Кэссиди, знаю, жестоко просить Вас об этом, - проговорил Рассел.
– Но Вы должны помочь нам изловить субъект.
– Субъект, - тихо проговорила она.
– Субъект, - потом перевела взгляд на Мелиссу.
– А вот и суперзлодей для сногсшибательной статьи, - напомнила она, ссылаясь на их недавний разговор в кафе.
– Который прибыл сюда по мистическому стечению обстоятельств, - уже под нос бурчала она.
Её растерянный взгляд, лихорадочные повторения отдельных слов и тон голоса были, как у безумной. Лорэл никак не могла отойти от потрясения.
Ману прогнал Мохини, после чего упившись до нужной кондиции, приступил к выплеску накопившейся ярости и негодования, уничтожая то, что какое-то время назад можно было назвать Ягуаром. Выбив своими "железными" кулаками стекла, раскурочив капот, перемяв двери и буквально разорвав резину на колесах, он опустился на землю, прижавшись спиной к этому огромному куску скомканного металла, и продолжил осушать очередную бутылку.
В тот момент он ненавидел всё: свою жизнь; то, что натворил в 1655-м; богов; Мохини; послов; это злосчастное золото! Единственный лучик света во всей этой тьме в образе Лорэл медленно угасал, унося с собой тепло, которым все эти дни согревалось его сердце. Ману миллион раз позавидовал смертным людям. Не обладай он бессмертием, вздернулся бы на первом попавшемся дереве. Но через недолгое время его тело вновь восстановится, и это будет бесконечно. Сколько бы раз он не умирал, он будет возвращаться. И страшнее этой участи Ману просто не представлял.
По его щекам текли слезы. Но это был не страх. Скорее отчаяние от безысходности, невозможности что-то изменить.
Он достал из кармана перстень и стал задумчиво перебирать его пальцами. Образ капитана английской армии вновь всплыл в старой памяти.
"Если бы он тогда отказался!" - подумал Ману, вытерев слезы, и посмотрел на затухающие звезды.
Наступал рассвет. Первое утро из трех оставшихся. Ману тяжело вздохнул и закрыл глаза. Ему больше не хотелось бежать, говорить, даже двигаться. Он просто хотел, чтобы всё это когда-нибудь закончилось. Но Ману понимал, что это только начало настоящей душевной боли, которую некому будет снимать!