Чтение онлайн

19 июня 1919 года Маннергейм без ведома кабинета министров составил с генералом Юденичем проект военно-политического договора, в котором признавались независимость Финляндии, а также право населения Восточной Карелии и Олонца на самоопределение. Руководство по захвату Петрограда возлагалось на Маннергейма.

Финское правительство этот договор не поддержало. Его отвергли Колчак и Антанта.

Несмотря на эту неудачу, Густав Маннергейм до конца своих дней был твердо уверен, что рано или поздно обновленная Россия возродится, и оказался, как всегда, прав.

Тем временем генерал Евгений Карлович Миллер, генерал-губернатор и главком войсками Северной области, направляет в Гельсингфорс генерал-майора

Марушевского с просьбой о помощи. Маннергейм заключает с ним соглашение о взятии Петрограда в обмен на выполнение следующих требований: независимость, порт в Печенегской губе, самоопределение некоторых карельских волостей. Однако и это соглашение не поддержали финское правительство и Антанта. Колчак назвал его «просто фантастическим». Английский консул в Гельсингфорсе сказал, что Маннергейм является «бессознательным орудием финских егерей и Германии». Он рекомендовал Антанте поддерживать не Маннергейма, а кабинет Рудольфа Холсти. Адмирал Колчак, зная о переброске значительного контингента советских войск на защиту «колыбели революции», вдруг одумался и начал бомбардировать Маннергейма срочными телеграммами, призывая к походу на Петроград, замалчивая, однако, требования Финляндии. Генералы Юденич и Миллер пытались урезонить Колчака, но тщетно.

Регент Маннергейм только через три недели любезно ответил отказом на все срочные предложения адмирала.

В начале июля 1919 года начинается подготовка к выборам президента Финляндии. Социал-демократическая фракция в сейме, враждебная регенту, не стала выставлять своего кандидата, чтобы не раскалывать противников Маннергейма. Позиции генерала серьезно пошатнулись.

7 и 10 июля 1919 года регента посетили представители активистов и егеря, заявив, что финская армия готова идти на Петроград, и предложили ему совершить государственный переворот. Маннергейм должен был распустить сейм, назначить новые выборы и сформировать интервенционистское правительство. Эти предложения заинтересовали регента, и он в понедельник 14 июля 1919 года собирает лидеров коалиционной партии и излагает им свой план освободительной войны, которая должна «закончиться за Петербургом». Несколько дней лидеры коалиционной партии обсуждали предложение Маннергейма и 17 июля заявили, что «в партии единства нет». «Ну, тогда я иду утверждать форму правления страной», — заявил генерал и в тот же день ее утвердил. Русские контрреволюционеры возлагали большие надежды на государственный переворот в Финляндии, но он не состоялся. Генерал Юденич в письме к Маннергейму отказался от независимой операции финнов против Петрограда, и регент с ним согласился. Маннергейм считал, что надо умело спровоцировать нападение большевиков на Финляндию, приурочив это ко дню выборов президента. Однако Ленин его опередил, заявив 20 июля американскому журналисту, что советское правительство готово заключить мир с Колчаком, Деникиным и Маннергеймом при условии, чтобы это был мир на деле. 22 июля 1919 года министр иностранных дел Финляндии Рудольф Холсти заявляет представителям союзников, что похода на Петроград не будет.

На пост президента Финляндии было выдвинуто два кандидата — регент Густав Маннергейм и президент высшего административного суда Каарло Юхо Стольберг. Маннергейма выдвинули коалиционная и шведская партии, а Стольберга — Прогрессивная партия и Аграрный союз (центристы и левые). Социал-демократы заключили с Аграрным союзом соглашение о поддержке Стольберга.

В пятницу 25 июля 1919 года прошли бурные выборы, на которых в первом туре Стольберг получил 143 голоса, а Маннергейм только 50.

Член ЦК партии Народной свободы Иосиф Владимирович Гессен, бывший в это время в Гельсингфорсе, писал в своих воспоминаниях: «Маннергейм пользовался большой популярностью, вполне обеспечивающей ему избрание, но он был шведского

происхождения, и политические руководители, обуянные ударившим им в голову национализмом, противопоставили Маннергейму Стольберга… Финский журналист Карманнен, бывший финский корреспондент газеты „Речь“, признался: „Если бы я должен был голосовать, то при всем уважении к Стольбергу подал бы голос за Маннергейма. Как же иначе, если ему мы обязаны своим существованием. Ведь нет дома у нас, в котором не красовался бы на видном месте его портрет.

А все-таки президентом должен быть финн“».

Генерал от кавалерии барон Маннергейм, потерпев поражение на выборах и оставшись без государственного поста, 17 сентября 1919 года в качестве частного лица отправляется в Париж.

Положение у Маннергейма было сложное. Он снова был вытеснен из большой политики. Семья распалась еще в 1903 году. После разрыва жена с двумя дочерьми проживала в Париже. Старшая дочь Анастасия в 1915 году стала затворницей монастыря сестер-кармелиток в Англии, где пробыла почти 20 лет, правда, впоследствии отказалась от монастырской жизни. Младшая, Софья, не умела заботиться о себе, пьянствовала и вела нездоровый образ жизни, ютясь в одной из подвальных квартир Парижа, загаженной сворой собак и кошек.

У Маннергейма были теплые отношения со своими братьями и сестрами. Старшая сестра Софья была не только душой близка Густаву, но и до дня ее смерти в 1928 году их объединяла общая работа в Союзе защиты детей и финском Красном Кресте. Вторая сестра, Ева, была его постоянным корреспондентом. Они оба были гурманами и знатоками поварского искусства. С самой младшей сводной сестрой Маргерит и ее мужем Микаэлем Грипенбергом Густав тоже был дружен.

Париж, куда приехал Маннергейм, стал на время центром мировой политики — здесь проходила мирная конференция, созванная странами — победительницами в Первой мировой войне.

В первый день пребывания генерала в городе ему позвонил бывший русский посол во Франции Александр Петрович Извольский и попросил приехать к нему. Маннергейм эту просьбу отклонил. Тогда Извольский неожиданно явился в гостиницу к генералу и предложил свои услуги в качестве представителя Финляндии на мирной конференции.

Маннергейм твердо отказал ему в этом, вспомнив его слова в день объявления Первой мировой войны: «Это самый счастливый день в моей жизни». Генерал не хотел таких новых «счастливых дней» для своей родины.

Встречами с премьер-министром Жоржем Клемансо и маршалом Фердинандом Фошем Маннергейм был разочарован. Надежды на поддержку Финляндии со стороны Франции пропали. Ситуация выглядела крайне мрачной.

В понедельник 3 ноября 1919 года генерал из Парижа отправляет открытое письмо президенту Финляндии Стольбергу. В нем он писал, что в компетентных кругах Парижа и Лондона не сомневаются, что гибель Советской власти — вопрос времени. По мнению Европы, судьба Петрограда — в руках Финляндии и этот вопрос имеет мировое значение. Если Петроград будет взят без помощи Финляндии, возникнут непреодолимые трудности в урегулировании отношений с новой Россией…

Мир с большевиками дал бы обманчивую безопасность — они потом использовали бы свое превосходство в силах. Поэтому надо действовать быстро. Взоры всего мира направлены на Финляндию, и от ее решения будет зависеть, не обвинят ли современники и потомки финский народ в малодушном уклонении от действия, которого требовали и интересы человечества, и его собственного будущего…

В ответ на письмо Маннергейма от 5 ноября 1919 года финское правительство официально заявило, что армия Финляндии не будет наступать на Петроград, и 14 декабря 1919 года в Тарту подписало мирный договор с РСФСР.