Мамы

У подножия храм,

Освещённый зарей.

Память всем матерям,

Обелиск над землей.

Он молчит в тишине,

Говорит на ветру.

Выше что в вышине,

В радость или беду?

Одеялами роз,

Укрывает рассвет.

И по коже мороз…

Как несут они крест.

Не

гневят ту судьбу…

Сколько выпало им?

Только к Богу мольбу,

Радость к деткам своим.

День погожий опять,

Проскочил стороной.

Как им больно терять…

Не сгибаясь спиной…

Они могут молчать,

Губы сжав до крови.

И готовые ждать,

В своем счастье любви.

Им бы воздуха дать,

Надышавшись тогда…

И счастливая мать,

Той надежды звезда.

Бой часов уходящего лета,

На подмостках чего не сбылось.

И в душе не хватает нам света,

И живём иногда на авось.

Сколько зла нам бросают на плечи,

День за днём загоняя в тупик.

И горят поминальные свечи,

Поджигая задушенный крик.

На осколках раздавленных правил,

Мотыльками горят огоньки.

По понятиям жить кто заставил,

Выжимая тоску из доски?

Все гробами усеяно поле,

Что взойдет на погосте судьбы?

А на той стороне кто-то в доле,

И в цене повышает гробы.

Мир бесчестия, сжавший клыками,

И любовь, и надежду, и скорбь.

Скоро станем опять мужиками,

И вернём что тогда не сбылось.

Укрывшись одеялом слез,

Слова роняя понарошку.

Воспринимала ли всерьёз,

Ту что поставили подножку?

И говорила о своем,

Давно уже не актуальном.

И забывала, что живем,

Мы в мире… Нет не идеальном.

Основы спилены давно,

Остались на фасаде колья.

И нам выходит суждено,

Вкусить как грех средневековья.

Из истин ржавая мораль,

Слегка

покрытая коростой.

И сильно сжатая спираль,

С тупою стороной, и острой.

Идем по лезвии ножа,

Других совсем не замечая.

И пустословя, и дрожа,

О дне насущном вспоминая.

Мечты они давно ушли,

Мечтать нельзя на автомате.

И потеряли, и нашли,

И дело все только в зарплате.

Искусства тоненькая связь,

Оборвалась истлевшей нитью.

И налипающая грянь,

И те слова, – Давай подсыплю…

Тебя не могут не дразнить,

Но риск врачебный на панели.

Ты продолжаешь с этим жить,

Сама с собой ты на дуэли…

И пулю первую в себя,

Послать успей… Не обмануться.

И за себя потом скорбя,

Успей ты вовремя проснуться.

Навеял ветер тошноту,

Болота.

И мы несемся в пустоту,

И рвота…

Тех, кто не может устоять,

В окопе.

Так и придется погибать,

В болоте.

В том потоке стремлений чуть видимый след,

И волна за волной у той стенки причала.

Чьей ценою теперь одолеть парапет,

И в надежде своей на чужие лекала?

Потерявшись совсем в этом мире – в лесу,

Благородство свое променяем на гордость.

И зажав в кулаке напоследок слезу,

Мы по лицам размажем суровую подлость.

День вчерашний уже безвозвратен и пусть,

Нет свершений теперь – скоро будут свершенья.

Только в душах зачем поселяется грусть,

И сжимает сильней своей силой мгновенья?

Мечты навзрыд рыдали о былом,

О том, что есть их только раздражает.

Был дом, тогда наполненный теплом,

Отныне нищета искусно убивает.

Старею я, но суть ещё осталась,

Конец ознакомительного фрагмента.