Малышка, пойдем со мной...
Шрифт:
Джон-Джон подмигнул Верзиле, и он почувствовал неодолимое желание закричать. Может, он размягчился от старости? Если даже и так, Кьерона нельзя прощать.
Пиппи сидел, умирая от страха. Он видел, как все относятся к Джон-Джону. Старик МакКлеллан смотрит на него, как будто он — его родной сын, а не мелкая залетная пташка, которую можно раздавить при первом же подходящем случае. Как, например, его… Он чувствовал нутром, что в конце концов так и будет.
Пиппи быстро осушил свой бокал, готовый воспользоваться малейшей возможностью, чтобы податься в бега. Но
Глава двадцать шестая
Джеральд и Джеймс, глядя на отца, понимали, что затевается нечто крупное. Теперь они уже вышли из клуба, и Джон-Джон усиленно качал головой, как бы предупреждая не вмешиваться.
Оба думали об одном.
Как могло случиться: чужой человек больше знает о семейных делах, чем они сами?
Пиппи угрюмо молчал.
Затем Верзила Джон схватил Кьерона за горло.
— О, папа! — закричал Джеймс.
Старший МакКлеллан тяжело дышал. Обычно его гордость детьми переходила все границы. Если бы кто-нибудь сказал ему, что один из них — монстр…
Внутри него кипел гнев.
— Залезайте в машину, ребята, и отваливайте. Оставьте мне этого гада.
Джеральд осторожно положил руку на плечо отца.
— Поехали с нами, отец! Отпусти его домой, поговорим с ним завтра, хорошо?
Кьерон походил на сдувшийся мячик.
— Пусти, папа. Зачем нам лишние разговоры?
Джеральд уловил странные нотки в голосе младшего брата и повернулся, чтобы взглянуть на него.
— Что ты натворил Кьерон?
Верзила Джон ухмыльнулся.
— Ну, сынок, скажи ему, приказываю тебе сделать это. Однако у тебя кишка тонка, не правда ли?
Кьерон не поддался на уловку, и Верзила Джон знал, что никогда он не поддастся. У сына крепкие нервы. Но при этом он не отличается храбростью.
— О чем речь? Я что-то не понимаю?
Джеральд переводил взгляд с отца на брата. Его мощные плечи напоминали Кьерону о том, с кем он имеет дело. Обычно на помощь ему приходила мать, но на сей раз она ничего не знает.
Отец очень трепетно относится к матери, потому что слишком долго сидел в тюрьме. Ее слово для него закон. Она могла бы защитить младшего сына.
Кьерон понимал, что старик настроен крайне агрессивно, и в этой ситуации ничего хорошего ему не светит.
Верзила Джон обратился к Джеральду:
— Сажай Пиппи в машину и езжай за нами, понял? Скоро всё узнаешь.
Это было молниеносным решением — открыть правду старшим сыновьям. Когда Кьерон исчезнет, они вспомнят сегодняшнюю ночь и озадачатся. Возможно, они пожелают отомстить за его смерть, поэтому для всех будет лучше, если дети примут в этом участие с самого начала.
К тому же он не хотел, чтобы ответственность целиком ложилась на его плечи и плечи Джон-Джона. В конце концов, это — семейное дело. Кроме того, он хотел подстраховаться, чтобы не передумать в последний момент. Перед сыновьями он всегда проявлял твердость. С женой все обстояло по-другому. Как он скроет дело от бедной старушки — об этом он не
Кьерон, разумеется, сыграет на этом. Он всегда поступал так.
— Папа, а мама знает?
Он нагло посмотрел на отца.
— Полезай в машину, гад ты этакий.
— Подожди, папа. Что он натворил на сей раз? Я хочу разобраться в этом, — произнес Джеральд.
— Никто не разберется в этом, сынок. Ты это поймешь до наступления рассвета. Твой братец переступил грань, и, если все пойдет как задумано, он переступит ее еще раз — навсегда.
Джеральд не верил своим ушам.
— Успокойся, папа, да ты совсем рехнулся! Не пори горячку! Я лучше отвезу Кьерона домой, мама будет волноваться…
— Заткнись и езжай за мной на Ромфордскую сортировочную станцию. Там удобно — никого нет. И ни в коем случае не упускай Пиппи Лайта. Мне он нужен, понятно?
Он грубо втолкнул в автомобиль младшего сына. Тот понимал, что спорить с отцом бесполезно, особенно если он в таком состоянии.
— Что происходит, Джер?
Джеймс был также озабочен.
Джеральд пожал плечами.
— Хрен его знает. — Он взглянул на Пиппи и сказал: — Он просветит нас по дороге, если не хочет неприятностей.
Джоани и Бетани разговаривали до тех пор, пока ребенок не уснул. Странное дело происходит с детьми: что бы с ними ни случилось, они всегда могут спать. Она укутала девочку, после чего налила себе большой бокал виски и села на софу, стараясь разложить по полочкам все, что поведала ей Бетани.
Девочки сели в машину с Пиппи Лайтом. С ним был какой-то парень по имени Кьерон. Киру убедили ехать с ними. Бетани высадили в Илфорде, и с тех пор Киру никто не видел.
Не нужно было быть Шерлоком Холмсом, чтобы вычислить, что сделали с бедняжкой. В глубине души Джоани считала, что ее девочку убили. Она думала, что это — материнский инстинкт. Теперь она больше волновалась по поводу того, что предпримет Джон-Джон, когда узнает обо всем.
Джоани осушила бокал и почувствовала, как ей приятно обожгло желудок. Она опустилась на колени и открыла заветный шкаф. Она вынула все находившиеся там вещи и вновь осмотрела их, понимая, что они уже не порадуют ее так, как раньше. Никогда больше она не будет мечтать об уютном домике, который она приобретет в один прекрасный день, — с садом и качелями для Киры, с красивыми тарелками и зваными обедами с участием знаменитостей.
Никогда больше в ее дом не придет счастье.
На минуту перед ней возникло лицо Малыша Томми, но она быстро отогнала видение прочь. Вина, которую она чувствовала, была безмерной, но у нее не было ни времени, ни сил противостоять этому в данный момент.
Затем, пройдя на кухню, она достала черный пакет для мусора и начала набивать его своими сокровищами, как любил называть их Джон-Джон.
Кира обычно рассматривала их вместе с ней, девочке это было в радость. Она приходила в восторг от красивых вещиц. Вместе они планировали и обеды: обсуждали меню, блюдо за блюдом, вина — все, вплоть до узора салфеток и сервировки стола.