Чтение онлайн

Буквально следуя собственному же призыву, Макаров повесил плакат с этими словами над письменным столом своего кабинета. Немало находилось людей, иронически пожимавших плечами: дескать, чудит выскочка... А он назло пересудам даже запонки заказал с надписью «Помни войну». Да-с, запонки! Золотые запонки с большим дорогим камнем. И, появляясь на разного рода официальных приемах, Макаров порой демонстративно выставлял напоказ манжеты со своими оригинальными запонками. Вот, мол, вам, любуйтесь!

Однако суть дела, конечно, не в надписи и не в запонках. А в том, что всю свою жизнь он с колоссальной энергией и напористостью вопреки рутине, интригам, сплетням, зависти, лености, размахайству – вопреки всему готовил

русский флот к войне. И когда настал час, повел его в бой. И погиб в бою.

«Помни войну!» – эти слова сделались девизом всей деятельности Степана Осиповича Макарова.

«Помни войну!». Армия и флот должны быть готовы в любой момент выступить на защиту родины. А значит, и вся деятельность военных, вся их повседневная и будничная деятельность в мирное время должна быть строго и неуклонно подчинена этой цели. Сверху донизу. В большом и малом. Всегда и во всем.

«Рассуждения по вопросам морской тактики» Макаров писал долго, около полутора лет. По правде сказать, определение «долго» применительно к созданию книги без малого в триста страниц следует считать весьма относительным. Для всякого обычного автора написать работу такого объема в полтора года – срок скорее короткий. Напомним к тому же, что за это время Степан Осипович ни на один день не прерывал своей практической деятельности на флоте. В конце 1895 года он много плавал в тихоокеанских водах, продолжая там свои прежние гидрологические исследования, а в начале следующего года его вновь отзывают на Балтику. Здесь Макаров опять вступает в командование Практической эскадрой, продолжает заниматься своим «колпачком», начинает эпопею с ледоколом «Ермак».

Более того! Быть может, поразительнее всего то, что в течение тех же 1896 и 1897 годов (то есть за период написания и издания «Морской тактики») им было опубликовано 11 печатных работ в различных изданиях. Одиннадцать! Это много даже для ученого, целиком посвятившего себя науке. Впрочем, как все разносторонне одаренные люди, Макаров обладал способностью работать чрезвычайно быстро. Ему не нужно было терять время на раскачку и тратить силы на преодоление собственной лености. В тепличных условиях он тоже не нуждался: Макаров мог работать в каюте, где стол качался вместе с палубой корабля, в неуютном номере гостиницы, в служебном кабинете в перерыве между приемом посетителей и очередным заседанием. При этом он не относился к числу тех авторов, что пишут без помарок и переделок, не перечитывая собственный текст. Напротив, рукописи Макарова, а также его письма, деловые и частные, нередко густо испещрены всякого рода поправками, добавлениями, вычеркнутыми строками.

И, наконец, еще одно немаловажное обстоятельство. Занимая в течение долгого времени весьма высокие посты и имея в своем непосредственном распоряжении целый штаб с большим числом квалифицированных специалистов, Степан Осипович никогда не пользовался трудом подчиненных ему лиц при написании своих сочинений. Все им созданное – а это почти сто печатных работ! – вышло непосредственно из-под его пера. Случай, прямо скажем, нечастый для людей его круга и положения.

Новая работа Макарова была опубликована в первых номерах «Морского сборника» за 1897 год. Труд этот – сплав практического опыта флотоводца и глубоких раздумий по теории военно-морского дела. При этом Макаров опирался на труды своих предшественников – русских ученых-моряков. Среди них следует прежде всего вспомнить имя адмирала Г. И. Бутакова, автора первой в России оригинальной работы по тактике парового флота. Появление книги Макарова вызвало множество откликов и дискуссий, порой весьма бурных. Слов нет, отнюдь не все положения его новой работы были бесспорны, некоторые просто ошибочны, иногда он высказывался слишком категорично, а порой задиристо – все так, однако при любом к ней отношении книга Макарова стала вехой в развитии

военно-морской теоретической мысли. И не только в России. «Рассуждения по вопросам морской тактики» были переведены на английский, итальянский, испанский, японский и турецкий языки – весьма редкая судьба для работы на такую узкоспециальную тему!

Причина этого широкого и шумного успеха состоит в том, что Макаров высказал множество самых разнообразных идей и сумел изложить их столь горячо и страстно, что никого не мог оставить равнодушным. Спокойное и размеренное течение – вот чему можно уподобить русскую военно-морскую теоретическую мысль до сей поры. Теперь же она сделалась кипящим водопадом. И что из того, что отдельные суждения и выводы Макарова оказались неправильными, а некоторые прогнозы – ошибочными. Даже его оппоненты вынуждены были продумывать или пересматривать многие свои взгляды – хотя бы для того, чтобы найти убедительные возражения.

На свете выходило и выходит великое множество книг, брошюр, статей. Сколько их – вполне благополучных, правильных и даже полезных, сколько их уходит из мира так же тихо и бесследно, как и появляется! И только некоторым выпадает честь привлечь к себе внимание. Очень важно, когда на работу откликнулись специалисты: это вернейший показатель того, что автор и сам незаурядный специалист. Но тогда, когда работа приобретает широкий общественный резонанс, значит, удалось достигнуть нечто большего, значит, удалось так или иначе откликнуться на какие-то животрепещущие национальные проблемы и интересы. И пусть тут же объявятся придирчивые критики и скептики с брюзгливой скорбью в глазах – дело человеческого развития все равно движут не те, кто избирает амплуа всегдашнего сварливого оппонента, а те, кому удается сказать новое слово в своем деле. И не новое слово ради самой новизны, а такое, которое служит Отечеству.

Книга Макарова сделалась неотъемлемой принадлежностью всех практиков и теоретиков флота, стала частью всей флотской жизни страны. «Морская тактика» долго оставалась единственным в России обобщающим трудом такого рода.

В конце прошлого столетия стремительное развитие военно-морской техники поставило перед моряками всего мира множество очень сложных проблем. Возникали они порой неожиданно, а заканчивались нередко трагически. Во флотах всех великих держав, и в том числе России, появились мощные, быстроходные броненосцы, вооруженные тяжелыми дальнобойными орудиями, укрытыми в стальных вращающихся башнях. Броненосцы имели двойное дно и множество водонепроницаемых переборок.

Казалось, никакие опасности не страшны этим огромным кораблям, казалось, они застрахованы от всех случайностей. Но...

Корабли еще строились на стапелях или размечались в эллингах, когда Макаров пророчески написал: «Эти грозные на вид железные скалы чувствительны даже к малейшему уколу... Теоретически современные корабли совершенно непотопляемы, так как они разделены на 100 и более независимых отделений. Практически же как только такой непотопляемый корабль получит пробоину, так сейчас же тонет самым постыдным образом». Это было написано в 1886 году. А вскоре случилось вот что.

10 июня 1893 года в Средиземном море у берегов Сирии происходили обычные маневры английской эскадры. Светило солнце, погода стояла тихая, ясная, суда шли на малом ходу. Казалось бы, просто неоткуда ждать несчастья. И вдруг флагманский корабль эскадры – новейший броненосец «Виктория» был случайно протаранен другим английским же броненосцем. Повреждение поначалу сочли не слишком серьезным, и ничто не препятствовало аварийным работам. Корабль накренился, но это ни у кого не вызвало особой тревоги. Однако через несколько минут громадный броненосец внезапно перевернулся и унес с собой в морскую пучину триста шестьдесят человек, то есть половину команды вместе с адмиралом – командующим эскадрой.