Чтение онлайн

– ПОМОГИТЕ!!! – повторил Кузнецов. Но люди внизу его не слышали. Кузнецов стал обходить крышу по периметру и наткнулся на кирпичную арку, перекинувшуюся на крышу соседнего дома. Арка была шириной в два кирпича, по ней, конечно, можно было перебраться на соседнюю крышу, как по тропинке. Можно, если бы Кузнецова преследовали два десятка разъяренных бандитов и у него не было другого пути. Преодолевать по этой арке метров двадцать на восьмиэтажной высоте Кузнецову не хотелось. Можно было дождаться, пока остынет лестница.

Женя вновь вспомнил,

что «солнце» находится не у него, и тяжело вздохнул. Все эти странствия не прибавляли лет к отпущенному ему жизненному сроку. В любой стране мира каждая находка давалась тяжело, будь то маленький амулет или вещь размером с сундук. Но он никогда не унывал, потому что вела его мысль о том, что совершенное им открытие сделает прорыв в человеческом существовании. Люди по-новому взглянут на мир и на себя. Его роль в данном случае была не важна. Главное – открытие.

Однако никто не понимал Кузнецова, даже такие люди, как Фишер или Баркер. Женя снова вспомнил о том, что он последний из трех живущих на Земле ученых, которые занимались этой проблемой.

– И всех их убил Мдраг, – произнес он. – И он сказал почему. Только я не понял.

Кузнецов вновь подошел к краю крыши, ведущему на проспект, и без особой надежды закричал:

– Помогите!

Однако на этот раз крик его был услышан. Из глубины отеля кто-то откликнулся. Мужской голос крикнул нечто вроде «Хей!».

– Хей! – обрадованно вторил Кузнецов.

– Помогите! – вдруг закричал женский голос. В этом возгласе Кузнецову послышались вопросительные интонации. Его изволили передразнивать? Или переспросили?

– Да-да, помогите! – подтвердил он. Секунд пять не было отклика, а затем из глубин последнего этажа отеля раздались испуганные мужские и женские возгласы. Крики становились все громче и разрозненней, превращаясь в гам.

– Пожар! – закричал кто-то, и в следующее мгновение Кузнецов был вынужден отскочить от края крыши, так как внезапно взметнувшееся пламя из окон восьмого этажа поднялось над ним. Кузнецов оглянулся. Над задним краем крыши также поднималось пламя. Дверь, ведущая на крышу, которую Женя два раза пытался открыть, вылетела под огненным напором. Языки пламени высовывались из дверного проема, словно из пасти. Только две стороны крыши оставались неохваченными огнем. Та, на которой находилась раскалившаяся металлическая лестница, и та, с которой на соседний дом вела кирпичная арка.

– Все-таки придется лезть по этой арке! – выдохнул Кузнецов. Он подбежал к этому краю и поглядел вниз. Что и говорить, восьмой этаж! Женя поднял ногу и был готов вступить на кирпичную тропинку, как поднявшееся снизу пламя заставило его отпрыгнуть назад. Путь к тропинке был прегражден. Крыша полыхала с трех сторон. Только сейчас гул улицы перекрыл рев сирены пожарных машин. Успеют ли они спасти его?

«Это Мдраг устроил пожар», – вдруг подумал Евгений. Он устроил пожар на восьмом этаже, чтобы выкурить Кузнецова с крыши.

– О боже!

Ему оставалось только дожидаться пожарных.

Языки пламени со всех сторон увеличивались. Казалось, что основания небоскребов, окружавших отель, горят в пламени, как будто город Нью-Йорк за все свои грехи попал на адскую кухню.

Четыре пожарные машины и две машины с длинными лестницами перекрыли движение по проспекту. Пожарные в черных форменных куртках с желтой полосой высыпали на тротуар, оценивающе глядя на пламя. Лестницы уже поднимались, пожарные шланги разворачивались Женя наблюдал за ними с незанятого огнем края крыши, того, где находилась раскалившаяся лестница.

– Эй! Я здесь! – изо всех сил закричал Кузнецов, но в суете его никто не слышал. Пожарные разворачивались по фасаду здания, где находились окна, из которых вырывалось пламя. Кузнецов же кричал со стороны переулка. Из-за пламени его было не видно, к тому же в темноте он сливался с крышей. Подвинься он ближе к фасаду – и пламя могло бы его осветить, но опалить тоже могло. Кузнецов в растерянности оглядывал крышу, и взгляд его вновь остановился на пожарном шланге. До лестницы его не хватило, но до этого края крыши длины будет достаточно.

Женя бросился расправлять шланг. Руки его не слушались, к тому же обожженная кисть сильно болела. Он расправил шланг и перекинул конец брандспойта через незанятый огнем край крыши, ближе к фасаду. Он подошел к пожарному трубопроводу и, открыв задвижку, бегом вернулся на край. Схватив брандспойт, Кузнецов направил струю воды на пожарных, стоящих внизу. Струя была мошной, и двое пожарных, попавших под нее, были опрокинуты на асфальт. Этот жест заставил их поднять головы. Кузнецов отбросил шланг в сторону и замахал руками. Кажется, его заметили. Пожарные смещались с проспекта в переулок и показывали на него пальцами.

– Снимите меня! – кричал Кузнецов. Один из пожарных показал на раскаленную лестницу, предлагая спуститься по ней.

– Они думают, что я тупой. Попробуй сам по ней заберись! – комментировал Кузнецов, глядя на до сих пор светящиеся от высокой температуры металлические ступени.

– Эй! – закричал пожарный, привлекая внимание Кузнецова.

Женя демонстративно вытянулся, показывая, что готов выслушать его. Пожарный, увидев, что привлек внимание, беспечно похлопал рукой по лестнице и неожиданно для себя с криком отдернул руку.

– Вот так! – поучительно произнес Кузнецов.

Пожарные внизу указывали на лестницу, словно на чудо света. Пламя над крышей дома поднялось еще выше. Теперь небоскребы были почти не видны.

Пожарные тащили шланг. Похоже, они собирались поливать лестницу водой.

– Ну, половину лестницы вы, допустим, остудите. Но до верха вам все равно не достать. Сколько пройдет времени, чтобы они это поняли! – возмущался Кузнецов.

Бесполезность своего предприятия пожарные поняли еще до того, как открыли воду. После минутных размышлений они наконец подогнали машину с раздвижной лестницей.