Чтение онлайн

– Элен, посмотри – есть ли фен в ванной комнате.

– Ты полагаешь, что тепла недостаточно? – спросил Раш.

– Уверен в этом.

Элен принесла фен. Кузнецов перевел режим работы фена на максимальный нагрев. Под сильной струей воздуха шар ожил. Волны исчезли с его поверхности, но Кузнецов был уверен, что шар «заработал». Места стыков тектонических плит едва заметно двигались. В некоторых местах раскрылись трещины.

– Модель заработала, – произнес Евгений.

Элен удивленно следила за превращениями шара.

Посредине одной из обширных тектонических плит возникла крошечная точка. Кузнецов внимательно следил за проис­ходящим. Точка увеличилась, образовав трещину. Трещина побежала по поверхности плиты. Внезапно середина трещины раскрылась, ее края опустились вниз. Все это казалось крохотным на маленьком шаре. Элен подумала, что на поверхности Земли эта трещина окажется очень большой. Просто гигантской.

Дыра на поверхности получилась в форме вытянутого треугольника. На некоторое время шар замер, и Элен поначалу подумала, что потребуется снова нагреть его. Но движения возобновились. Теперь стало понятно. Шар акцентировал внимание зрителей на этом вытянутом треугольнике.

После этого шар замер насовсем.

– Что это за материк? – спросила она.

– Это тихоокеанская плита, – ответил Кузнецов.

– Слава богу! – вздохнула Элен. – Там нет стран и го­родов. Никто из людей не пострадает.

Она перевела взгляд на Кузнецова и увидела в его глазах тревогу. Евгений застыл, глядя на шар. Рядом Раш схватился за спинку кресла, пытаясь устоять на ногах.

– Вы не правы, Элен, – с трудом произнес Раш. – В этом месте живет много людей.

9. 05 по московскому времени, 20 июля (11.35 по времени Дели), Общий институт физики Земли им. О. Ю, Шмидта РАН, Москва

Высокий стройный человек с плащом, перекинутым через руку, щурясь, изучал доску объявлений.

– Вам кого нужно? – окликнула незнакомца Дарья Семенова.

От неожиданности человек даже подпрыгнул. Семенова

в душе была рада, что сумела напугать незнакомца. Он повернулся к ней лицом.

– Меня зовут Брайн Лидс, – ответил незнакомец на ломаном русском. – Я из Лос-Анджелесского института геофизики. Мне нужен доктор Кузнецов.

– Он в психушке, – ответила Семенова без тени смущения.

– Простите, я плохо понял.

– В пси-хи-ат-ри-че-ской ле-че-бни-це! – по слогам пояснила Семенова.

– Боже, что случилось?

– Его исследования закрыли. Оказалось, что место прогнозирования землетрясений он занимался поисками зеленых человечков; только в магме Земли. Один банкир сказал, что больше не даст ему ни копейки. В ответ Кузнецов пытался задушить банкира.

– Я не верю в это, – растерянно произнес иностранец. – Кузнецов отличный ученый. Он мой друг.

– Верим мы или нет, события происходят независимо от нас, – неожиданно философски ответила Семенова. – А Кузнецов слишком

много читал фантастики и сдвинулся на этой почве.

– Где находится больница? – спросил иностранец.

– Спросите у Воздвиженского.

– А кто это?

– Заместитель директора института по научным вопросам.

– Спасибо.

Человек прошел по коридору, куда показала Семенова, остановился перед дверью и корректно постучал в нее.

– Здравствуйте. Разрешите? – произнес он с акцентом.

– Чем могу быть полезен? – спросил Воздвиженский.

– Меня зовут Брайн Лидс, – представился человек. – Я из Лос-Анжелесского института геофизики.

– Очень приятно, – произнес Воздвиженский, протягивая руку. – Я знаком с Джеймсом Вудрофом.

Брайн Лидс не подал руки Воздвиженскому. Замдиректора смущенно убрал руку за спину.

– Я слышал, что мой друг Евгений Кузнецов попал в больницу? – спросил Лидс.

– Евгений фальсифицировал результаты своих исследований и незаконно тратил средства, предназначенные для исследований, – ответил Воздвиженский, усаживаясь в кресло. – Когда его уличили в этом, он начал рассказывать безумные истории о кремниевой жизни внутри Земли.

– Разве это повод, чтобы поместить человека в психиатрическую больницу?

– Он пытался задушить представителя банка «Юнион Трейд». Вы не видели его в тот момент. Он действительно сошел с ума. Кричал, что ему нужны деньги, иначе произойдет страшное землетрясение. Потом он потерял сознание, и мы вызвали «скорую помощь». У нас и в мыслях не было поместить его в лечебницу, но доктора решили, что так будет лучше.

– Я могу узнать адрес лечебницы?

– Это не сложно, только зачем вам это нужно?

– Странный вопрос, – произнес Лидс, разведя руками, на одной из которых висел плащ, – Я прилетел из Америки. Я хочу увидеть своего друга, в безумии которого сомневаюсь.

– Увы, это невозможно. Кузнецов сбежал из лечебницы.

– Я не могу поверить!

– Это так. На данный момент мы не знаем, где находится Кузнецов.

– Его адрес есть у вас?

– Секунду.

Воздвиженский раскрыл блокнот. Некоторое время он рассматривал страницы блокнота сквозь очки в роговой оправе. Незнакомец ждал, мельком оглядев кабинет.

– Что-то нет его адреса, – сказал наконец Воздвиженский. – Сейчас.

Он поднял трубку телефона и набрал номер:

– Федя? Это Воздвиженский. Ты адрес Кузнецова знаешь? Зайди, пожалуйста, тут его спрашивают.

Через пять минут в кабинете Воздвиженского появился Федор Иванов.

– Здорово, мужик – произнес он, протягивая крепкую руку Брайну Лидсу.

– Это не мужик, а наш коллега из Соединенных Штатов, – поправил его Воздвиженский. Бородатое лицо Иванова застыло.

– Ну, так он не мужик, что ли? – Иванов настойчиво протягивал иностранцу руку. – Меня зовут Федя.