Магия зеркал
Шрифт:
Церковь в Уайзе принадлежала к числу немногих городских зданий, нетронутых магическими заклинаниями. Когда воскресным утром Эйва и Мэтью проскользнули в её двери и уселись на деревянную скамью, девочка непритворно наслаждалась ощущением обычности, надёжности старых каменных стен. Почти все присутствующие обернулись со своих мест, чтобы посмотреть на новичков. Эйва заметила, что из прихожан лишь несколько человек мерцало аурами заклинаний. Лорд Скиннер сидел на передней скамье – и в одиночку занимал её целиком. Он заметил
Какой же замечательный чело… Эйва поймала себя на этой мысли и быстро пресекла её.
Проповедь была на тему привечания вновь прибывающих, при этом преподобный то и дело со значением взглядывал на Эйву с братом, отчего она почему-то не чувствовала себя особенно привечаемой.
По окончании службы прихожане начали один за другим подниматься и потянулись мимо них к дверям. Преподобный подошёл лично поприветствовать Эйву и Мэтью.
– Добро пожаловать в Уайз, – сказал он, обмениваясь с Мэтью рукопожатием. – Мои соболезнования по поводу вашей потери.
– Спасибо, – вежливо отозвалась девочка. – Нам очень понравилась ваша проповедь.
Пастор скривил губы, и Эйва подумала, что он, наверно, заметил, что она половину службы продремала. Однако он открыто смотрел ей в глаза, и это ей нравилось.
– Будем знакомы. Я – преподобный Стоув. Я сам не так давно в Уайзе – на прошлую Пасху исполнилось шесть лет со дня моего прибытия. Как вы, начали обустраиваться?
– Всё в порядке, – кивнул Мэтью. – Здешние жители очень, м-м-м…
– Когда поближе познакомитесь с местными, вы обнаружите, что они милы и дружелюбны, – заверил преподобный Стоув. – Дайте людям пару недель – и вы начнёте чувствовать себя по-настоящему дома.
Эйва в этом сильно сомневалась. Оглядываясь, она заприметила знакомое лицо – Чарльза Брунела из пекарни. Он был в компании двоих взрослых – должно быть, родителей – и двух девушек немного его постарше, наверное, сестёр. У них были похожие русые волосы и круглые лица.
– Это семейство Брунел, – заметив её взгляд, пояснил преподобный. – Чарльз, я думаю, ваш ровесник. Они занимаются одним очень достойным общественным движением здесь, в Уайзе.
– Да, я знаю, «Свободу Дивному Народу», – кивнула Эйва. – А вы что думаете о магии?
– Эйва, – смущённо шепнул Мэтью, но преподобный Стоув только улыбнулся.
– По правде сказать, я наряду с Брунелами принадлежу к движению «Свободу Дивному Народу». Дивный Народ – наши братья, они заслуживают справедливого к себе отношения. Я слышал, вы собираетесь работать у лорда Скиннера, мистер Харкурт? Вам очень повезло, он – замечательный человек.
И снова эти слова!
– А как давно лорд Скиннер живёт в Уайзе? – невинным голосом спросила девочка.
Вопрос, похоже, позабавил преподобного.
– Знаете, я не могу точно сказать – но всяко дольше, чем я сам. Он даже немного помогает нашим акциям протеста,
– Вы когда-нибудь видели фей, преподобный Стоув? – задала было Эйва новый вопрос, но Мэтью уже поспешно увел её за руку.
Они вышли из храма под хмурое пасмурное небо. Надгробные памятники на церковном дворе отбрасывали бледные тени.
– Зачем ты меня утащил? Я хотела расспросить его о Футерах, – сказала Эйва.
– Думаю, на сегодня ты задала ему уже достаточно вопросов.
– Мне так не кажется. Я ещё о многом хотела узнать, – возразила Эйва, останавливаясь посреди дороги. – Почему ты не хочешь разговаривать о магии фей? Это ведь очень интересно, в чём тут проблема?
Мэтью избегал её взгляда.
– Нет никакой проблемы. Смотри, а вот и Футеры, – он указал Эйве на пожилую женщину, которая выходила из церкви рука об руку с молодым мужчиной. – Тётя Лили и Эдмунд! Доброе утро. Мы давно не виделись. А это Эйва.
Вот, значит, какие они – родственники, которые купили папино волшебное зеркало! Эйва не видела в них ни малейшего сходства с отцом. Папа был тихим и малорослым, а Эдмунд Футер – довольно высоким. Миссис Футер хотя и была хрупкой, однако же выглядела сердитой и грозной с тёмными глазами и седыми волосами, стянутыми на затылке в плотный пучок.
– Нам отлично известно, кто эта девочка, – ледяным голосом сообщила Лили Футер. Она смерила Эйву строгим взглядом и фыркнула. – На мой взгляд, она выглядит достаточно нормальной.
Интересно, а какой ещё она могла бы выглядеть? Эйва сдвинула шляпку на затылок и улыбнулась старухе самой очаровательной своей улыбкой.
– Доброе утро. Я с нетерпением жду первого дня работы у вас.
– В воскресенье мы не обсуждаем работу, – поспешно сказала её тётка. – Ждём вас у себя завтра утром. Не опаздывайте. Идём, Эдмунд.
Эдмунд послушно пошёл вслед за матерью, только чуть пожал плечами, словно извиняясь перед Эйвой за её резкость.
Эйва топнула каблучком.
– Что с ней не так?
– Это не твоя вина, – объяснил Мэтью. – Тётя Лили и наш отец никогда особо не ладили. Может, из-за большой разницы в возрасте, он ведь был сильно младше. К тому же она рано овдовела и была вынуждена растить Эдмунда в одиночку.
Всё это, по мнению Эйвы, не давало тётке права вести себя так ужасно. Внезапно она почувствовала прилив ненависти к этому городу. Её тошнило от этих неправдоподобных заклятий и от враждебных людей. Её тошнило от того, что родители просто взяли и умерли, и теперь – хочешь не хочешь – им с Мэтью придётся жить здесь.