Магистраль вечности
Шрифт:
— Звучит как будто вполне невинно.
— Как будто так. Только одна странность. В Британии нынче нет места под таким названием. А четыре или пять столетий назад было. В графстве Шропшир. [1] Я проверял. В 1615 году, пока владельцы прохлаждались где-то в Европе, поместье словно корова языком слизнула. Еще вчера стояло, а сегодня испарилось без следа. Все поместье целиком — и угодья, и сам ландшафт вместе с теми, кто возделывал землю и прислуживал по хозяйству. Испарился и дом — там, где он был, не осталось даже ямки.
1
Ныне
— Так не бывает, — откликнулся Бун. — Бабушкины сказки…
— Не сказки, а истина, — заявил Коркоран. — Удалось установить с полной достоверностью, что поместье действительно существовало, но испарилось.
— И только-то? — спросил Бун, качая головой. — Но я по-прежнему не понимаю, чего ради ты решил послать за мной. Я не специалист по поискам пропавших без вести и тем более по поместьям, испарившимся четыре века назад.
— Сейчас все поймешь. У меня хватало других дел, Мартин исчез, и я постарался выкинуть его из головы. Но недели две назад я узнал из газет, что «Эверест» собираются взорвать…
Коркоран вопросительно поднял брови, и Бун кивнул: он был знаком с технологией разрушения зданий, предназначенных к сносу, с помощью взрывных зарядов направленного действия. Если правильно разместить заряды вокруг здания, оно просто осядет, распадется по кирпичику, останется лишь расчистить участок экскаваторами и бульдозерами.
— Эта новость напомнила мне о Мартине, — продолжал Коркоран со вздохом. — Я подъехал к отелю, просто чтобы взглянуть на здание в последний раз. До того я полностью перепоручил все, что с ним связано, своим агентам, и это была моя ошибка. Ты не забыл мои слова, что я теперь вижу все иначе?
— Ты заметил что-то особенное? Что-то такое, что твои агенты прошляпили?
— Нечто, чего они никак не могли увидеть. Могу только я, и то если смотрю под строго определенным углом. Я — как бы сказать поточнее — не умею ступить за угол, но иногда я, кажется, вижу то, что за углом. Может, зрение работает в более широком спектре, а может, со сдвигом во времени. Как по-твоему, Том, мыслимо ли, чтобы человек оказался способен ступить на миг в прошлое или в будущее, хотя бы заглянуть в этот миг?
— Понятия не имею. Никогда не задавался таким вопросом.
— Нет так нет. Понимаешь, на стене отеля, возле апартаментов Мартина, висит как бы закрытая лоджия наподобие тех, какие лепятся к стенам жилых домов. Только нормальное зрение ее не воспринимает: лоджия как бы наполовину в этом мире, наполовину вне его. И раз Мартин не жил у себя в комнатах, то я уверен, что он жил в этой лоджии или, точнее, в этой коробке.
Бун поднял свой бокал и, осушив до дна, аккуратно поставил на стол.
— И ты хочешь, чтоб я ступил за угол и проник в эту коробку? — Коркоран кивнул. — Не знаю, могу ли я тебе помочь. Я никогда не пользовался этим трюком сознательно. Каждый раз это случалось тогда и только тогда, когда мне угрожала смертельная опасность. Какой-то механизм выживания, что ли. Не знаю, смогу ли я включить механизм по заказу. Можно, конечно, попробовать, но…
— Попробуй —
— Джей, а что все-таки тебя заботит? — спросил Бун настойчиво. — Что ты надеешься обнаружить в так называемой лоджии?
— Сам не знаю, — покачал головой Коркоран. — Может, и вовсе ничего. Мартин стал для меня чем-то вроде навязчивой идеи. Вполне вероятно, я уже потратил больше, пробуя выяснить что-либо на его счет, чем он выплатил мне за все годы. Хуже всего, Том, что я чувствую: в эту коробку надо проникнуть любой ценой! — Он замолк, рассматривая пустой бокал. Потом вздохнул и снова поднял глаза. — Беда в том, что у нас с тобой мало времени. Сегодня пятница, и уже вечер, а отель планируют взорвать в воскресенье рано утром, когда на улицах ни души…
Бун негромко присвистнул:
— Надо же было дотянуть до последней секунды!
— Это от меня не зависело. Тебя было нелегко найти. Когда удалось наконец выяснить, что ты в Сингапуре, я послал телеграммы в каждую дыру, где ты мог бы остановиться. Теперь, если мы хотим что-нибудь предпринять, надо действовать молниеносно.
— Завтра, в субботу, — согласился Бун.
— Давай наметим завтрашний вечер. Днем там состоится шоу для прессы, посвященное последнему дню старого отеля. Телекамеры и репортеры по всему зданию. Мы приступим к делу, когда все угомонятся. — Коркоран встал и, забрав бокалы, опять отправился к бару с роскошным выбором спиртного. — Ты, конечно, остановишься у меня?
— Во всяком случае, я на это рассчитывал.
— Прекрасно. Тогда выпьем еще по одной и, если не возражаешь, припомним прежние деньки. Потом я покажу тебе твою комнату. А коробку-лоджию выбросим из головы до завтрашнего вечера…
2. Гопкинс Акр, 1745 год
Дэвид бродил по полям с самого полудня в сопровождении любимого сеттера, тихо наслаждаясь как одиночеством, так и упорядоченной красотой окружающего мира.
Со стерни из-под самых ног с шумом вспорхнул, взвился в небо тетерев. Ружье автоматически взлетело к плечу, щека прилипла к прикладу. Птица попала в перекрестье прицела, и он резко повел дуло влево. «Пли!» — произнес он, зная наверняка, что, если бы достать патрон в патронник и нажать на спусковой крючок, птица бы кувырком свалилась на землю.
Сеттер бросился было за птицей, но вернулся вприпрыжку, сел у ног Дэвида и с веселым оскалом глянул на человека, как бы спрашивая: «Ну что, развлекаемся?» Потребовалось немало времени, чтобы приучить сеттеров из поместья к новому порядку вещей. Их от века тренировали поднимать дичь, а затем разыскивать добычу и приносить хозяину. Они просто не понимали, чего от них хотят теперь. Однако через несколько поколений приспособились и уже не ждали ни хлопка выстрела, ни приказа найти подбитую птицу.