Шрифт:
Ф Лекси
М А Г Е Н Т А
/A dedication
– Она была похожа на кокаин, - Глюк прицелился в рекламу сигарет "Pale Male" на борту вражеского танка, - По ней сходили с ума все бизнесмены нашего города. Фу, черт, мимо... Она уходила от меня три раза. И каждый раз у меня начинались озноб, бессонница, нервная дрожь, я ничего не мог есть, кроме мороженного по чайной ложке - все признаки кокаиновой абстиненции! Я, правда, не пробовал, но читал.
– А я пробовал, - сказал Сэконд, - но ничего такого
– По восемь.
– Дай глянуть... Какие-то они левые. Это че за фирма?
– Нормальные. Я проверял. Эти можно брать.
– Да? Ага... Надо поискать их за семь... Так че там про героин?
– Одолжи патрон. Отдам с получки.
– Давай так: если попадешь, навар поровну, - У Сэконда с похмелья дрожали руки, и он не мог целиться.
– А вдруг не попаду?
– Да ты моими обычно не мажешь... Только смотри, чтоб весь не выгорел. За горелые меньше дают.
Глюк прицелился, выстрелил. Танк загорелся.
– Эх... Не, ничего... Ничего, молодец... Ага... Ну, нормально. Рассказывай дальше.
– Когда она ушла от меня в последний раз, у меня совсем кончились деньги. Мои картины не шли, рассказы не брал никто, я даже пробовал писать ренги - все бестолку. Она сказала: "Бэйби, мы остаемся друзьями. Я вернусь к тебе, когда ты заработаешь миллион!" - и у меня перестали дрожать коленки, я выпил томатного сока и даже смог съесть бутерброд, и отправился на войну. Я сказал: "Бэйби, я привезу тебе..."
– ...У нас на базаре тоже художник был, - вспомнил вдруг Сэконд, - обдолбанный такой старикан. Он продавал подделки всяких там самых шедевров, но требовал за них только фальшивые деньги, и дохлый номер ему было всучить настоящую купюру... А меня завербовал торговец радиоактивным плутонием. Он сказал: "Чувак, фигли ты продаешь эти чиперные использованные презервативы, ты мог бы..."
...С визгом напротив окопа затормозил крытый "джип" с медицинским крестом.
– Трупы есть?
– Нет пока. А свежие сегодня берете?
– Берем, но не позже трех минут.
– По двойной?
– По двойной цене. Мы вон там, за ветряной мельницей. Полминуты езды от вас.
– Ладно. Свистнем, если чего.
"Джип" отъехал, огибая воронки.
– Че-то так тихо?..
– Должно быть, обеденный перерыв уже.
– Не. Еще рано. Ты жрать хочешь?
– Нет.
– А я буду... (Сэконд высунулся и огляделся) Эй, бабуль, у тебя че там? "Сникерс"?.. А почем?.. Дорого, бабуль... Ну ладно, давай... Полпиццы и "Сникерс"... Горячая?.. Ага... Не, я "Пепси" не люблю, бабуль, сгоняй за "Колой" - ну ладно, че тебе стоит, одна нога здесь - ... Заплачу, заплачу, давай... Только скоренько, а то остынет!
Глюк достал блокнот с ручкой и в несколько линий занес рисунок облаков на небе.
–
– спросил Сэконд с набитым ртом.
– О, это я сегодня утром купил! Здорово повезло. Это самый редкий цвет!
– Какой?
– Магента.
– Чего-о?
– Ну, типа лилового...
– А зачем тебе?
– Она так любит праздники и фейерверки - и я пообещал ей: "Бэйби, когда ты вернешься ко мне, я устрою..."
...Звякнула пуля, ухнула мина, жахнула бомба. Со стороны фронта подполз обляпанный грязью фюрщик и крикнул, едва слышимый сквозь канонаду:
– Валюту сдаете?!
– Почем?!
– Девять дхарм за один йокиль!!
– Давай десять!!
Фюрщик махнул рукой и уполз. Над головами прошла пара вертолетов телекомпании "Эл Эс Ди", выпускающей новости до обеда, потом вдалеке заработала зенитная батарея "Шницель", и наконец все опять стихло.
– Сегодня вечером снова нажрусь, - пророческим голосом объявил Сэконд, - Скажи, вот ты сам не киряешь, а твоя бэйби была не дура выпить или тоже нет?
– Она пила каждый день. В последнюю неделю. От безысходности. Я был мрачен и уделял ей слишком мало внимания. Я работал целыми днями, и все бестолку. Я отдал за бесценок все, кроме ее "портрета в сиреневом"... Она больше всего любила оттенки лилового, сиреневого и фиолетового. Она была так красива, что я подарил ей совершенно прозрачный косметический набор - чтоб не портить ненужными красками ее лица... Она всегда говорила, что любит только меня, но однажды нашелся человек, который просто посадил ее в свой лимузин и сказал: "Расслабься!" - и тогда она решила уйти от меня... Я позвонил ей на следующий день, и она сказала - ... Я уже рассказывал, что она сказала.
– Да, - Сэконд отпил глоток из фляжки Глюка, - классная фляга! Давай ченч: ты мне - флягу, я тебе - американскую военную отвертку М6! В натуре, ни у кого такой нет...
– Нет, спасибо, не нужна.
...Заработал миномет за бугром, и что-то плюхнулось на песок в рескольких метрах спереди.
– Разрывная... Не взорвалась, ого!.. Надо ее взять, классная штука! Сползай, а, а то я с похмелья!..
– А не рванет?
– Не... Раз за десять секунд не рванула - значит, все...
Глюк осторожно вылез на бруствер, приподнялся, осматриваясь - и тут-то она и рванула. Он неестественно дернулся и молча съехал на дно окопа, сочась киноварно-красным в трех местах...
Сэконд подскочил к нему, оценил опытным взглядом, засуетился, выхватил магентовую ракету, пустил ее в сторону ветряной мельницы и замахал руками:
– Эй, свежий, только что!! По двойной цене, пока не остыл! Пятнадцать секунд назад! Семнадцать! Восемнадцать... Девятнадцать... Двадцать...