Чтение онлайн

Эти слова заставили дворфов смолкнуть прежде, чем спор начался по-настоящему.

– Ты просишь меня отправить тысячу моих ребят в город пиратов и дроу?! – воскликнул Бренор.

– Разумеется, я гарантирую им безопасность. Я намерен построить для них жилище прямо на острове Абордажной Сабли, до которого невозможно добраться по суше, минуя Охранный остров. А на Охранном острове расположен замок Корабля Курт.

– Твой парень?

Джарлакс утвердительно кивнул.

Бренор оглядел сидевших за столом, и все по очереди кивнули в знак согласия.

– Может оказаться

так, что нам понадобится больше тысячи ваших воинов, – предупредил Джарлакс.

Бренор рассерженно запыхтел, но Кэтти-бри вмешалась:

– Если у нас ничего не получится с башней, у тебя больше не останется королевства, которое нужно защищать. По крайней мере здесь. Но если все пройдет успешно… – добавила она, когда дворфы начали ворчать. – Предвечный останется в надежной «клетке», а мы гораздо больше узнаем о магии, которая дает жизнь Гаунтлгриму. Очень возможно, что Главная башня тайного знания хранит также секрет магических порталов для перемещения в пространстве.

Таким образом совещание закончилось на хорошей ноте, как и надеялась Кэтти-бри; но к тому моменту, когда Бренор и остальные дворфы появились в тронном зале, чтобы принять участие в торжественной установке статуи Пуэнта, лица их снова помрачнели.

Бренор подошел прямо к трону, уселся на него, откинулся на спинку и, опершись подбородком о сложенные руки, пристально уставился перед собой. Саркофаг Тибблдорфа Пуэнта, статую в героической позе, устанавливали в дюжине шагов напротив, примерно в десяти футах над полом, в нише, выдолбленной в стене. Оттуда Пуэнт должен был взирать на происходящее в зале, на споры и стычки, словно страж, защищающий своего короля.

Бренора действительно успокоило это зрелище, а также сам волшебный трон. У него возникло четкое ощущение, будто духи, живущие в троне дворфских богов, шептали ему на ухо, одобряли его решение помочь в восстановлении Главной башни тайного знания.

Осознав это и снова взглянув на Пуэнта, Бренор, несмотря на только что полученные тревожные новости, ощутил странное спокойствие. Он знал, что не один и что его друзья, в том числе Джарлакс, помогут ему.

Король позволил другим дворфам произносить торжественные речи в честь Пуэнта и слушал лишь краем уха. Ему не нужно было выслушивать рассказы о Тибблдорфе Пуэнте, чтобы понять истину об этом замечательном щитовом дворфе. Когда все было закончено, Бренор, повинуясь порыву, поднес к губам треснувший рог в серебряной оправе и издал резкий, неприятный звук, вызывая призрак берсерка.

И как всегда, поскольку поблизости не было врагов, дух телохранителя начал свирепо прыгать по залу, исследуя все укромные уголки и закоулки.

Остальные не обратили особого внимания на звук рога и появление призрака и смотрели на Бренора, который провозгласил тост за Пуэнта.

Лишь Джарлакс пристально наблюдал за духом; он заметил, что это призрачное существо, предположительно не имевшее никакого отношения к настоящей душе Тибблдорфа Пуэнта, якобы примитивное и неразумное «изображение» телохранителя, замерло и некоторое время рассматривало статую.

И в полупрозрачных глазах призрака Джарлакс заметил какое-то новое выражение.

Неужели

он узнал самого себя?

– Она выйдет? – осведомилась Сарибель, когда Тиаго вернулся из личных покоев Верховной Матери Дартиир До’Урден.

– Она спит на ходу, как обычно, – ответил воин неприязненным, презрительным тоном, как это теперь обычно бывало в разговорах с женой. Сарибель в последнее время стала более решительной и самостоятельной, особенно в вопросе маниакальной одержимости Тиаго отступником Дзиртом До’Урденом, и это, естественно, было Тиаго не по нраву. Потому что он считал ее ниже себя.

Сарибель это знала – несмотря на то, что она являлась женщиной и верховной жрицей. Но она не родилась в Доме Бэнр, а для Тиаго это было самым главным.

«Ничего, скоро он поймет, что главное на самом деле», – подумала Сарибель.

– Рейвел и остальные ожидают нас в часовне, – сообщила верховная жрица. – Мы уже сильно опаздываем.

– А Брелин Джанкей явился? – уточнил Тиаго. Новый аристократ был отправлен в Дом До’Урден в качестве «дара» Верховной Матери Квентл Бэнр, чтобы служить начальником гарнизона.

Тиаго не оценил этот «дар», да и Сарибель тоже, если уж на то пошло. Брелин перешел к ним из Бреган Д’эрт – по общему мнению, в качестве замены самому Джарлаксу, бесследно исчезнувшему. Большая часть наспех собранного гарнизона Дома До’Урден состояла из воинов Бреган Д’эрт. Возникал естественный вопрос, какой властью теперь обладает новичок.

Слишком большой, по мнению Тиаго и Сарибель.

Когда супруги появились в часовне, где их ожидали лидеры Дома, Сарибель приветствовал другой новоприбывший аристократ. Его появление в клане несколько смягчило ее страх перед Брелином Джанкеем – а также усилило недовольство и опасения Тиаго.

– Как приятно снова видеть тебя, – с поклоном произнес Джемас Ксорларрин, кузен Сарибель. Затем взял руку женщины и поцеловал.

Сарибель взглянула через плечо Джемаса на своего брата, мага Рейвела, «коллегу» и старого друга Джемаса. Судя по всему, Рейвел был рад тому, что кузен Джемас присоединился к Дому До’Урден.

– Может быть, Фэлас тоже скоро вступит в наши ряды? – спросила Сарибель.

– Как вы считаете, нам следует переименовать наш клан из «До’Урден» в «Ксорларрин», – вмешался Тиаго прежде, чем Джемас успел ответить, – чтобы нас постигла та же печальная участь, что и ваш обреченный Дом?

– Ах, приветствую тебя, молодой мастер Бэнр, – произнес Джемас и, нарочно больше ничего не сказав, снова обратился к Сарибель: – Верховная Мать Зирит и верховная жрица Кирий передают тебе привет и надеются, что у тебя все в порядке.

– Да, в порядке, – ответила она, но невольно нахмурилась при упоминании имени Кирий – второй после Верховной Матери Зирит высокопоставленной женщины в Доме Ксорларрин. Ходили неопределенные слухи насчет того, что Кирий, старшая дочь Верховной Матери Зирит, тоже, возможно, рано или поздно вступит в клан До’Урден. А это поставило бы крест на намерениях Сарибель занять трон Верховной Матери Дома До’Урден.