Мадам
Шрифт:
Я уверена, что в тот момент я уже точно кричала. Джесси засаживал в меня свой член, время от времени останавливаясь, чтобы вытащить его почти до конца, почти, чтобы я задыхалась от желания и пустоты внутри, а затем делал толчок еще сильнее, резче и глубже, пока я не ощущала его на шейке матки, словно он заполнял все пространство внутри меня. Снова. И снова. Каждый толчок был жестче и требовательнее, а когда его член выскальзывал из моего лона, то Джесси с силой ударял меня по ягодицам, и еще раз,
Я не знаю, сколько времени это продолжалось. Возможно, я даже потеряла сознание в какой-то момент. В мире не существовало ничего, кроме нас: Джесси с его членом, пронзающим меня насквозь, и меня с моей мокрой киской.
Ягодицы жгло после шлепков и щипаний, они практически горели огнем, и казалось, языки этого пламени лижут все мое тело. Я почувствовала приближение оргазма, который нарастал, двигаясь от клитора к ягодицам, и когда я кончила, то возникло ощущение, что каждый орган, каждая клетка моего тела вибрирует.
Джесси сделал несколько последних толчков, а потом схватил меня за волосы и потянул на себя так, что моя голова оказалась почти вровень с его.
– Получай, – прорычал он. – Получай, получа-а-а-ай…
Когда он кончил, то я перевернулась на бок и снова вспомнила, что нужно дышать и как именно это делается.
Мы молча лежали рядом, пытаясь перевести дух и истекая потом. Я подождала, пока сердце перестанет так болезненно колотиться и станет немного прохладнее, поскольку пот начал испаряться.
И тут я внезапно поняла, что больше не пьяна.
Я ощупью нашла на тумбочке пачку сигарет и вытащила одну. Света от модной в ту пору лава-лампы, стоявшей у тахты, было как раз достаточно, чтобы найти зажигалку, закурить, втянуть в себя дым и взглянуть на Джесси. Он лежал на спине, положив руки на лоб, и смотрел в потолок. Я откинулась на подушку и медленно выпустила струйку дыма в потолок, ощущая, как он заполняет мои легкие ментоловым облачком, от которого всегда возникало ощущение благополучия.
Я ничего не говорила, просто лежала и ждала… Ну, вообще-то я сама не знаю, чего я ждала. И тут это произошло.
Я поняла, что хочу, чтобы Джесси тут не было.
Меня внезапно словно озарило – этот мужчина не принадлежит моей постели. И никаким другим местам возле меня. У него нет права приходить обратно так, словно он – часть моей жизни, и занимает постоянное место, а я это допускаю и принимаю. Он не принадлежит мне так же, как и я ему.
Я откашлялась, чтобы сказать это вслух, но тут зазвонил телефон. Рабочая линия. Я села, внезапно мне стало неприятно находиться рядом с ним обнаженной, и я поспешно накинула шелковый халат от «Виктория Сикретс» и сняла трубку.
– Персик? Это я, Эви.
Часть моего мозга переключилась в рабочий режим. Эви ехала к клиенту в Вустере.
– Что случилось? – спросила я.
Раздалось покашливание.
– Персик, я не могу поехать. У меня только что начались месячные.
Что ж, делать нечего. Среди моих клиентов есть парочка извращенцев, которые очень обрадовались бы подобной новости, но, увы, парень из Вустере не из их числа.
Я вздохнула:
– Ничего, дорогая.
За моей спиной Джесси включил телевизор, и чей-то голос вещал: «Мы работаем круглосуточно, позвоните прямо сейчас…»
Я снова сосредоточилась на Эви, которая все еще говорила:
– Прости, Персик. Месячные пришли раньше времени, я не думала…
Я перебила ее:
– Все нормально. Поезжай домой. Позвони, когда снова будешь в форме.
«Быть в форме» – мой эвфемизм, который значит «выйти на работу».
– Спасибо, Персик. Прости. Мне самой ему позвонить?
Я задумалась. Если бы все шло, как обычно, то я сама перезвонила бы клиенту, предварительно проверив, кого я могу отправить к нему. Но, возможно, сейчас у меня есть дела и поважнее.
– Конечно, почему бы и нет? Просто скажи ему правду, возможно, он захочет перенести вашу встречу. Если нет, то пускай звонит мне.
Я положила трубку, повернулась и снова посмотрела на Джесси. Он, по-прежнему обнаженный, сидел на другом конце кровати и пялился в телевизор. Теперь я увидела, что это реклама каких-то астрологов, медиумов или кого-то в этом роде. Внизу на экране мигал номер бесплатной горячей линии.
Не слишком увлекательная передача, хотя казалось, что Джесси смотрит ее с интересом.
Я откашлялась:
– Джесси, тебе пора.
– А что такое, детка? – Судя по голосу, мое заявление смутило его.
Я наклонилась вперед и только тогда поняла, что он вовсе не смотрит телевизор, а читает сообщения на пейджере. Смотрит, кому перезванивать, а кому – нет, после того как «пятиминутка Персика» закончилась. Я почувствовала, как в животе клубком сворачивается знакомое ощущение, смесь боли и удовольствия, а потом решимость все-таки взяла верх.
Ну что может быть лучше пинка под зад, который запустил бы тебя в нужном направлении.
Я громко сказала:
– Я хочу, чтобы ты немедленно ушел. Тут до него дошло.
– Что? – Джесси не верил своим ушам. Это вполне понятно, поскольку в прошлом складывалась ситуация, противоположная тому, что происходило сейчас. Обычно, с горечью подумала я, после секса я умоляла его остаться, цеплялась за него, скулила и плакала. Так что неудивительно, что он в замешательстве.