Лютая мораль
Шрифт:
— Ну и что? — Вице-президент повертел в руках картонный прямоугольник и поднял голову. Голос у него оказался резким и громким, словно звук пилорамы.
— Алексей Петрович сказал мне, что сегодня должен прибыть курьер с чемоданчиком от Анатолия Михайловича. — Наблюдая за реакцией Петрушко, Владимир, не спрашивая разрешения, закурил и откинулся в кресле.
В темных глазах вице-президента заметались искорки сомнения. Он продолжал молча смотреть на Танина, теребя в руках его визитку.
— Не волнуйтесь, — продолжил Китаец, — я не имею никакого отношения ни к налоговой полиции,
— Деньги на месте уже два дня, — немного понизив голос, сказал Андрей Семенович, — хорошо еще, что следственные органы не опечатали сейф…
— И вы собираетесь их передать по назначению?
— Да, я намерен поскорее избавиться от них, — кивнул вице-президент.
— Благодарю вас. — Танин поднялся и направился к выходу.
— Эй, погодите, — снова заработала пилорама, — вы не собираетесь заняться расследованием смерти Замятина?
— Это дело милиции. — Китаец остановился возле двери. — Впрочем, если вы хотите, можете нанять еще одного частного сыщика.
— А разве вы не сыщик? — взвизгнул вице-президент, проведя рукой по лысине.
— Да, — кивнул Танин, — но, к сожалению, у меня уже есть работа.
— Тогда зачем вы пришли сюда? — недовольно спросил Петрушко.
— Я уже ухожу, — улыбнулся Китаец, — прощайте.
Внизу, в машине, он включил кондиционер и, откинувшись на сиденье, принялся наблюдать за входом в «Геликон». Изредка возле крыльца останавливались какой-нибудь солидный «Мерседес», мощный тяжелый «БМВ» или навороченный джип. Оттуда выходил посетитель, и машина отъезжала чуть дальше, на небольшую стоянку, врезавшуюся в тротуар. Ждать пришлось недолго. Минут через двадцать перед особняком мягко затормозил темно-серый «Мерседес-320». Молодой высокий парень в светлом костюме, вышедший оттуда, держал в руках плоский серебристый чемоданчик-«дипломат». Когда парень поднимался на крыльцо, Танин заметил, что «дипломат» прикован к его руке наручниками, соединенными цепочкой длиной в два десятка сантиметров. Это несколько осложняло дело, но ненамного.
Курьер скрылся за дверями особняка, а Владимир выбрался из «Массо» и неторопливо направился к «Мерседесу», оставшемуся стоять перед входом. За тонированными стеклами «Мерседеса» не было видно, заперты ли дверцы и сколько человек осталось в машине, поэтому Китаец решился на маленькую хитрость. Дойдя до «триста двадцатого», он остановился, зажал в губах сигарету и принялся демонстративно похлопывать по карманам, как бы ища зажигалку. Не найдя, он наклонился к «Мерседесу» и потянул за ручку передней двери. Она оказалась незапертой. Танин быстро окинул взглядом салон — кроме водителя, там никого не было. И если лицо курьера было детективу незнакомо, то физиономию водителя он сразу узнал. Это был Яшка — кучерявый брюнет со «Святой Анны».
— Какая встреча! — Владимир с широкой улыбкой плюхнулся на
— Греби отсюда, сыщик, — недовольно пробормотал Яшка, — я не курю.
— Да? — растерянно произнес Китаец, снова начав лазить по карманам пиджака.
Наконец он вынул руку, но вместо зажигалки в ней был зажат пистолет Макарова. Его ствол уперся Яшке в висок.
— Спокойно, браток, — обнадежил водителя Танин, — я тебя убивать не собираюсь. Если, конечно, будешь себя хорошо вести.
— Если заберешь деньги, — понял его намерение Яшка, — считай, что ты покойник.
— Догадливый мальчик, — кивнул Китаец, — даром что цыган.
— Я не цыган, — окрысился брюнет.
— Да ты не обижайся, — как бы оправдываясь, сказал Владимир, — я не шовинист.
— Чего? — не понял Яшка.
— Я тебе после объясню, — пообещал Китаец, — а сейчас положи руки под задницу.
— Ну ты и козел! — сквозь зубы процедил кудрявый.
— Не пытайся меня обидеть, это бесполезно, — беззлобно ответил детектив. — Делай, что тебе говорят.
— Ладно. — Яшка сделал вид, что подчинился, и вдруг, неожиданно развернувшись на сиденье, ударил Танина в грудь.
Китаец перехватил его руку, вывернул запястье и надавил рукой, в которой держал пистолет, на локтевой сустав. Брюнет тоскливо взвыл от боли и завалился на рулевое колесо. Загудел клаксон, вспугнув пару голубей, кружащих на газоне. Они недовольно захлопали крыльями и отправились ворковать в другое место.
— Ты мне руку сломаешь! — пытаясь перекричать монотонное гудение клаксона, застонал Яшка.
Владимир ослабил давление на локоть, и клаксон замолчал.
— Мне показалось, что ты умнее, — с притворным сожалением произнес детектив.
Он вполсилы ударил Яшку по затылку рукояткой «макарова». Тот обмяк и снова завалился на баранку. Китаец подхватил его и прислонил к спинке сиденья. Убрав пистолет, он «нашел» наконец зажигалку и закурил. Часы на приборной панели «Мерседеса» показывали без десяти шесть. Курьер мог появиться с минуты на минуту. Владимир откинул полу Яшкиного пиджака и достал из его наплечной кобуры, закрепленной с правой стороны, «ТТ». Вынув из пистолета обойму, он выковырял все патроны, ссыпал их к себе в карман и вставил пустую обойму назад в рукоятку, вогнав ее до упора ударом ладони. «ТТ» снова занял свое место под мышкой водителя. Вынув из замка зажигания ключи с брелоком, Танин вышел из машины, нажатием кнопки заблокировал двери «мерса» и сделал вид, что рассматривает бронзовую табличку, закрепленную на стене рядом со входом в особняк.
Входная дверь отворилась, и на пороге появился курьер с серебристым чемоданчиком. Он осмотрел улицу, бросил подозрительный взгляд на Китайца и быстрым шагом направился к «Мерседесу». Владимир щелчком выбросил окурок и словно нехотя двинулся следом. Подойдя к автомобилю, парень принялся дергать за ручку дверцы, но она не поддавалась. Он сделал шаг в сторону и попытался открыть заднюю дверь. С таким же успехом он мог тащить из земли забетонированный фонарный столб. Парень озабоченно наклонился к темному стеклу и принялся барабанить в него рукой: