Чтение онлайн

Только если б меня насильно оттянули бы от него, только тогда я бы не делала безрассудств, таких вот нелепых, смешных, о кот. пишу тебе. Ведь был же момент, когда я уже не сомневалась, что я освобождаюсь.

Голубка моя, здесь дело не только в моём самолюбии, очевидно, это болезненное проявление — результат моего одиночества. Где же взять силы? Ты меня не утешай, родная. Я в твоих последних письмах почувствовала, что ты сама в нехорошем состоянии и тебе не до этого. Поэтому не надо вымучивать из себя того, что не идёт. Пиши, пожалуйста, пиши о себе.

Было бы хорошо, если

б я смогла бы выехать из Киева. Я всё надеюсь, что вот завтра проснусь и обрету силу воли, чтобы по крайней мере не напоминать ему о себе. Пока ничего другого не хочу.

Горячо тебя обнимаю, нежно целую. Мура.

без меня не будет усидчиво заниматься. Ах, какая она лентяйка.

Миленькая моя, ты ошибаешься, несмотря на свою одержимость, очень хотелось бы попасть в Москву. Просто мечтала об этом. Остановило, главн. образом соображения денежного характера и домашние хлопоты. А не будь этого — в майские дни я непременно приехала бы.

10/V. Оказывается не так легко достать жел-дор. билет. Может быть, ещё и не поеду. Поэтому очень и очень тебя прошу не забывать меня письмами. Родненькая моя, я всё ещё страдаю, но что мне с собой делать? Всю силу своей страстности я вложила в это чувство. И теперь так горько расплачиваюсь за свою необузданность. В этой необузданности скрывается не моральная распущенность, нет,

но, а потребность. Никогда не думала, что это так серьёзно отразится на мне. хорошо уж , что я не встречаюсь и лишена, своим письмом, такой возможности.

Я, очевидно, надоела тебе, всё об одном и том же? Я хотела только сказать тебе, что не вижусь с ним, а вышло так растянуто. Ты пойми и извини меня, голубка.

В мире совершается что-то небывалое, мерзкое. Где конец этому? Сегодня радио принесло нам потрясающие известия.

Очень благодарна за деньги, они пришли в весьма «подходящий» момент. Но они мне неприятны. Тебе они также нужны, Кисанька.

С дороги, если поеду, буду писать тебе. Нужны ли тебе мои письма? Или ты в том состоянии, что тебе всё безразлично. На

ответ постараюсь не обидеться.

11/V.

Кисанька моя дорогая, что же ты забываешь меня? Так редко ты мне раньше не писала. Не знаю чем пояснить? Прежде всего тем, что тебе нехорошо, и это меня волнует. На вопросы моего последнего письма, пожалуйста, дай ответы.

Слушаю оперу «Иван Сусанин» с участием приехавшей в Киев Барсовой. Так и не удалось мне побывать на этой опере. За всю зиму я никуда не могла попасть.

Всё же дней на 5 выеду из Киева, буду в Виннице. Но даже на такой короткий

срок оставлять своих — значит ухудшить их жизнь. Идочка очень исхудала, она меня беспокоит, у неё появился вечерами озноб. Лёгкие у неё затемнены, и меня начинает пугать её состояние. Нет возможности обеспечить её всем необходимым. И от своего, и от всего происходящего в мире — разрывается душа.

Поступаешь ли ты на работу? Если не приступишь, приезжай в Киев. Мне ты так нужна. Кажется, не видела тебя с год. Я бы хотела, чтобы ты сейчас почувствовала нежность, переполнявшую меня к тебе. Сегодняшней бессонной ночью, чтобы отвлечь от ненужных мыслей и желая доставить себе приятное, я вспоминала подробности наших первых дней в Мисхоре, вылавливала в памяти все детали их. Интересно, вспоминаешь ли ты когда-ниб. то время, именно в этом отношении? Кто бы мог предполагать, что одно-два случайно сказанных мной слова (по необъяснимой прихоти) так скажутся на моей жизни?! Нет, это всё же прекрасное качество — так неожиданно проникаться интересом к людям и целиком захватываться ими. Но вспоминая увлечение А.И., я умолкаю… и вяну. Голубка моя, не забывай и пиши мне.

19/V.

Моя голубка! Пишу в поезде. Сейчас особенно хорошо ехать, нет ещё летней духоты, а мелькающие виды радуют глаз первой зеленью. Фруктовые деревья в цвету. Люблю ездить, если б не было беспокойства о доме, я была бы удовлетворена по-настоящему. В поездке всё, что мучит и своей неразрешимостью (как недостижимое), и своей неналаженностью — на время сбрасывается, и это короткое освобождение даёт душевную свежесть. В Винницу — мой отправной пункт — прибуду в 10–11 вечера. Всё купе рядом занято провинциальной группой актёров. С интересом наблюдаю этот народ, у некоторых, особенно стариков, есть нечто от чеховских персонажей. Хорошо вот так ехать — в никуда — в ожидании всяких чудесных неожиданностей.

20/V. Вечер. Вчера с большим трудом нашла здесь ночлег. Сегодня уже успела разглядеть окружающее. Довольно порядочный и милый город. Кривенькие уличонки вливаются в большую, нарядную центральную улицу, по кот. идёт трамвай. Так интересно мельком схватывать особенности каждого нового места! Не хватает тебя, моя родненькая. Грустно. Так уж я привыкла за эти годы, моя Кисанька, что меня радуют только поездки в Москву. День мой здесь ещё не окончен. Сейчас отправляюсь на вызванное мной собрание.

13/VIII.

Голубонька моя ненаглядная, получила твоё грустненькое письмо, а я ожидала письма от тебя в выходной день. Сейчас очень поздно, но я должна написать тебе неск. фраз. Вчерашняя ночь была скверной — значит могу надеяться, что эта будет лучшей, поэтому могу лечь попозже. Ох, какая моя нехорошая жизнь, обстановка.

Кисанька моя, может быть мне удастся пойти в отпуск в конце сентября, сама я очень хочу идти в этот именно срок, по многим причинам, о кот. долго писать. Я ошиблась, Вера возвращается на работу в половине сентября. По-моему так. Я очень невнимательна, рассеяна и делаю иногда совершенно недопустимые вещи. Вот и здесь я писала что-то не то. Я буду делать всё возможное от меня, чтобы числа 25/IX уйти в отпуск. Но сможем ли мы побыть, вернее жить вдвоём?!