Чтение онлайн

Я вхожу в ее личное пространство и обнимаю за талию. Прижимаюсь губами к ее губам, и она стонет, приоткрывая губы. Провожу языком по ее губам, затем отстраняюсь, чтобы прикусить пухлую губу.

— Где Эшли?

— Не знаю. А что?

Я хватаю ее за задницу и приподнимаю. Ее ноги обвивают мою талию, а свободная рука обнимает меня за шею. Продолжая целоваться, я несу ее в спальню, осторожно обходя острые углы и стены. Закрываю дверь и укладываю ее на кровать. Ее полотенце распахивается на талии, открывая то, что я уже предположил —

она полностью обнажена под ним. Поставив колено на кровать, я открываю верх ее полотенца, чтобы полюбоваться ее упругими грудями с розовыми сосками. Провожу рукой от ее ключицы вниз между грудей и делаю медленные круги вокруг каждой из них кончиком пальца.

— У меня от тебя дух захватывает. — Провожу большим пальцем по ее сморщенному соску, и ее спина выгибается над кроватью.

— Ты рано, — говорит она хриплым шепотом.

Продолжаю дразнить ее едва заметными и грубыми прикосновениями к ее чувствительной коже. Провожу пальцами по ее грудной клетке к пупку и, наконец, опускаю их между ее ног.

— У меня хорошие новости, но, когда ты открыла дверь, одетая вот так, я решил, что мои новости могут подождать.

— Какие новости? — Бетани наклоняет бедра, вбирая мои пальцы глубже, пока ее дыхание не прерывается.

— Я же сказал, что это может подождать. — Опускаюсь на колени у кровати, хватаю ее за бедра и подношу киску к своему лицу.

Я посасываю, облизываю и кусаю ее жаждущую плоть. У нее такой безупречный, чистый, изысканный вкус, которого такой человек, как я, не заслуживает. Но я мудак и все равно беру его. Никогда не был из тех, кто тратит часы на прелюдию, но с Бетани я мог проводить дни. Хочу поставить палатку и разбить лагерь между ее ног.

Я облизываю и стону.

— Ты такая чертовски вкусная.

Девушка хватает меня за волосы, притягивает ближе к себе и раскачивается у моего рта. Член больно упирается в молнию. Никогда бы не подумал, что у такой женщины, как Бетани, есть такой драйв и уверенность, чтобы брать все что нужно для собственного удовольствия. Святая на улицах и богиня секса на простынях.

Ее ногти царапают мой скальп, и это единственное предупреждение, которое мне нужно. Я ввожу в нее два пальца и сосу, пока она не достигает оргазма. Бедра обхватывают мою голову, погружая меня глубже на несколько секунд, прежде чем ее тело превращается в желе. Девичьи ноги безвольно раздвигаются, и я отстраняюсь ровно настолько, чтобы смотреть на нее, продолжая медленно двигать пальцами внутри.

— Если работа няни не сработает, ты можешь подумать о порно.

Ее голова отрывается от кровати, и, несмотря на туман посторгазмического блаженства, ее глаза широко раскрыты.

— Заткнись.

— Я не шучу, детка. Ты чертовски сексуальна, когда кончаешь. — Вытаскиваю пальцы из ее тугой киски и засовываю их в рот. Так вкусно.

Она краснеет, и, черт возьми, это делает меня ещё тверже.

Я встаю и расстегиваю пуговицу на джинсах.

—

А теперь дай мне свой рот, я хочу кое-что туда положить.

Бетани приподнимается на локтях и сердито смотрит на меня.

— Это должно было быть сексуально?

Я вытаскиваю свой стояк, крепко сжимая его и медленно поглаживая. Когда смотрю на ее обнаженное тело, на раскрасневшуюся кожу и раскрытые бедра, я слишком быстро подхожу к краю. Прикусываю нижнюю губу и сдерживаю свое освобождение, но то, как она наблюдает за движением моей руки, слишком сильно заводит меня, поэтому я останавливаюсь.

— Ты забываешь, как хорошо я знаю твое тело. Тебе нравится, когда я говорю непристойности.

— Не надо, — говорит она, приподнимаясь, приближаясь к краю кровати и шлепает меня по руке, убирая ее от члена. Эти большие темные глаза становятся озорными, когда девушка смотрит на меня, с губами в нескольких дюймах от головки моего члена. — Возможно, немножко.

Ее идеальный розовый язычок облизывает кончик.

— Ох, бл*.

Ее улыбка становится шире, и Бетани делает это снова.

— Перестань меня дразнить.

Бетани хихикает, и, хотя ее рот не прикасается ко мне, клянусь, я чувствую вибрацию в своих яйцах.

Готовый взорваться, я запускаю руки в ее мокрые волосы и крепко сжимаю.

— Открой рот.

— Скажи «пожалуйста».

Попрошайничать? Да, я могу умолять. Ради нее, бл*дь, буду умолять.

— Пожалуйста, детка. Я хочу в твой рот.

Она приоткрывает губы, и я двигаюсь вперед, погружая свой член между ее горячими, влажными губами одним долгим, медленным толчком.

— О да, именно так.

Бетани прижимает свой плоский язык к чувствительной нижней стороне, когда я скольжу туда и обратно в сводящем с ума темпе, вытягивая каждое ощущение, когда она сосет сильнее.

— У тебя это так хорошо получается.

Не хочу знать, как она научилась так хорошо сосать член. Я просто благодарен, что она сосет мой. Позвоночник покалывает в основании спины, когда мое освобождение скручивается между ног. Я набираю темп, и черт, она сосет ещё сильнее.

Стону и толкаюсь глубже, чувствуя, как ее горло раскрывается с каждым толчком.

— Да. Вот так. Прими его.

Она должно быть отвечает мне, потому что ее горло вибрирует вокруг меня.

— Я сейчас кончу.

Ослабляю хватку в ее волосах, давая ей возможность отстраниться, но она крепко сжимает мой член маленьким кулачком и удерживает меня на месте.

— Ты уверена? — спрашиваю я, задыхаясь, пытаясь сосредоточиться и удержаться на ногах.

Она кивает.

Эта девушка совершенна.

От этой мысли мои колени подгибаются, и оргазм накрывает меня с головой. Мышцы дрожат, и я стону, когда каждый всплеск грозит сбить меня с ног. В моих глазах вспыхивают звезды, и я благодарен Бетани за то, что она держит меня, потому что это единственное, что удерживает меня на земле.