Лыковы

Тигрий Георгиевич Дулькейт (1929–2006 гг.) родился в г. Владивостоке. Позже семья Дулькейтов перебралась на Алтай, где отец Тигрия Георгиевича, известный в Сибири ученый-биолог Георгий Джемсович много лет работал руководителем научного отдела Алтайского государственного заповедника.

С детства Тигрий Георгиевич не только знакомится с прекрасной природой Горного Алтая, но, как и другие подростки на селе, рано принимает участие во всех домашних хозяйственных работах – уход за скотом, покос, заготовка дров, огородные дела. Шли трудные военные годы; впрочем, не легче жилось тогда и перед войной, всем было нелегко.

Тогда же он также знакомится с занятиями не только научных

сотрудников заповедника, но и с работой наблюдателей из отдела охраны, слушает их рассказы о дальних походах по заповедным угодьям. В 1945 г., в возрасте 16 лет, и он начал свою официальную трудовую деятельность рядовым наблюдателем. Вместе с коллегами из охраны, о которых он очень тепло пишет в своей книге, ему приходилось много времени проводить в горах и тайге, в тяжелых, нередко и просто опасных переходах – они охраняли территорию заповедника от браконьеров и прочих нарушителей. За эти годы Тигрий Георгиевич сформировался как талантливый натуралистсамоучка, большой знаток и ценитель тогда еще почти девственной природы Горного Алтая.

В начале 50-х гг. прошлого века, после первой ликвидации Алтайского заповедника, Тигрий Георгиевич перешел в сферу туризма и более 15 лет успешно работал на Телецком озере старшим инструктором на турбазе «Золотое озеро». По его инициативе и под его руководством разрабатывались и осваивались новые интересные туристические маршруты по горам Алтая.

В 1969 г. его пригласили в г. Бийск, где он возглавил Бийское бюро путешествий и экскурсий, которым руководил до выхода на пенсию в начале 90-х гг. За время работы и в последующие годы Тигрий Георгиевич издал несколько книг – путеводителей по Алтаю, о Телецком озере, а также опубликовал много очерков, статей в периодической печати с рассказами о природе региона и в защиту ее, по истории изучения и освоения Горного Алтая.

В предлагаемой вниманию читателей книге рассказывается о нашумевшей в свое время истории семьи староверов Лыковых. Во время работы наблюдателем в охране заповедника Тигрий Георгиевич вместе с другими наблюдателями не раз пробирался в далекие горно-таёжные урочища, где жили, скрываясь от людей, гонимые и преследуемые в те годы лесные отшельники Лыковы.

Как раз на время существования «Первого» заповедника, а это были 30 – 40-е гг. прошлого столетия, когда там жил, а позже и работал Тигрий Георгиевич, пришелся наиболее трудный и драматичный период в жизни этой многострадальной семьи. Из рассказов наблюдателей в доме родителей, не раз встречавшимися в те годы с Лыковыми, а в дальнейшем и при совместной работе со старыми наблюдателями в далеких походах, в том числе и в тех местах, где жили или прятались эти отшельники, Тигрий Георгиевич смог многое узнать о превратностях их судьбы.

Еще позже у него была возможность общаться с единственной оставшейся к тому времени в живых младшей дочерью главы семьи Карпа Осиповича – Агафьей Карповной. Ее воспоминания, рассказы позволили дополнить повествование Тигрия Георгиевича многими новыми подробностями жизни и быта семьи в труднейших условиях – не только годами, но и целыми десятилетиями в полном отрыве от человеческого общества, от цивилизации.

Автору книги удалось хорошо описать постоянный, упорный, не грани человеческих возможностей труд этих людей, без чего они не смогли бы выжить в тех неимоверно тяжелых условиях. В ежедневных, тяжких трудах их поддерживала буквально неистовая Вера, дававшая для этого силы.

Многовековые гонения раскольников на Руси, а к ним относились и Лыковы, вплоть до физического уничтожения, не сломили духа этих исконно русских людей, не сломили их веру, их стремление к воле.

Вот

об этих незаурядных, великих своим Духом, великим трудолюбием, праведностью русских людях написана Тигрием Георгиевичем эта интересная книга.

Кандидат биологических наук Г.Г. Собанский

В августе 1940 года группа наблюдателей Алтайско го государственного заповедника возвратилась из оче редного обхода его территории. В этот раз основатель но проверили самый отдаленный участок – верховья реки Большой Абакан. Территория Алтайского заповедника в то время была огромной. Общая площадь его составляла более одного миллиона гектаров, и он был в числе четы рех крупнейших заповедников Советского Союза. В него входило правобережье Телецкого озера, правобережье его главного притока, реки Чулышман, и верховье реки Большой Абакан (приток Енисея). На всей этой территории сохранялась почти первобытная природа, и здесь, на большей ее части, рука человека ни к чему не прикасалась. Горы, тайга, сотни километров без жилья, и никаких дорог, за исключением таежных троп.

Управление заповедника находилось (находится и сейчас) в поселке с красивым алтайским названием Яйлю. Поселок расположился на самом берегу Телецкого озера в долине небольшой говорливой речки Чеченек. Несколько выше поселка раскинулись широкие террасы, а дальше вековая тайга плотно подступила к этому необыкновенно живописному месту. Южнее поселка – простор Телецкого озера, а кругом – бесконечное нагромождение гор, поросших кедровой тайгой. Здесь, в этом поселке, мы жили в довоенные, военные и послевоенные годы. Мой отец, прекрасный знаток природы, возглавлял научный отдел, и вся информация о природе и деятельности заповедника сосредоточивалась в его руках.

Охрану заповедника и наблюдение за природой осуществляли наблюдатели, в основном опытные таежники, следопыты, охотники. Среди них было немало бывших староверов, которые не очень-то придерживались старых правил и традиций, тем не менее они заметно отличались от обычных православных. Их староверы называли мирскими. По возвращении из очередного обхода наблюдатели сдавали официальный отчет обо всем, что видели и наблюдали в тайге, и почти всегда в первый же свободный вечер приходили к нам и подолгу засиживались, делясь впечатлениями. Беседы иногда затягивались до глубокой ночи. Меня увлекали рассказы таежников, и я всегда старался при любой возможности послушать все, о чем они говорят. Эти люди казались мне какими-то необыкновенными, от них веяло чем-то таинственным, и я, если позволяла обстановка, устраивался где-нибудь в уголке и молча слушал, стараясь не пропустить ни единого слова; мысленно путешествовал вместе с ними.

В тот раз пришли все пятеро, кто был в этом многодневном обходе, во главе с начальником охраны заповедника Вячеславом Андреевичем Илличевским. Среди них был знаменитый охотникмедвежатник Данила Макарович Молоков. Этого человека знали многие жители таежных поселений в Горном Алтае и в Западных Саянах, где до коллективизации на отдаленных заимках и в небольших поселках в несколько дворов, проживало много семей. Этот человек особенно увлекал меня: к нему все прислушивались и говорили о нем с уважением. А спустя несколько лет, уже после войны, мы с ним сдружились и, работая вместе в заповеднике, провели многие десятки дней в тайге, охраняя его территорию и участвуя в различных экспедициях. Разговор сразу зашел о таежных людях, которых наблюдатели встретили в верховьях Бол. Абакана. Вот что они рассказывали.